Пророчества о спасении имеют в структуре много общего с пророчествами о суде.[87] Эти пророчества могли появляться в середине исторического повествования или в самих пророческих писаниях, но характерные признаки оставались теми же. Начинались они с посланнической формулы: «Так говорит Господь» или «Вот, что говорит Господь, Бог Израиля».
Затем следовали слова, адресованные либо отдельным личностям (как в дни ранних пророков в книгах Иисуса Навина, Судей и Царств), либо группам людей. Это были пророчества о спасении или слова ободрения, которые, несмотря на человеческую вину перед Богом, станут реальностью, обычно при наличии даже малейшего признака покаяния и желания вернуться к Нему.
Пророчества о спасении можно разделить на две основные группы: обещание спасения и возвещение спасения. Каждое обычно состоит из трёх компонентов: (1) заверение в том, что Бог верен Своему обещанию, (2) основание этого заверения, (3) предстоящее превращение суда в милость и благословение.
Существуют некоторые параллели в форме между пророчествами о спасении и древней литературой Ближнего Востока. Например, определённые формулы-шаблоны типа «Не бойся!» или «[Храмы] или [дожди] будут восстановлены для вас». Но это не то же, что жанр, который мы рассматриваем здесь.
В качестве примера пророчества о спасении мы можем рассмотреть 32 главу книги пророка Иеремии, особенно ст. 36–44. План этого отрывка выглядит примерно так:
I. Посланническая формула: «И однако же ныне так говорит Господь, Бог Израилев» (ст. 36а).
II. Заверение: «вот, Я Господь, Бог всякой плоти; есть ли что невозможное для Меня?» (ст. 27, см. также 17).
III. Будущее преобразование:
А. «вот, Я соберу их из всех стран, в которые изгнал их во гневе Моем и в ярости Моей и в великом негодовании» (ст. 37а).
Б. «и возвращу их на место сие и дам им безопасное житие» (ст. 376).
В. «Они будут Моим народом, а Я буду им Богом» (ст. 38).
Г. «И дам им одно сердце и один путь, чтобы боялись Меня во все дни [жизни], ко благу своему и благу детей своих после них» (ст. 39).
Д. «И заключу с ними вечный завет, по которому Я не отвращусь от них, чтобы благотворить им» (ст. 40а).
Е. «И буду радоваться о них, благотворя им, и насажду их на земле сей твердо, от всего сердца Моего и от всей души Моей» (ст. 41).
IV. Заверение: «возвращу плен их, говорит Господь» (ст. 446).
При толковании обещаний о спасении следует быть осторожными, связывая эти новые заверения, появившиеся в контексте некоторых наихудших национальных трагедий, с предыдущими Божьими обещаниями, содержащимися в более ранних текстах Писания. Всё это неотъемлемые части одного непрерывного «обетования». Они основаны на предыдущем Божьем откровении и дополняют его.
Анализ других пророческих жанров
Помимо пророчеств о суде и спасении, существует ряд других литературных жанров, которые использовали пророки. Мы рассмотрим их вкратце, так как они являются разновидностями двух основных типов.
Предсказания бедствий («Горе!»)
Эти пророчества начинаются с устрашающих восклицаний «Горе!» или «Увы!» (евр. хой). Эти восклицания обычно сопровождаются либо описанием действия, оскорбляющего Бога, либо словом, характеризующим людей с негативной стороны. Некоторые считают, что социальным контекстом для этих слов были похоронные плачи отчаяния. Независимо от происхождения этих форм/жанров, пророки нуждались в послании отчаяния по причине жестокости народа.
Подобные группы сообщений с темой бедствий можно найти в: Ис. 5, 10:1-11, 28:1–4, 29:1–4, 15; 30:1–3, 31:1–4, Амос. 5:18- 6:7, Мих. 2:1–4 и Авв. 2:6-19.
Пророчества в виде судебных процессов (rib)[88]
В этом жанре Яхве вызывает Израиль или Иуду на суд выслушать предъявленный им иск. Такие пророчества состоят из: (1) призыва к присяжным внимательно слушать (в роли присяжных обычно выступают небо и земля), (2) допроса свидетелей и вынесения приговора, (3) обращения к суду обвинения, которое обычно контрастирует со спасительными деяниями Божьей благодати и милости к человеческим грехам, (4) призыва обратиться и быть послушными Богу. Эта форма отражает, по большей части, особенности международных соглашений того времени. Лучшим примером этого жанра служит отрывок Мих. 6:1–8. В 41 главе книги пророка Исаии описано драматическое событие — суд над всеми жителями земли, свидетели собраны и Бог предъявляет иск (ст. 21–29). Во время судебного процесса Бог вдруг призывает «мужа с востока», позднее известного как царь Кир, что становится главной неожиданностью данного процесса.
Пророчества против других народов
Только в книгах Больших пророков более 25 глав и 680 стихов (Ис. 13–23, Иер. 46–51, Иез. 25–32) принадлежат этой литературной форме (по объёму материала эго превышает все тюремные послания Павла!). К этому можно также добавить 1–2 главы книги Амоса и полностью книги Наума и Авдия.
Интересной особенностью этих разделов является расположение материала внутри них. Например, в разделе Ис. 13–23 содержатся пророчества о первом пришествии Мессии, завершением которых являются главы 7-12, а пророчества о втором Его пришествии находятся в главах 24–27. Несомненно, эта особенность имеет такое же большое значение для толкования, как и форма текста.
Послания другим нациям содержат в себе все упомянутые выше формы, использовавшиеся пророками. Но особенности их расположения в каждой книге делают их значение уникальным, как мы проследили это на примере Книги пророка Исаии.
Руководство по толкованию пророчеств
Пророков очень часто воспринимают только лишь как предсказателей будущего. Скорее, их можно назвать предвестниками, потому что они предвозвещали Божий суд против волны идолопоклонства, отступничества и греха народа. Лишь одна треть всех пророчеств посвящена различного рода предсказаниям будущего, остальные две трети являются предупреждениями.
Нам необходимо быть внимательными, чтобы увидеть разницу между безусловными, односторонними пророчествами и пророчествами, на которые должны ответить те, кому эти слова адресованы. К безусловным обещаниям можно отнести заветы Бога с Авраамом, Давидом и новые заветы, в которых Бог Сам обязуется исполнить обещанное. Параллели к этим безусловным обещаниями можно обнаружить в основных заветах, например в обещании смены времён года в Быт. 8 и в обещании нового неба и новой земли в Ис. 65–66. Ничто в этих обещаниях не зависело от послушания людей; Бог Сам будет следить за их исполнением. Тем не менее, не каждый будет иметь часть в этих благословениях. Даже некоторые представители рода Давида просто передали эти привилегии следующим поколениям в родословной Мессии, но сами не имели части в них, поскольку не приняли эти обещания верой.
Все остальные слова об осуждении имели выраженное явно или невысказанное условие. Наиболее удачной иллюстрацией этого является история Ионы. Хотя он и передал чёткое и надёжное послание о том, что через сорок дней Божье наказание постигнет Ниневию, у него было ужасное предчувствие, что если ассирийцы покаются, то Бог смягчится и наказание будет отложено на время. К огромному огорчению пророка, именно это и произошло. Более века спустя те же ассирийцы, но уже другое поколение, посчитали слова пророка Ионы ложным предупреждением об опасности: «Волк!» и решили, что их родственники каялись, когда в этом не было никакой необходимости. Таким образом, это поколение ассирийцев не покаялось, в результате чего их, в конце концов, постигло наказание, которое так хотел увидеть Иона.
Принцип, подтверждающий такое толкование пророков, можно найти в Иер. 18:7-10. В данном тексте Бог ясно провозглашает тот же принцип. Положения этого принципа таковы: если Господь объявит об истреблении какого-либо народа, а народ покается, то катастрофа, о которой Он предупреждал, будет отменена, несмотря на тот факт, что в угрозе прямо не сказано ни о каких условиях и нет никаких «если» или «пока не». Тем не менее, возможна и обратная ситуация: Бог обещает благословить народ даже за малейшее стремление к Нему. Но Он отменит обещание благословения и нашлёт бедствие, если люди, которых Он благословил, ответят на Его отношение неподобающим образом.
Мессианские пророчества не менее надёжны, чем пророчества об обетовании и спасении. Они также принадлежат давней, продолжающейся традиции обещания семени, отображённой в нескольких заветах. Они являются предсказаниями о спасении и продолжением истории искупления. Но это не значит, что мы можем найти пророчества о Мессии «под каждым кустом» Ветхого Завета; у нас есть ещё меньше оснований искать Мессию в пророчествах об осуждении других народов. Но нельзя отрицать того, что сердце Божьего плана-обетования является христоцентричным, а не исключающим Христа (christoexclusivistic).
