— Ну что, выспался? — это был Фил со своей неизменной сигарой в зубах. — Вставай, уже половина восьмого. Пора собираться.
Шмидт прихватил с собой набитый чем-то старомодный саквояж, небрежно сунул его на заднее сидение своего серого «понтиака» и устроился на водительском месте.
Дорога не заняла много времени, хотя Рой с большим удовольствием предпочел бы трястись в машине до утра.
— Да, это действительно напоминает замок… — Фил выплюнул окурок сигары. — Давно ты купил эту развалину?
— Год назад. Неужели не помнишь?
Шмидт деловито подхватил саквояж, закрыл машину и направился к дому. Он был похож на сельского врача, приехавшего по вызову в какую-то Богом забытую деревню.
— Сначала нужно осмотреть дом, Рой. На всякий случай. Чем черт не шутит…
— Если бы он только шутил.
— Ладно, разберемся, показывай дорогу.
Холл и почти весь первый этаж ничем не привлек их внимания. Все было как обычно. Даже слишком… Безвкусно расставленная мебель (Джейн было где развернуться!), пыльные портьеры в стиле прошлого века, подсвечник в гостиной…
— Рой, иди-ка сюда, я здесь, в кухне. Тут, по-моему, кое-что интересное!
Шмидт в задумчивости стоял перед шкафом с посудой, который представлял собой что-то невообразимое. От его стеклянных дверей осталось одно воспоминание. Не лучше выглядела и посуда. Фил чертыхнулся, наступив на какой-то осколок фарфора.
— Рой, не ты ли тут вчера развлекался?
— Я еще в своем уме. Говорил же, что вся квартира ходуном ходила.
— Но в других комнатах все цело… Кстати, твоя комната на втором этаже над кухней?
— Биться там нечему, в других комнатах. А моя — да, наверху. Как ты догадался?
— Много ума не нужно. Вижу, придется тебе поверить… Судя по разгрому, кухню потрясло неплохо. Пошли дальше.
Больше на первом этаже, кроме двух — трех разбитых стекол, ничего интересного не было. На втором этаже разрушения уже были более значительными — разбилось практически все, что могло биться. Но Шмидт уже не обращал внимания на куски стекла и прошел прямо в комнату Роя.
— Или я в этом ничего не понимаю, или этому тряпью действительно Бог весть сколько лет, — пробормотал Фил, брезгливо складывая куски полуистлевшей материи в целлофановый пакет, выуженным из саквояжа пинцетом.
— Надо бы на эту гниль нашим химикам посмотреть.
Он окинул взглядом комнату.
— Рой, ты говорил о каком-то невидимом барьере. Вспомни хотя бы приблизительно, где он проходил. — Он протянул кусок мела. — Постарайся вспомнить и отметить на полу, — он усмехнулся, — я думаю, у тебя было достаточно времени все рассмотреть.
Рой мрачно выругался и опустился на колени. Примирившись с мыслью, что протирки пола собственными брюками избежать не удастся, он вычертил кривую дугу, выгнутую в сторону входной двери. Она начиналась у одной стены и упиралась в противоположную.
— Прекрасно! — воскликнул Фил. — Сектор круга! — Не обращая внимания на застывшего в недоумении Роя, — он бросился к изголовью кровати. — Центр должен быть где-то здесь! — он ткнул дымящейся сигарой в сторону тумбочки с ночником, затем быстро открыл ее, вывернул все содержимое, отодвинул от стены и даже заглянул под кровать. — Черт побери, но здесь же ничего нет! — он повернулся к своему другу, и Рой понял, что Филу уже не до смеха.
— Понимаешь, все очень просто! — Шмидт пнул вывалившуюся из тумбочки электробритву. — Ты помнишь, что твоего ночного гостя сдерживала какая-то сила. И, как мы только что выяснили, эта невидимая стена имеет форму части круга с центром где-то около твоей тумбочки. Здесь-то и должен быть источник этой силы… Но твоя тумбочка безнадежно пуста — очень сомнительно, что электробритвой и безделушками Джейн можно воевать с нечистой силой!
Тут его взгляд упал на раскрытую книгу, валявшуюся недалеко от тумбочки. Он набросился на нее, словно коршун на добычу, посмотрел на название и смачно выругался.
— Вот уж не думал, что моим именем будут заклинать нечисть! — На обложке книги значилось: «Филип А. Шмидт. Средневековая магия. Что это такое?», и чуть ниже мелким шрифтом: «Популярный анализ средневековых мистических теорий».
— Рой, это же та самая книга, что я тебе подарил. Прочитать ее ты конечно не удосужился.
— Да так, знаешь ли…
Но Фил уже не слушал его.
— На какой странице она была открыта? Ага… Вот это да!
Найти ту самую страницу было не трудно — открытая книга пролежала обложкой вверх почти сутки. Профессор восторженно хмыкнул и сунул раскрытую книгу Рою под нос. Тот в недоумении уставился на страницу:
— Отстань от меня вместе с твоими книгами, эту занудную латынь я забыл еще в колледже!
— Да, Рой, в приложении я действительно воспроизвел несколько текстов на латыни. То, что я тебе сейчас показал, — знаменитая «Изумрудная Скрижаль» великого Гермеса Трисмегиста. Магии, алхимии, да еще и черт знает чего невозможно было бы представить без этого имени! «Скрижаль», ее тринадцать заповедей — это первооснова, фундамент древнего Тайного Знания!
Было заметно, что, сев на своего конька, Шмидт окончательно разошелся. Остановить его в этот момент было невозможно.
— Я не удивляюсь, — продолжал он, — что этот текст дошел до нас целиком. В средние века он был переписан в бессчетном количестве экземпляров. — Он уже говорил сам с собой. — Кто же мог подумать?! Нужно проверить! Сегодня же! Только бы ОН пришел. — Шмидт театрально закатил глаза и неумело, нараспев продекламировал: «Так обретешь славу всего мира. И побежит от тебя вся тьма». Восьмая заповедь! Рой, только бы ОН пришел!
Его друг менее всего был склонен разделять восторг ученого. В мучительном ожидании он то и дело посматривал на часы. Уже половина одиннадцатого. До «времени нечистой силы» оставалось совсем немного, каких-то полтора часа… Одно лишь его радовало — на этот раз он был не один, да и, похоже, насчет этой книги Фил был прав. Может, и обойдется все.
— О'кей, Рой, будем надеяться, сегодня все прояснится. Кстати, а все ли мы осмотрели в твоем особняке?
— Все, Фил. Хотя…
— Что?
— Остался подвал. Но туда я сегодня ни за какие деньги не полезу!
— Рой, ведь подвал в нашем случае самое интересное! Его нужно обязательно осмотреть.
— Только не сейчас, Фил, уже ночь. Да и к тому же там нет света — с полгода уже лампочки не менял. Кроме того, насколько я понимаю, все эти потусторонние бредни — через час с небольшим: нам нужно быть именно в этой комнате.
— Да, очевидно, ты прав. Придется отложить подвал на завтра — и в самом деле, уже поздно. Давай пока приготовим кофе, а то, я чувствую, спать нам этой ночью вряд ли придется, да и какой тут, к черту, сон!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
