Мне вдруг безумно захотелось его ужалить, я угрожающе замахал хвостом, неуклюже работая крыльями и пытаясь не потерять равновесие. Видимо, маг понял мои намерения:
– Тихо-тихо, это временно. Я превращу тебя назад, когда ты всё разведаешь. Скоро ты поймешь, что это для твоего же блага.
Чёртов колдун! Сам лучше бы превратился в крысу!! Я злобно застрекотал.
– Похоже, тебе по душе облик мясного жука, – сказал на это чародей.
Такая перспектива меня манила ещё меньше, и я поспешил отлететь в сторону. При всём моём недовольстве, стоило признать, что тело шершня было идеальным для разведки. Будучи около метра в длину, шершень был очень опасным хищником, и, хотя обычно охотился на мелких речных тварей, вроде лягушек и насекомых, при необходимости мог одолеть даже волка. Дело в том, что жало было ядовитым и, ударив добычу, это гигантское насекомое могло кружить вокруг, изматывая жертву и периодически делая выпады своим острым, как кинжал, хвостом. Шершень не умел высоко летать – крылья имели неподходящую для этого форму. Однако он мог поддерживать одну и ту же высоту длительное время, паря над землей или водой. Отталкиваясь от земли или других поверхностей, можно было преодолевать препятствия, кроме совсем отвесных и высоких, например, стен. Скорость полёта была достаточной, чтобы дать фору любому зверю или человеку. В такой форме, конечно, не стоило приближаться к людям, особенно имеющим лук или арбалет, зато дикие звери в основном игнорировали шершней, так как не считали ни добычей, ни угрозой.
В таком облике, скрепя сердце, я отправился на разведку, Ксардас же продолжил изучение руин. Освоившись с крыльями, я решил опробовать их в действии и, разогнавшись, бросился прямо с обрыва в ущелье. Это было захватывающе: я парил в воздухе, постепенно снижаясь. Мне удалось пролететь над всем озером, и приземлиться на скалы с другой стороны... Правда, посадка получилась не совсем такой, как планировалась – я врезался прямо в вертикальную скалу. Смягчив удар жалом, я потерял равновесие и, нелепо махая крыльями, упал на землю. Никаких повреждений новое тело не получило – хитиновые пластины хорошо защищали от любых ссадин и ушибов. Я и не подозревал, что такие примитивные существа, как шершни, на самом деле настолько совершенны. В границах своей экологической ниши им не было равных, а обладай они хоть зачатками разума, людям бы было сложно с ними совладать. Размышляя о том, каким бы могло быть общество шершней, будь они поумней, я продолжил разведку рудниковой долины.
Сначала я облетел обитаемые людьми места, но они не стоят подробного описания – около шахты и лагеря распростёрлась вытоптанная равнина, а чуть в стороне росли леса. Каторжане ходили лишь привычными безопасными тропами, в чащу заходили лишь опытные трапперы. Орков стоило искать в диких землях, где люди в последние десятилетия редко появлялись. Благодаря моему новому образу, можно было не бояться попасть в руки врага, даже наоборот – я был охотником. Не знаю, правда, как притащить орка Ксардасу, но сейчас нужно было найти хоть одного дикаря, и я устремился на юго-запад. Горные массивы возвышались со всех сторон, и пробраться можно было лишь по узким тропам и небольшим лощинам. За любым поворотом был риск нарваться на орочий патруль или стаю хищников, вроде драконьих глорхов – самой опасной разновидности этих пресмыкающихся. Периодически то подпрыгивая, то зависая в воздухе, я взобрался на вершину высокой горы. Хорошо, что шершни не додумались до такого метода скалолазания.
Мне открылась удивительная картина: в узкой долине между горами располагался варварский лагерь – сотни небольших хижин из грубых брёвен, с натянутыми шкурами варгов вместо крыш. Варгами называли орочих собак, хотя больше они походили на волков. Орки отбирали самых сильных щенков, а слабых скармливали их же сородичам. Дрессировали их очень строго, и в результате один взрослый варг мог разделаться с целой сворой обычных собак или даже со стаей волков. Эти псы никогда не бросались на добычу сломя голову и продумывали каждый шаг, внимательно присматриваясь к жертве. Несколько варгов всегда действовали сообща и представляли грозную силу, которую орки часто использовали в сражениях – пускали первой волной атаки полчища своих псов. От зубов этих тварей не было спасения, они легко прокусывали толстую кожу, а иногда даже гнули дешёвую железную броню. Орки отличались суровыми обычаями – даже своих сородичей, проявивших трусость в бою, отдавали на растерзание голодным псам. Впившись железной хваткой в тело жертвы, варги живьем раздирали несчастных на куски. Наверное, из-за таких традиций трусов среди орков обычно не водилось. Однако их безумное безрассудство часто использовалось более хитрыми и расчетливыми людьми для победы.
Лезть в лагерь орков в любом обличье было бы самоубийством – нужно было придумать что-нибудь иное. Теперь, по крайней мере, я знал, где искать дикарей и, осмотревшись повнимательнее, запомнил окрестности и пути подхода к лагерю. Вход в орочий стан закрывали массивные ворота, охраняемые часовыми с огромными ржавыми секирами – видимо, орки из этого племени не отличались аккуратностью и заботой о вооружении. Кроме того, они носили набедренные повязки, и лишь у некоторых помимо этого были ещё укрепленные наплечники. Полных доспехов не носил ни один, и это было странно даже для орков. Хоть они и были полудиким народом, всё же кузнечное мастерство было развито у них довольно неплохо. Похоже, будучи на острове давно изолированными от остального мира, это племя заметно деградировало и держалось лишь на остатках прошлых достижений. Впрочем, двухметровый рост и огромная сила с лихвой компенсировали слабость вооружения – любой орк мог разрубить человека надвое даже тупым топором. Ещё одна особенность этого племени была в том, что они все имели слегка зеленоватый оттенок кожи. Насколько мне было известно, обычно кожа орков была серого или бурого цвета, а тело покрыто волосами, которые можно было назвать скорее шерстью из-за их обилия и толщины. Всё же орки не были полностью волосатыми, шерсть покрывала лишь часть тела – в основном грудь, руки и ноги. Лицо, на удивление не сильно обрастало волосами, а члены этого клана даже не носили бород. Зато нижняя челюсть у всех была в два раза массивней человеческой, а между губами торчали крупные клыки.
Я переместился
