Подруга остановилась посреди комнаты. Почесала себе голову и выдала:
— Первое предложение господина Адамса.
— И?
— Он предложил мне очень хорошие деньги за кондитерскую, но я отказалась, сказав, что она бесценна для моей семьи. Господин Адамс появлялся ещё четыре раз с предложением ещё больших сумм, но я, всё равно, отказывалась, потом он исчез.
— А для тебя настали чёрные деньки. — закончила я историю. — Что ж, хотя бы мы знаем, откуда у этой темной истории ноги растут.
— Это господин Адамс? — не поняла меня Андреа.
— Нет, господин Адамс лишь юрист. Как бы узнать, кто его нанял? И ведь даже, если спросишь, не скажет, пока клиент не захочет выйти из тени… Чёртова этика!
— Клэр, — Андреа подошла ко мне совсем близко и посмотрела в глаза. — что изменит, если мы узнаем кто это?
— Может всё, а может и ничего… — сглотнула я. — Станет понятно, стоит ли бороться или продать всё и начать где-нибудь всё сначала. В любом случае, мы не сдадимся!
— Не сдадимся. — повторила мои слова Андреа. Это звучало, как взаимное обещание. Оно и было им…
Если ты расставил все точки над и… Если набросал план, пусть он весьма туманен… И есть с кем разделить грядущие неприятности… Будущее перестаёт быть слишком пугающим. А значит, можно и рискнуть…
И началось веселье, пошло, поехало. Эту неделю мы прожили мирно, но со следующий инспектора с корочками, выписанными королевской канцелярией, к нам зачастили. Матушка Эльза говорила, что нет ничего, что при желании нельзя было унизить, оскорбить, осмеять или, наоборот, возвысить. Поэтому всегда, всегда нужно самой знать, что то или иное стоит. Чего стоишь ты…
Мы с Андреа знали, что господа-инспекторы пришли с целью придраться к пустому месту и собственно придирались к пустому месту, но, всё равно, было больно… Всё равно, было трудно…
В этот период единственной отдушиной были встречи с Кристианом. Я ему рассказывала, жаловалось, а он слушал, утешал, хвалил, поддерживал… Это помогало… Помогало улыбаться, помогало вести себя достойно, когда очередная проверка находила «тяжелейшее нарушение». Пожалуй, только эти встречи и спасали. Но… Почему всегда должно быть «но»? Не хочу! Но оно было…
Выпал первый снег, и он не растаял, даже не думал таять. Он шёл несколько дней — и вскоре он был везде. Густой белый покров накрыл город…
Кристиан пригласил меня на прогулку в парк. Настроения не было, но я не могла отказаться.
Я что-то бурчала, бубнела себе под нос, а Кристиан смеялся… Надо мной! Разумеется, такое оскорбление простить я не могла: слепила снежок и запустила в этого наглеца! Завязалась перестрелка… И я явно проигрывала! Пришлось спасаться бегством, но меня догнали, закружили и поцеловали…
Это было наше первое прямое прикосновение… Я не хотела лезть в душу этого человека, пока он мне не позволит… Иначе, мне казалось, так будет нечестно. А как строить отношение без честности?
Вот так и получилось, что с первым поцелуем я узнала и о желаниях господина Рея.
Желания были смутны, но достаточно ярки, для того чтобы их можно было различить… А Кристиан хотел быть везде и всегда первым. Хотел быть победителем. И только так…
Мне стало не очень хорошо: сразу вспомнились слова Каены о том, что таким мужчинам, как Кристиан, с такими девушками, как я, не интересно. Куда уж там, если он вечный завоеватель, а я та, кто любит просто жить, просто что-то создавать, заставляя улыбаться тех, кто для меня дорог…
Радовало только то, что желание было смутным. Значит, он сам не уверен, сам себя обманывает… Может нам не так и не по пути?
Я старалась улыбаться, но мне было не по себе. Кристиан ощутил моё состояние, он, вообще, очень остро реагировал на мои чувства.
Сослалась на головную боль. Почти правда, она у меня действительно разболелась.
Мне посочувствовали, проводили домой и ушли… А я осталась думать. Боги, за последнее время я возненавидела это действие.
А на следующий день произошло то, что перевернуло мой мир с ног на голову… Была моя смена в кондитерской, когда к нам заглянул Вейнц. Я его давно не видела: приходилось бегать за господами инспекторами. Как же я соскучилась по простой рутине! Поэтому я была безумна рада увидеть знакомые резкие черты и морщины!
— Здравствуйте. — в первые за последние дни улыбнулась во весь рот.
— Здравствуй, Клэр. Давно тебя не видел. — пробурчал старик и нахмурил свои густые брови.
— Дела-дела. — практически пропела я.
— Эх, а я для тебя столько интересной и поучительной информации припас. — подмигнул старик. — И специально пришёл к закрытию, чтобы побольше пообщаться.
— С разу же подойду, как только освобожусь! — улыбнулась я.
И я подошла, как только проводила последнего посетителя и вывесила табличку «закрыто». Действительно узнала много удивительного и поучительного…
Оказалось, господин Вейнц несколько дней назад встретился со своим бывшем учеником… Точнее, с господином Адамсом! Кто бы мог подумать, как тесен мир… Старые друзья выпили за встречу, а ничтотак не развязывает рты, хранящих тайны мужчин, как вечер с бутылкой и приятелем, перед которым хочется покрасоваться.
Разумеется, профессиональный юрист имён не называл, но суть…
Одна глупая девчонка не захотела продавать своё дело его клиенту. Руководила она не очень хорошо — рано или поздно, всё равно, разорилась бы. Его же благородный клиент сделал девице роскошное предложение по избавлению её от всех проблем, а она не оценила. Хотя предложенная цена в несколько раз превышала рыночную! Скорее всего, девчонка была слишком жадной, и ей захотелось больше. Клиент несколько раз повышал цену, но девчонка упёрлась и всё… Её решили проучить, то есть, разорить. Но тут появилась какая-то старая дева, которая испоганила всю игру. Девка была не из местных, да и данные о ней засекречены. Удалось узнать только то, что она младшая дочь какого-то глупого рода, считающего, что происходит от магического существа.
Что или кто стояло за ней, было непонятно. Откуда она появилось тоже. А наглая… Вот и предложил мудрый господин Адамс приударить клиенту за девкой. Пара комплиментов — и провинциалка будет готова на всё. Сама расскажет кто и откуда; сильные и слабые стороны. Клиент так и поступил.
Как результат, юрист был убеждён, что это дело точно пойдёт на лад.
— Клэр, ты чего? — испугался господин Вейнц, заметив, что по моим щекам бегут слёзы. Я не плакала… Это само как-то получилось…
— А причины такого странного упорства господин Адамс не называл? — пропустила я вопрос господина Вейнца мимо ушей.
