— Да, очевидно, ты прав. Придется отложить подвал на завтра — и в самом деле, уже поздно. Давай пока приготовим кофе, а то, я чувствую, спать нам этой ночью вряд ли придется, да и какой тут, к черту, сон!
Они расположились на кровати Роя, придвинув вместо столика тумбочку. Рой положил часы около кофейника и, не отрываясь, следил за минутной стрелкой. Это началось в четверть второго, совершенно неожиданно.
— Фил, остановились часы, — мрачно и от отчаянной безысходности невозмутимо спокойно произнес Рой.
И тут, медленно скрипнув, приоткрылась входная дверь. С лестницы послышались неестественно гулкие, отдающие эхом в пустом доме, шаги. По их звуку можно было сосчитать число пройденных ступенек. Кто-то медленно приближался.
— Бог ты мой, этой дряни здесь только не хватало, — прошипел Шмидт, глядя на летевшую неизвестно откуда здоровенную летучую мышь, которая не спеша облетела комнату и, раскрыв огромным черным веером крылья, повисла под потолком на плафоне. — Смотри, Рой, она летает совершенно свободно, для нее нет никаких барьеров… Какого дьявола ей здесь нужно?!
Тем временем звук шагов приближался, нарастал медленно и гулко, как редкая барабанная дробь перед казнью. Дверь резко распахнулась, громко ударив ручкой о стену. По еле заметному движению было видно, что недалеко от двери кто-то стоял. Казалось, ожил сам полумрак коридора, за порогом шевелилась холодная тьма, материализуясь во все более явно очерченную зловещую тень.
— Фил, смотри, вот оно! О, господи, свет! — Рой в бессилии ударил по тумбочке, уставившись на тускнеющий плафон. Лампочка на последнем издыхании мигнула и потухла, окончательно погружая комнату в непроницаемую тьму.
— Спокойно. Да где же он?.. — по отрывистым репликам своего друга Рой понял, что Шмидт пытается нащупать свой саквояж. — Наконец-то.
Вдруг послышался какой-то непонятный шорох, напоминавший шелест осенних листьев под порывами ветра.
— О боже, что это?! — вдруг закричал профессор. — Книга, Рой, где книга?!
И тут яркий свет залил комнату. Пошел в ход арсенал профессора — в левой руке у него сверкал огромный фонарь. Правой рукой Шмидт копался в саквояже, судорожно пытаясь что-то найти и при этом неотрывно глядя в сторону окна. Рой резко обернулся и обмер — в окно, вцепившись мертвой хваткой в книгу, билась летучая мышь, пытаясь вылететь с добычей на улицу.
— Если она уйдет — нам крышка! Осталось совсем немного! Задержи ее! — взревел Фил, не переставая рыться в своей сокровищнице. Рой схватил ночник — первое, что попало под руку — и швырнул его в крылатого вора, этим только ускорив развязку: ночник вдребезги разбил оконное стекло, куда и устремилась безнаказанно увернувшаяся от удара летучая мышь.
Нечленораздельный вопль профессора и пистолетный выстрел слились в один спасительный звук. Рой понял, что Шмидт нашел то, что искал — в руке у него сверкал сталью новенький «кольт». Книга упала на подоконник и рядом — разбрызгивая кровь по осколкам стекла — ее похитительница.
Вдруг Шмидт вспомнил про второго посетителя. Луч его фонаря метнулся в противоположную сторону. Благодаря тому, что книга переместилась в сторону окна, тот сумел подобраться довольно близко; до незваного гостя оставалось совсем немного — метр-полтора. Он упирался руками в пустоту и медленно — сантиметр за сантиметром — приближался. На этот раз барьер оказался более податливым. Свет мощного фонаря выхватил из темноты его обезображенную гниением фигуру. Лица как такового не было. Остатки волос и кое-где еще сохранившейся кожи, жалкое подобие мускулов, еще не до конца изъеденных могильной гнилью, лоскуты истлевшей материи, когда-то служившей ему одеждой, покрывало его скелет какой-то сплошной, посеревшей, спекшейся в один слой омерзительной разлагающейся слизью.
— Силы небесные, Рой, он идет! В чем же дело?! Его уже ничто не остановит… — Тут Фил вспомнил, что в руках у него револьвер. Казалось, что «кольт» начал стрелять очередями — профессор с бешеной скоростью выпускал в своего ужасного противника весь боезапас. Пули с громким чвяканием входили в его туловище и голову, разбрызгивая по комнате мерзкую слизь и частички раздробленных костей, впрочем, совершенно безболезненно для самой мишени. Один из выстрелов все же оттянул неприятное свидание — очевидно, у Шмидта под конец дрогнула рука, и он попал уже не в туловище, а в руку. Но, наверно, это и спасло их. Рука ночного чудовища неестественно загнулась и упала на пол — удачный выстрел помог могильному разложению в его разрушительном деле.
— Так, Фил, еще! — у Роя появилась надежда, что и силам ада можно как-то противостоять, что, в общем-то и верно, был бы черт, а ладан найдется.
Шмидт в отчаянии швырнул револьвер на пол:
— Крышка, Рой, — флегматично проговорил он, — патронов нет. Я не приволок сюда королевский арсенал.
— Книга, болван! — бешено заорал Рой. — Она закрыта!
— О, дьявол! — Фил рванулся к окну, схватил уже истрепанную книжку. Ну я тебе сейчас устрою! — Он быстро открыл нужную страницу и, не глядя в текст, принялся наизусть отрывисто читать на латыни: «Вэрум эст синэ мэндацию, цертум эт вэриссимум. Квод эст инфэриус…» — на этот раз в нем не было даже намека на театральность.
Это подействовало лучше, чем «кольт». Будто пораженный высоковольтным зарядом, мертвец задергался в конвульсиях и… отступил на шаг.
— Господи, спаси и сохрани! Действует! — закричал вне себя от радости профессор. — Ну подожди! — с книгой в руке, продолжая выкрикивать латинский текст, он сделал шаг вперед в сторону невидимого барьера. Ночного гостя мгновенно отбросило назад метра на полтора. Так сметают со своего пути букашек. Чтобы не мешали. Рой вспомнил погром, учиненный в его квартире прошлой ночью и понял, что в руках его друга была куда большая сила, равных которой Рой не мог себе и представить…
Забыв обо всем на свете, Шмидт продолжал наступление, исступленно выговаривая латинские фразы. С каждым шагом профессора его противник рывком отлетал к стене. Отбитая выстрелом рука, шевеля пальцами, как огромный паук, проделывала тот же путь. А вот уже и стена, отступать дальше некуда. Шмидт уже спокойно проговорил последнюю фразу: «Комплетум эст, квод дикси дэ опэрационэ Солис!» — и сделал два шага вперед. Его противник задрожал, силясь удержаться на месте, но было видно, что ему уже этого не удастся. Сметаемый неведомой силой, он одним движением превратил стену в груду строительного мусора и исчез в проломе.
Сам по себе включился свет. Фил довольно хмыкнул и выключил ставший уже не нужным фонарь. Рой сел на кровать и закурил, прихлебывая из протянутого стаканчика.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
