я листала альбом, мое уважение к таланту Джашера росло. Страница за страницей передо мной открывались великолепно прорисованные и неповторимые образы фейри всех цветов, форм и размеров. Найди я этот альбом и не знай, кто его владелец, я бы предположила, что он принадлежит зрелой художнице. Изящные силуэты фейри и калейдоскоп цветов казались творением исключительно женских прикосновений. Если бы я не видела, как Джашер рисует прямо у меня на глазах, я бы ни за что не поверила, что это его работы.
Кем был этот человек? Суровый любитель жизни на природе, мастер на все руки с мозолистыми ладонями. Плотник и ландшафтный дизайнер в рабочих сапогах и рукавицах. Он мог видеть духов – с чем я прежде никогда не сталкивалась, – но также обладал замечательными талантами и в музыке, и в живописи.
Во всех рисунках светилась пронзительная любовь к этим маленьким существам, обнажавшая его чуткое сердце. Тогда, рядом со мной, Джашер был до невозможности уязвим. Мы оба молчали, пока я переворачивала листы. И в какой-то момент с ужасом обнаружила, что на глазах у меня выступили слезы, грозящие вот-вот сорваться с ресниц.
– Джорджейна? – тихо позвал меня Джашер.
Я сглотнула. Продолжи я рассматривать рисунки, это выглядело бы глупо, поэтому я закрыла альбом, так и не досмотрев его до конца.
– Они чудесны, – наконец, произнесла я и закашлялась, протягивая Джашеру этюдник. – Я могу лишь мечтать о таком таланте, как у тебя.
Мы взглянули друг другу в глаза. Щеки у меня запылали, но глаз я не отвела. Выражение его лица было неопределенным, а взгляд непоколебимым. В итоге я слишком резко встала, отвернулась, чтобы прийти в себя, и спросила первое, что пришло мне в голову:
– Как ты думаешь, почему коконов становится меньше?
Джашер пожал плечами:
– Логично, что причиной тому развитие промышленности и новых технологий, из-за которых, я думаю, фейри труднее пройти фазу куколки. Они просто такие хрупкие, пока маленькие.
Но прогресс не остановить. В какой момент наш мир стал настолько опасным, что фейри не могут пройти стадию куколки? Что же будет дальше со всей природой?
Эйфория, что я испытала, наблюдая за тем, как рождается Раша, испарилась. В мире же так много защитников окружающей среды, борющихся против роста промышленности, разве нет? Я оцепенела от осознания страшной беды. Меня как будто силой вытолкнули в суровую реальность.
Природа перестала быть для меня просто внешней стихией, которой я могла восхищаться время от времени, если приходило настроение. Теперь она обрела лицо, форму и сердце, что билось у ее народа. Да-да, у природы был тайный народ, о котором никому почти ничего не было известно, но именно благодаря ему выживали мы, люди. И этот народ медленно погружался в воронку депопуляции.
Глава 16
На следующий день, когда я в одиночестве обедала в беседке, на телефон пришло сообщение.
Тарга: «Как поживаете с троллем?»
Я: «Слава богу, помирились. И я больше не считаю его сумасшедшим».
Тарга: «Нет? Ты все-таки спросила его об этом?»
Мои пальцы в раздумьях зависли над клавиатурой. Что мне ответить? Я напечатала: «Он может видеть мертвых». Но не нажала «отправить». А еще через пару секунд стерла сообщение и набрала новое: «Это было просто недоразумение».
Подруге потребовалась секунда, чтобы ответить.
Тарга: «Слишком уклончиво. Тебе повезло, что я сейчас убегаю на встречу с командой пляжных спасателей, иначе я бы от тебя не отстала. Мне нужны детали».
Я: «Говоришь, как человек с большим опытом».
Тарга: «Не уходи от темы. Позже мне все расскажешь».
Я: «Да, мамуль».
Покинув беседку, я была на полпути к дому, когда на подъездную дорожку выехал рабочий грузовичок Джашера. Заскрипели тормоза, раскидывая гравий. Двигатель затих, и в следующую секунду кузен вышел из машины.
– Все в порядке? – крикнула я через лужайку.
– Оранжерея открыта, да? – Джашер захлопнул дверцу грузовика и трусцой побежал к Сараборну.
– Да. Я ее не закрывала. Надо было?
Несколько дождевых капель упали мне на лицо.
– Нет, нет, – прокричал он. – Надвигается гроза, но не такая сильная, как в прошлый раз.
Его плечи и волосы выглядели мокрыми, темные кудряшки прилипли к шее и лбу.
– Я только из Анакаллоу, там уже дождь, – его глаза сверкали, словно в некоем предвкушении.
– Думаешь, подходящая гроза для появления коконов? – я задрала голову в сомнениях. В небе проглядывала бронзовая тень и бежали острова облаков. Ветер трепал мои волосы.
– Будем надеяться. Если польет дождь, а затем выглянет солнце… – Джашер пожал плечами. – Все может быть.
Я оставила свой мобильник на кухонном столе, мимо которого мы проскочили, несясь через весь дом в оранжерею. Стал накрапывать дождь. Мы закрыли стеклянные двери, отделявшие мастерскую Фейт от растений, и убрали несколько случайных инструментов. Дождь усилился, небо заволокло тучами. Мы с Джашером усмехнулись друг другу – товарищи.
– Теперь ничего не остается, как сидеть и ждать, – сказал Джашер.
Он примостился на пороге гостиной и оранжереи, куда не мог достать дождь. Я устроилась в кресле рядом с раздвижной дверью. Расслабиться и просто насладиться дождем мне не удавалось – я была так взбудоражена, что опять начала грызть ноготь на большом пальце. Этот нервный тик у меня с детства. Лиз бы мне дала по рукам, если б увидела.
Джашер засмеялся, я оглянулась на него:
– Что?
– Твой позвоночник прямой, как шомпол. Расслабься. Скорее всего, ничего такого и не будет.
Но уже через несколько минут мы оба ходили взад и вперед, не в силах успокоить волнение.
Дождь продолжался около часа, но казалось, что прошла целая вечность – как минимум несколько дней. К моменту, когда он стал затихать, Джашер растянулся на диване, а я развалилась в кресле, перекинув ноги через его подлокотник, и читала книгу по садоводству, обнаруженную на полке. Говорю «читала», но на самом деле я просто разглядывала картинки. Джашер резко поднял голову – я сделала то же самое. Мы были словно пара гончих, заслышавших треск ветки в лесу.
– Кажется, дождь заканчивается, – Джашер наклонил голову.
– Пока все в порядке, да? Смотри, какое всё мокрое!
С каждого растения, с каждого листочка струилась вода. Уже едва моросило. Джашер переступил порог оранжереи, я последовала за ним. Мы выглянули через открытый купол. Несколько дождинок упали мне на лицо. Серые облака застилали небо.
– Ветер их сейчас унесет, – улыбнулся Джашер.
Дождь наконец совсем стих. Капли стекали с листа на лист и падали на оранжерейную землю, теперь темную и сырую. Мы с Джашером стояли на резиновых ковриках, чтобы не пачкать ноги. Становилось светлее. В
