будем рассказывать ей о том, что произошло сегодня? – прошептал он.
– Почему нет?
Вообще-то наш поход на вечеринку был идеей моей тети.
– Она будет ужасно себя чувствовать. Она не знает… масштабов всего этого. Я больше не говорю с ней о призраках. Это моя вина, я усыпил ее бдительность, навел иллюзию безопасности.
Я согласилась выполнить просьбу Джашера и не стала больше расспрашивать его о призраках, но спала беспокойно, всю ночь проворочалась в кровати.
Глава 14
Шли дни, жуткая вечеринка осталась в прошлом, а мы с Джашером с растущим нетерпением ожидали вылупления фейри. В доме установился свой ритм, и теперь я ощущала себя его частью. Обычно по утрам я рано вставала и около семи часов отправлялась на пробежку. Затем к восьми возвращалась, принимала душ и шла завтракать. Вообще-то я никогда особо не любила завтраки, предпочитая обеды, да и редко бываю голодна по утрам, но Фейт все изменила. Ее горячие булочки прямо из печи просто сводили меня с ума. А какие восхитительные блинчики она готовила! А ее идеально сваренное яйцо всмятку, а изумительные фруктовые салаты со съедобными цветами! Тетушка в одиночку разрушила все стереотипы о скучной ирландской кухне.
Странные сны, словно сцены из одного и того же сериала, посещали меня с завидной регулярностью, и каждый раз я просыпалась с ускользающими туманными воспоминаниями, которые почти полностью рассеивались к обеду.
Джашера за завтраком я почти никогда не видела – он вставал засветло, то есть безобразно рано, уезжал в половине шестого утра и возвращался к трем часам дня. После обеда иногда дремал – всегда на улице в гамаке, если не было дождя. Кузен столько всего успевал за день! Я восхищалась и ужасалась его работоспособности и стремилась сама стать более продуктивной – не скажу, что с большим успехом. По утрам я продолжала осваивать курс композиции, сидя в своем любимом «Критерии». Естественно, выделяла время на обновление своих соцсетей и проверку почты, а еще предавалась, пожалуй, своему самому постыдному увлечению – онлайн-шопингу.
После обеда я помогала Джашеру с каким-нибудь из его проектов или гоняла на велике Фейт по ее поручениям. Иногда мы с кузеном ездили в Анакаллоу. Обычно он заходил на склад пиломатериалов или в хозяйственный магазин, а я зависала в антикварных лавках. Каждый раз нам приходилось заранее договариваться о месте и времени встречи, поскольку у Джашера не было телефона. Я дразнила его жителем Темных веков, но в действительности с уважением относилась к его выбору жить без гаджетов, отлично понимая, что сама на такое не способна. Мне было очень важно, что мои ноутбук и телефон позволяли мне быть на связи с друзьями, когда бы мне это ни понадобилось.
Я помогала Фейт в саду: выдергивала сорняки, снимала увядшие цветы и подрезала растения. Однажды, как раз когда я занималась прополкой, из глубины сознания до меня донесся робкий шепот, возвещавший о происходящей трансформации. Дурного в этом ничего не было, но и игнорировать происходящее было невозможно.
Коснувшись очередного растения, подушечками пальцев я ощутила мягкие волоски на его листьях и как-то само собой произнесла:
– Окопник. Помогает восстановлению костей.
Фейт, тоже половшая неподалеку, подняла голову:
– Откуда ты это знаешь?
Я нахмурилась, озадаченная.
– Должно быть, ты мне рассказала.
Однако в действительности мне не удалось припомнить момент, когда тетушка говорила об этом конкретном растении. Я списала все на причуды разума. Иногда ты просто знаешь о чем-то, а откуда – бог весть! Фейт покачала головой, словно она тоже не могла вспомнить такого эпизода, и вернулась к работе.
Территория Сараборна была огромной, и здесь всегда находилась работа, хотя для Джашера, пожалуй, все это было просто развлечением. Он давным-давно закончил ремонт крыши в оранжерее и уже начал колдовать над пристройкой, предназначенной для лаборатории Фейт.
Тетя обычно завтракала вместе со мной, а затем уходила, все утро посвящая своим пациентам. Иногда она задерживалась у них до самого вечера, но каждый день минимум пару часов уделяла садовым работам и занятиям в мастерской.
Как-то во время одной из пробежек я зацепилась взглядом за скопление высоких растений, ветви которых были усыпаны пучками соцветий на коротких стебельках. И снова – я как будто знала, что это. Но откуда? Прервав свой бег, я шагнула в канаву, чтобы поближе рассмотреть их. Коснувшись листа и наклонившись, чтобы понюхать его, я ощутила, как информация молнией пронеслась от кончиков пальцев до моего сознания. Репейник – очиститель крови, мощный детоксикант. Лекарственные свойства и химический состав растения роились в моем мозгу. Я отпустила лист, но знания остались со мной. Должно быть, тетя Фейт рассказала мне все это, когда мы возились в саду, просто забылось. Тряхнув головой, я отступила назад, к дороге, и продолжила пробежку.
Оглядываясь назад, я думаю о том, как глупо было искать тем прозрениям простое и логичное объяснение. Однако именно так мы, люди, поступаем, когда происходит нечто, доставляющее нам дискомфорт, – мы пытаемся рационализировать это.
Но затем, когда я бежала обратно к дому, это случилось опять. По пути мне попались высокие кусты с маленькими желтыми цветами на длинных стеблях. Я остановилась и присмотрелась к ним – они были крошечными и похожими на маргаритки. В этот момент боковая дверь дома открылась и показалась Фейт с ведром компоста.
– Доброе утро, Джорджи. Как пробежка?
– У тебя там Jacobaea Vulgarus растет, – сказала я Фейт, показывая на растение, – опасная штука.
Мне даже не требовалось касаться его, чтобы знать это.
Фейт удивленно рассмеялась.
– Да, но чаще его называют амброзией. Или еще лучше, – она приподняла бровь, – «кобылий помет».
Тетя выбросила отходы от фруктов и овощей в компостную кучу за гаражом.
– Он оставлен для опылителей.
Я кивнула – нектаром амброзии питаются тридцать два вида насекомых, находящихся под угрозой исчезновения, и это их единственный источник пищи. Моргнув, я попыталась вспомнить, откуда у меня эти знания. Вероятно, услышала когда-то в школе.
– Приходи завтракать, – позвала Фейт и скрылась в доме с пустым компостным ведром.
Я пошла за ней.
– Ты уже собралась в Абердин?
– Ага, – тетя взяла прихватки и открыла духовку, откуда хлынул запах свежих булочек. – Будешь скучать по мне?
Я глубоко вдохнула ароматный пар и застонала от удовольствия.
– Нет, только по твоей выпечке.
Она засмеялась и шлепнула меня кухонным полотенцем.
– Ты рада, что поедешь на курсы? – спросила я тетю.
– Очень, – подхватив одну из булочек лопаткой, Фейт положила ее на тарелку и протянула мне. – Когда я уходила из медсестринского дела, чтобы работать независимо, то пообещала себе проходить курсы
