Презрительно произнесла:
– Себя раком поставь и по кругу пусти. Хоть пальцем меня тронешь, я тебе яйца в жопу затолкаю.
Не успела закончить, как он подлетел и снова собирался ударить, но Зверь его остановил. Одним взглядом велел сесть обратно. Пока они разбирались между собой, я получила легкую передышку.
Осмотрелась. Когда свежий воздух разбавил вонь, стало понятно, откуда она: из огромной мусорки в центре комнаты. Точнее, контейнера. Смотрелся он странно, ведь в целом помещение казалось приличным.
Старый, но весьма изящный ремонт. Красивые тонкие подвесные люстры, высокие потолки, а на полу явно старый-престарый паркет. Комната словно сошла со страниц модного журнала прошлой эпохи.
Оконную раму обрамляли карнизы с темно-зелеными шторами, а в углу был свернут вне сомнения толстый ковер. Среди всего этого великолепия прошлого века и стояла мусорка.
В общем, тут была свалка и сплошная грязь. Неудивительно, что мне поплохело. Сразу видно, что здесь все ведут себя как свиньи. Хотя место и не безнадежное.
Зверь одним лишь взглядом посадил Клопа на место и повернулся ко мне. Осмотрел мое изможденное тело и спокойно сказал:
– Ты бы борзометр прикрутила, а, принцесса. Я ведь и правда могу тебя спустить с небес на грешную землю. И так бабок вложил во врача, да еще и мэру дорогу перешел. А выхлоп, так-то, нулевой. В твоих интересах теперь придумать, что с этим делать. Я парень галантный, предоставляю даме выбор.
Сказала бы я, что он предоставляет, но инстинкт самосохранения не давал мне вымолвить ни слова. Задумалась. Внутри меня распирало от боли, но я не давала ей выплеснуться наружу. Сейчас не время.
Я любила жить и хотела выжить, даже если буду одна. Даже если вокруг меня останется лишь пепелище из мертвых людей, которых любила. Три дня… Значит ли это, что Иванютин уже успел наиграться с братом?
Отвернулась к окну. За ним виднелся лес. Дом явно стоял на возвышенности, и мы находились на втором этаже. Надо бежать. Далеко и надолго. Но кому от этого станет легче?
Я должна выжить, а для этого…
Шальная мысль прострелила мне голову. А что если сделать это? Что если я смогу реализовать то, что Олег не осилил? Но пока в голове роились мысли, сзади донеслось требовательное:
– Думай быстрее, а то, с тех пор как Цербер откинул копыта, в городе творится черт-те что.
Его слова не сразу дошли до меня. В смысле Цербер откинул копыта? Иванютин мертв?!
Постаралась скрыть волнение, но пальцы предательски затряслись. Новость была настолько удивительной, что не хватало воздуха. И слов. Казалось невероятным, что это правда.
Развернулась и, глядя прямо в глаза Зверю, осторожно спросила:
– В смысле откинул копыта? Иванютин мертв?
Парень состроил непонимающую гримасу и тупо уставился на меня. Боже, как таких во главу группировок-то ставят? Тупой имбецил и то сообразительнее. Еле удержалась от того, чтобы не закатить глаза.
Но нет, сейчас не время самоутверждаться, да и Зверь не Клоп, у него есть реальная власть. Этот мне еще пригодится, как бы я к нему ни относилась и не ненавидела за то, что он сделал с моим мужчиной.
– Кто-кто?
Прикрыла глаза и вздохнула. Глубже, чем планировала. В нос ударил мерзкий запах мусорки. Раздраженно сказала:
– Да Цербер, Цербер. Его имя Ибрагим Иванютин. Зам мэра Еремеева. Боже, вывези уже отсюда эту помойку! Дышать невозможно! Как в свинарнике!
Зверь прищурился и бросил взгляд в центр комнаты, где стоял контейнер. Снова нашел взглядом своего прихвостня. Приказал. Но тот на этот раз возмутился и оскалился:
– Чтооо? Подумаешь, мусорка стоит! Принцесса, мать ее! Потерпит, ничего с ней не случится. Я тебе не уборщица!
Зверь сузил глаза, и я все больше понимала, почему здесь выполняются именно его приказы. У парня явно было влияние на всякую шелупонь:
– Тебе напомнить, где все наши уборщицы? Быстро вывез контейнер, и впредь не устраивай свинарник из рабочих помещений. К себе в спальню поставь!
Кажется, я попала в плохой фильм про тупых бандитов. Проблема была в том, что, какими бы они идиотами ни были, они уже убили одного моего близкого человека. И могут убить меня. И это еще не самое страшное из списка возможных расправ.
Клоп, с ненавистью стреляя в меня глазами, принялся за дело. Матерясь и сверкая темными зрачками, потащил контейнер. Когда он скрылся, дышать стало намного легче по совокупности причин.
Я обернулась к Зверю. Теперь разговор должен пойти куда продуктивнее. Пришлось, несмотря на волнении, включить царицу, повелевающую рабами.
По-королевски прошлась к большому столу и надменно опустилась на софу. Не знаю, откуда во мне столько сил, но понимание, что сейчас на кону жизнь, причем не только моя, окрыляло. Хотя не сомневалась, что, как только наступит передышка, я попросту рухну, не вставая.
Посмотрела на Зверя и переспросила:
– Говоришь, Иванютин мертв? А как это случилось? Не то чтобы я собралась на похороны или цветочки на могилку принести, но…
Тот хмыкнул и все выложил:
– Да, представь себе! Обещал за тебя и этого паршивого мажора целое состояние, а потом слился… Сущее безумие. Там, в особняке рулетки, что-то произошло. Все взлетело на воздух к чертям собачьим, и как бы вместе с хозяином заведения. Он же давным-давно распродал остальные игры…
Похолодела… Взлетело на воздух. Но там был не только хозяин игр, там был мой брат! Прикрыла глаза и несколько раз шумно выдохнула. Вопреки логике меня снова накрывала волна паники.
Но я попыталась ее отключить. Надо выжить, надо осуществить новый план, за который ухватилась как за соломинку. Эта цель поможет мне выкарабкаться из ямы, в которую я угодила.
Потому что если мне суждено терять всех своих близких… Ну что же, я смогу с этим справиться. Ну и что, что мне всего восемнадцать? Иногда жизнь не дает времени ни на детство, ни на юность.
В нашем мире такое не редкость. Каждый получает лишь то, с чем может справиться, и я тоже. Распахнула глаза. Зверь изучающе наблюдал за мной
