— Я только хочу помочь.
— Мне не нужна ничья жалость. — Она открыла глаза. — Это моя жизнь и мои родители. Я люблю их и принимаю такими, какие они есть, хотя иногда, признаться, это очень непросто.
— Кто говорит о жалости? — Загорелся красный свет. Он остановил машину и посмотрел на нее. — Я имел в виду, что не много найдется людей, кому довелось пережить подобные испытания и не сломаться. Я восхищаюсь тобой, Лили.
Лучше бы ты меня любил, невольно подумала она, но вслух произнесла:
— Спасибо за откровенность. — Несмотря на ее попытки улыбнуться, у нее ничего не вышло. — Уже желтый. Может, мы поедем? Я, надо сказать, очень устала, а завтра утром у нас встреча. Я не хочу подвести тебя.
Зак посмотрел на нее долгим взглядом и нажал на газ. Машина тронулась.
— Тебе это не грозит. Ты никогда не подведешь меня.
— Откуда ты знаешь? Тебе ведь известно о моем недуге. Пока мне очень везет, но это может закончиться в любой момент. И от меня, к сожалению, зависеть уже ничего не будет. Моя память в любой момент может дать сбой. И я ничего не смогу с этим поделать.
— Ты справишься, Лили, — твердо проговорил Зак.
— Мне бы твою уверенность, — прошептала она, отвернувшись к окну, но он ее тем не менее услышал.
— Если ты позволишь мне, — тихо произнес он, — я могу помочь тебе.
— Зачем тебе это нужно?
— Разве для того, чтобы сделать добро, нужен какой-то особый повод?
— А тебе обязательно нужно совершить добрый поступок? Я же сказала, что мне не нужна ничья жалость.
— Лили, пожалуйста…
Впервые в жизни Зак испытывал робость. Как сказать ей о своей любви? Разве он достоин такой удивительной женщины?
До самого отеля никто из них больше не произнес ни слова.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Деловая встреча прошла быстро и без неожиданностей. Юристы обеих компаний уже подготовили договор и во время встречи внесли лишь ряд мелких изменений. Поставив свою подпись, Зак сообщил Лили, что если ей ничего в городе не нужно (девушка поняла, что он имеет в виду ее родителей, и отрицательно покачала головой), то они могут отправляться в аэропорт.
Так как вещей у них было немного, сборы вышли недолгими, и после полудня они уже прибыли в аэропорт. На ее счастье, командировка вышла совсем короткой, вопреки первоначальным опасениям.
— Если хочешь, можешь выпить чашку кофе, пока я зарегистрирую наш багаж, — предложил Зак.
— А тебе взять?
— Выпью в самолете.
Маленькими глоточками Лили пила кофе, стараясь не думать о встрече с родителями, но это у нее плохо получалось. Вопрос отца все еще звучал в ее ушах. Хотела ли она продолжить учебу? Лили об этом как-то не задумывалась. После несчастного случая у нее было о чем подумать, помимо учебы. Во-первых, как жить и, во-вторых, на что жить. Ей повезло, что она окончила специальные курсы и уже во время учебы подрабатывала секретарем. Но хотела ли она заниматься этим всю жизнь? Нет, секретарская работа ей, конечно, нравится, но отнимает у нее слишком много сил, и моральных и физических. Управление небольшой компанией, наверное, если не самый лучший, то по крайней мере в настоящее время наиболее приемлемый вариант. Может, и впрямь все-таки стоит закончить университет? Насколько она себя помнила, ей всегда нравилась психология, и только тот несчастный случай резко перечеркнул ее планы на будущую жизнь. Ну что ж, вполне возможно, она еще вернется к этому вопросу. Только немного позже.
Она смяла бумажный стаканчик и выбросила его в урну. Оправив юбку, Лили обернулась и наткнулась на внимательный взгляд Зака. Он разобрался с багажом и теперь стоял у стойки регистрации пассажиров.
Лили тихонько вздохнула. Как же он красив, черт его побери! И почему ее угораздило влюбиться именно в этого человека?
Ее невеселые размышления прервал мужской голос, который заставил ее напрячься.
— Лили?
Ну как ей «везет» в кавычках на всякие встречи! Похоже, судьба решила испытать ее по полной программе.
Сейчас к ней подходил… Ричард, ее бывший жених! Он был в десяти метрах от нее, и у нее было достаточно времени внимательно его рассмотреть. Неужели она когда-то любила этого мужчину? Перед ее мысленным взором тотчас встал образ другого человека, которого она узнала немногим более двух месяцев назад, и она поняла, что чувство, которое когда-то испытывала к Ричарду, было вовсе не любовью. Теперь, в двадцать пять лет, она знала это точно. Скорее всего, на нее подействовало то, что ее мать всегда благоволила к Ричарду Тейлору, ее любимчику еще со студенческой скамьи.
— Здравствуй, Ричард. — Лили сама удивилась, как спокойно и холодно звучит ее голос. — Какая встреча! Я приехала всего на пару дней, но уже успела повидать столько знакомых, сколько мне не довелось увидеть за весь прошедший год.
Сощурив свои серо-голубые глаза, Ричард внимательно посмотрел на нее.
— Привет, Лили! — восхищенно воскликнул он. — Неплохо выглядишь.
— Спасибо за комплимент. — Она склонила голову. — Ты виделся с моей матерью?
Ричард выглядел немного сбитым с толку.
— С твоей матерью? Нет. А ты?
— Буквально вчера.
— И уже уезжаешь? Обратно в Европу?
Лили усмехнулась.
— Немного ближе. В Сидней. Я там живу.
— В Сидней? — переспросил он. — Но твоя мать сказала, что ты…
— Моя мама, видимо, надеялась, что я уеду куда-нибудь подальше, но у меня на этот счет было собственное мнение.
Несколько секунд Ричард молча рассматривал ее, словно видел впервые.
— Ты говоришь совсем… — он запнулся, — как до того несчастного случая.
— Ты удивлен? — Лили позволила себе улыбнуться. — Если помнишь, у меня пострадал участок мозга, отвечающий за кратковременную память, но никак не центр речи. Если бы тогда у тебя хватило смелости прийти и сказать, что между нами все кончено, а не передать мне через медсестру ту записку, ты бы в этом убедился сам.
— Прости, я не хотел тебя обидеть, — покаянно произнес Ричард.
— Больше, чем ты меня уже обидел, не сможет обидеть никто, — спокойно произнесла Лили.
Объявили посадку на какой-то рейс, на какой точно — Лили не расслышала. Обернувшись, она обнаружила Зака стоящим на прежнем месте. Только теперь его руки были засунуты в карманы брюк. Лицо — абсолютно невозмутимое, ничего не прочтешь!
— Прости, — еще раз сказал Ричард.
Лили не ответила, и он проследил направление ее взгляда. На его лице показалось недоверие, затем, когда он убедился, что не ошибся, Ричард порывисто взял Лили за руку.
— Это ведь Закари Свифт? — горячо зашептал он. Глаза его загорелись. — Ты его знаешь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
