очень жаль. Возможно, мне удастся поговорить с Петром Дмитриевичем, когда он решит уйти с работы. Постою там, — девушка указала на других ожидающих и, развернувшись, двинулась в их сторону, покачивая бёдрами так, что Васин даже прикусил губу.
— А теперь уже мне интересно, чего у тебя там происходит, — раздался в наушнике новый голос. И это был сам глава тайной канцелярии.
— Все эти девушки утверждают, что хотят встретиться с вами, — затараторил Васин. — Последние минут двадцать только и делаю, что разворачиваю их. Некоторые переходят все границы. Их бы, по-хорошему, сдать полиции, пускай разбираются. Как-то это всё слишком подозрительно.
— И почему ты только сейчас говоришь об этом?
На этот раз вопрос задал капитан Бобров. А дежурный и не знал, что ему ответить. Как-то до этого даже мысли не возникало, что всё это очень подозрительно.
Но ответить он снова не успел. Перед КПП появилась очередная представительница прекрасного пола. На этот раз брюнетка в красном обтягивающем платье, красной же шляпке, лакированных красных перчатках по локоть и красных туфлях на огромной шпильке. В одной руке она держала миниатюрную красную сумочку, а в другой — длинный мундштук с дымящейся сигаретой.
— Я к Романову, уйди с дороги, малыш, — сказала девушка, резко отличившись от остальных желающих.
Васин сам не понял почему, но он действительно отошёл в сторону, открывая вход в здание. Девушка в красном даже не посмотрела в его сторону и двинулась вперёд, с громким стуком впечатывая шпильки в плитку. Но сделала всего пару шагов, как резко дёрнулась назад, каким-то чудом умудрившись устоять на ногах.
— Ты куда собралась? Не видишь, здесь очередь? Встань и жди, как остальные! — наехала на брюнетку одна из первых пришедших девушек. Она же дёрнула её за плечо, едва не свалив.
Брюнетка не собиралась спускать подобное никому с рук и, развернувшись, с размаху впечатала свою сумочку в физиономию своей обидчице, а через несколько мгновений и сама получила сумочкой по лицу, только уже чёрной и более увесистой.
А затем перед входом в тайную канцелярию началось такое, что даже представить невозможно. Настоящий женский рестлинг. Зрелищный, волнующий и невероятно увлекательный.
Васин и не заметил, как рядом с ним появился капитан Бобров и его сменщик, который должен заступить на дежурство через час, а вскоре и практически все представители сильной половины человечества, что находились в офисе канцелярии.
Да что в офисе, начали вываливать люди из соседних зданий. Останавливались все, кто просто шёл мимо, даже по противоположной стороне улицы.
Начали останавливаться машины. Кто-то сигналил, кто-то ругался, но быстро всё сходило на нет, стоило только увидеть причину остановки.
— Как думаешь, кто победит?
— Понятия не имею, но мне больше всех нравится вот эта в красном, — даже не поняв, кто его спросил, ответил Васин.
— Ну ладно, а я болею за Людмилу Прокофьевну. Это вон та, в сапогах, очках, со странной причёской и в коричневом костюме, которая ещё на мужика похожа. Зуб даю, она всех этих вертихвосток сделает. Ну вы смотрите, а я пойду в гости к Романову. Пока он сам сюда не спустился. Хотя, может, уже и спускается. А то потом его хрен поймаешь.
Прошло секунд десять, и только теперь до Васина дошёл смысл услышанного, но когда он повернулся в поисках того, кто мог это сказать, то увидел рядом лишь знакомые лица. Радостные, восторженные, азартные и счастливые, как никогда.
А когда повернул голову в сторону этого невероятного побоища, то увидел ту самую Людмилу Прокофьевну, о которой ему говорили. И действительно, она определённо могла выиграть. Орудуя какой-то длинной линейкой и довольно громоздкой сумкой, эта женщина не оставляла другим никаких шансов.
Но в любом случае до конца битвы ещё очень далеко. Слишком уж много сегодня было желающих поговорить с Петром Дмитриевичем Романовым. И это даже хорошо, подобное зрелище должно длиться как можно дольше. Чтобы все успели им насладиться.
* * *
Почему именно сексуальные девушки и эпичное побоище перед главным офисом тайной канцелярии?
Да просто захотелось сделать чего-то нового. Чего-то, что будет интересно всем. И не просто интересно, а заставит их испытывать яркие эмоции. А так как в тайной канцелярии представительниц прекрасной половины человечества практически невозможно встретить за крайне редкими исключениями, то я решил вот таким образом порадовать мужиков.
Мужики рады, единицы женского пола возмущены, а я спокойно и без лишней огласки встречаюсь с Петром Дмитриевичем.
Вот как раз и его кабинет. Только собрался постучать, как дверь распахнулась, и на пороге появился удивлённый Романов.
— Максим? Ты как сюда… Не важно, потом. Всё потом. Сейчас нужно разобраться с тем…
— Пётр Дмитриевич, я к вам. Нужно поговорить, и от этого разговора у вас не получится уклониться. То, что происходит перед офисом, так, ерунда. Дал возможность немного развеяться вашим сотрудникам. Минут через двадцать там всё закончится.
— Максим, это не шутки, люди там реально…
— Да ничего не случится. Я всё предусмотрел, когда моя иллюзия исчезнет, о ней все забудут.
— Но зачем?
— Чтобы поговорить с вами, — повторился я. — И, судя по тому, что происходит, поступил совершенно правильно. Или хотите сказать, что сейчас вы не пытаетесь избежать разговора со мной?
Романов нахмурился, но отрицать услышанное или как-то оправдываться не торопился. А затем и вовсе тяжело вздохнул и пригласил меня в кабинет, при этом для чего-то осмотрев коридор, словно боялся, что нас кто-то увидит.
— Присаживайся, и давай сразу перейдём к тому, о чём ты хотел поговорить. Сам понимаешь, времени катастрофически мало и не хватает даже на половину всего, что нужно сделать.
— Об этом я и хотел поговорить. Пока идут работы по строительству нашего НИИ, нужно отомстить мировому совету за то нападение. Нельзя подобное оставлять безнаказанным. Предлагаю наведаться в их штаб-квартиру и показать, что не стоит вести себя столь опрометчиво.
Пётр Дмитриевич закрыл глаза и откинулся на спинку кресла, при этом желая крепко так выругаться, но всё же смог сдержаться. Немного посидели в тишине, и он заговорил, всё ещё не открывая глаз:
— Что-то подобное я и предполагал. Поэтому подобные встречи были крайне нежелательны, а вашу четвёрку вообще не должны были пускать ко мне. И я не могу тебе здесь ничем помочь. Подобное не в моей юрисдикции. Ко мне вы можете обратиться, если требуется сделать что-то внутри империи, за её пределами работают другие люди.
Что-то подобное я и предполагал. Да и Романов уже говорил об этом в тот раз, когда мы наведались в гости к всадникам инков. Но
