миллионов?
— Думаю, нет, шеф.
— Вот и я того же мнения, — пробормотал я. — Ладно, уходим. Здесь нам ловить нечего.
— Думаешь, он свалил? А вдруг это просто отвлекающий манёвр?
— Уверен, дружище. И да, ты прав насчёт манёвра. Вот только он не про то, что ты думаешь. Оставаться на Альционе ему больше незачем.
— Игра становится всё сложнее, — ухмыльнулся напарник.
— И интереснее, — кивнул я. — А ещё в ней стало слишком много участников.
— Ты о том, кто убрал Модестыча?
— Этот вопрос не перестаёт терзать мой мозг. Такое чувство, что его убрали свои же.
— Сомневаюсь… чтобы «Юникорн» вдруг решился избавиться от Кручевского? Это же что такое должно случиться?
— Например, битва за кресло во главе совета. Или тот груз, за которым мы охотимся, стоит дороже капиталов обеих корпораций. Притом вместе взятых.
— Никогда не слышал ни о чём, что имело бы подобную ценность.
— Как знать, Клаус, как знать…
* * *
— Чёртов Сайрус! — выругался я, в очередной раз промакивая пот на лице. — Я тебе уже говорил, что из всей коалиции я ненавижу эту планету больше других?
— Ты то же самое говорил об Альционе, — ухмыльнулся Клаус, которому жара, казалось, была совершенно безразлична.
— Господин, не проходите мимо! — выскочил из-за прилавка очередной торгаш и… едва успел отдёрнуть руку от моего плеча.
Челюсти Каина клацнули буквально в миллиметре от неё, едва не отхватив по самый локоть. На это я лишь хищно ухмыльнулся, но в перепалку вступать не стал. Много чести. А в компании Каина здесь не так уж и плохо.
— Нихрена себе! — округлил от удивления глаза Клаус. — Это что, головное орудие имперского боевого фрегата?
— Интересуетесь? — моментально оживился продавец, — Отдам недорого, всего каких-то пятьсот тысяч — и она ваша!
— Сдурел? Куда я её, по-твоему, должен себе приладить?
— Не проходите мимо, только сегодня весь товар со скидкой в пятьдесят процентов! — проорал в самое ухо торговец из противоположной лавки.
— Да твою мать! — взревел я, — Ещё раз рявкнешь — я тебе зубы в глотку переселю!
— Пошёл в туманность! — огрызнулся барыга, вызывая хищный оскал на моём лице.
— Шрам, стой! — запоздало отреагировал Клаус.
Я в одно движение перемахнул прилавок и от всей души залепил торговцу в ухо. Мог бы, конечно, вырубить и с одного удара, но не был готов лишать себя удовольствия. Следующий удар ногой в промежность был точно так же пропущен, а как только хам потянулся к ушибленному хозяйству, я от всей души приложил ему коленом в лицо. Вот теперь я позволил ему упасть, а когда это случилось, добавил хорошего пинка в живот.
— Каин, фу! Не трогай падаль, — остановил зверя я.
Однако прежде чем отойти, Каин слизал с лица торговца кровь, почавкал с задумчивым видом и громко фыркнул, заставляя жертву намочить штаны.
На этом дело не кончилось. Как только хозяин лавки был обездвижен, на его товар тут же набросились местные воришки. Не прошло и минуты, как с лотка исчезли все самые ценные вещи. И теперь хоть ори, хоть законников вызывай, обратно их не вернуть. Скорее всего, добро уже сегодня разбросают по разным концам рынка и продадут в два раза дешевле, а соответственно, и быстрее.
Именно по этой причине сюда так любят заглядывать со всех уголков галактики. Дешевизна и доступность. Поговаривают, что здесь даже рабами торгуют, но то такое. С подобным злом в империи покончили лет двести назад. Официально, естественно. По факту, люди всё так же попадают в кабалу, продаются и покупаются. Просто теперь это называется иначе.
Да и с чего вдруг человечество должно измениться? Оттого, что нам подвластны межзвёздные путешествия? Даже не смешно. Напротив, возможность затеряться среди их бесконечного множества лишь подстегнула волну преступности. По первому времени, конечно. В последние годы порядка стало значительно больше. Но опять же, чем дальше от столицы империи, тем больше беспредела. Страшно представить, какой бардак творится в новых колониях. Хотя что там представлять: плавали, знаем.
Большинство беглецов подаётся именно в колонии. Чёртовы романтики, мать их так. Бегут в поисках новой жизни, а попадают в условия, близкие к экстремальному выживанию. А как только жизнь на таких планетах постепенно приходит к балансу, сразу же являются корпорации, и всё возвращается на круги своя. Как-то у нас с Клаусом было похожее дело. Так вот, в итоге беглец сам нас нашёл и попросил забрать из того ада, в который он угодил. Помню, мы очень долго над этим смеялись.
— И как мы собираемся искать здесь нашего парня? — наконец не выдержал и задал самый важный вопрос Клаус. — Мы уже третий час бесцельно бродим по рынку. Неужели ты думаешь, что мы его просто заметим и схватим?
— Ха-ха-ха, да, именно так мы и работаем, — расхохотался я. — Спокойно, дружище, скоро ты всё увидишь сам.
— Может, хоть пожрать куда-нибудь сходим?
— Ну уж нет! Я не собираюсь потом трое суток на толчке просидеть. Потерпи, осталось недолго. Кажется, здесь…
— Уверен? Шрам, по моему, эта часть рынка больше похожа на гетто.
— Эй, ты! — окликнул я здоровяка с голографической табличкой на спине.
— Господин желает «Экзотик»? — тут же оживился он.
— Я что, похож на наркомана?
— Это не моё дело, — вежливо улыбнулся тот.
— Где я могу найти Фауста?
— Боюсь, я не понимаю, о ком вы?
А молодец, даже бровью не повёл. Однако я прекрасно знаю, что он на него работает, об этом мне сказала вывеска массажного салона на спине. Правда, к массажу это дерьмо не имеет никакого отношения. Типичная сеть наркопритонов, в которые приезжает оттопыриваться весь высший свет. Главный плюс «Экзотика» в том, что он не вызывает привыкания и не оставляет следов. Потому как является цифровым удовольствием. Нейронный интерфейс стимулирует отдельные участки мозга, отвечающие за все виды удовольствия. И тому, кто платит, остаётся лишь выбирать то, что ему больше всего по вкусу. Хоть человека расчленяй. Правда, только в своей фантазии. Хотя поговаривают, что визуализация у Фауста на высшем уровне, но я этого никогда не проверял. Потому как предпочитаю натуральный тактильный контакт. Как, например, у Маркуса.
Однако мало кто знает, что в момент соединения с суперкомпьютером человек получает не только
