Читаем без скачивания Тонкая красная линия - Джеймс Джонс

Дейл не любил свою работу и прежде никогда не работал поваром. Ему не нравилось работать под началом Сторма, которого Дейл считал слишком властным. Дейл сам мог сурово отчитать рабочих по кухне и втайне этим гордился — иначе их не заставишь работать. Но Сторм требовал от поваров мгновенною и безоговорочного послушания, словно не верил в их способности, не верил в их добросовестность. Дейла это возмущало. Он уже давно чувствовал, что Сторм его почему-то невзлюбил. Два раза Сторм зажимал его продвижение в старшие повара. Дейл не простил ему и этого.

Как и многие другие, Чарли Дейл добровольно вступил в армию после двухгодичного пребывания в католической молодежной организации, как только ему исполнилось восемнадцать лет. Он никогда не стряпал ни у католиков, ни в каких других местах, разве что иногда жарил себе яичницу из двух яиц. Он пришел на кухню Сторма, прослужив шесть месяцев рядовым стрелком, потому что, вопреки ожиданиям, на строевой службе оставался затерянным среди массы ничтожеств в хаки. Если бы он ушел с кухни, то потерял бы свою специальность и права и отправился обратно в строй. А Дейл вовсе не собирался опять становиться таким ничтожеством, как все, и поэтому он остался.

Поскольку ему не нравилась кухня и поскольку на Гуадалканале свободных от смены поваров обычно освобождали от работы по разгрузке, Дейл всякий раз, когда был свободен от дежурства, отправлялся в одиночку исследовать окрестности. В одну из таких прогулок, в жаркий, тихий день, бродя вдоль границ пыльного аэродрома под навевающим дремоту нескончаемым летним солнцем, он обнаружил палатку, полную автоматов.

Сначала Дейл не понял, что в ней находится, но его удивило, что палатка стоит обособленно. Метрах в тридцати в кокосовых пальмах был пост, покинутый разомлевшими от жары солдатами. Любопытство Дейла разгорелось. Он снял петлю с одного из боковых кольев и проскользнул внутрь. В палатке было жарко, и в неясном, удивительно приятном, располагающем к лени свете жарких солнечных лучей, проникающих через брезент, палатку заполняли, как ряды скамей в церкви, деревянные стеллажи с оружием. Семеро молящихся, все в одном ряду, были автоматы. Переднюю часть алтаря представляла собой приподнятая платформа, на которой были сложены магазины и обоймы с патронами и брезентовые чехлы для них. На обоймах и чехлах стояло клеймо морской пехоты.

Остальную часть паствы составляли винтовки и несколько новых карабинов, какие только недавно получила третья рота. Дейл не мог оторвать от них глаз. При внимательном осмотре обнаружилось, что рабочие части не имеют никаких признаков износа. Все были совершенно новые. Густая складская смазка была снята, и они стояли готовые к немедленному употреблению, свежесмазанные. В палатке, как и снаружи, царила жаркая тишина воскресного религиозного бдения.

Дейл был вне себя от радости. Исполнилась заветная мечта каждого старого солдата об идеальном предмете для кражи. Просто невероятно! Да еще у морской пехоты! Один, конечно, для себя, а шесть остальных? И карабины? С жадностью и досадой Дейл понял, что не может унести даже все автоматы, не говоря уже о патронах к ним. Но упустить такой случай было непростительно.

Была еще одна загвоздка. Если он возьмет только один автомат для себя и немного патронов, что с ним делать? Стоит показать его в роте, как возникнет опасность, что его отберут. И тут ему пришла в голову блестящая мысль: он сейчас не возьмет ничего, а потом они устроят налет. Если найдется достаточно ребят, может быть, удастся захватить даже несколько этих прекрасных карабинов.

Если удастся заинтересовать кого-нибудь из офицеров, чтобы он пошел за автоматом для себя, то его никто не посмеет отобрать. Вместе с тем это здорово повысит популярность парня, который нашел оружие и придумал эту идею, то есть его, Дейла. Можно привлечь молодого лейтенанта Калпа, командира взвода оружия, бывшего футболиста из Дартмута, который всегда смеется и подшучивает над солдатами. А может быть, стоит обратиться к Уэлшу? Уэлш всегда готов на подобные штуки. Во всяком случае, этому негодяю Сторму Дейл не намерен ничего рассказывать; если ему нужен автомат, пусть идет и находит его сам.

Продумав все, Дейл вылез из палатки и тщательно надел петлю на кол. Потом помедлил немного. Он не мог отделаться от мысли, что отказывается от возможности слишком хорошей, чтобы ее упускать. Может быть, здесь есть охрана (уж он бы обязательно поставил), а часовой где-то болтается или спит. Можно вернуться и обнаружить, что склад охраняется и недоступен. Дейлу так захотелось заполучить один из автоматов, что у него зачесались руки. Особенно потому, что Сторм во всеуслышание заявил, что пойдет на передовую вместе с ротой и возьмет с собой тех поваров, которые захотят. Раз он так поставил вопрос, кто посмеет сказать, что не хочет воевать? Уж конечно не Дейл. Даже если при одной мысли об этом у него ноет под ложечкой.

Постояв минуту в раздумье под жарким солнцем, держа руку на теплом шве палатки, Дейл снял петлю, нырнул обратно, выбрал один автомат, прихватил столько магазинов и обойм, сколько мог засунуть в два брезентовых чехла, вылез из палатки, вновь закрепил петлю и ушел в кокосовую рощу, направляясь в расположение роты. Несколько встретившихся по пути солдат смотрели на него, но, по-видимому, не находили ничего странного в его вооружении, хотя при нем была также винтовка. Он не вошел в лагерь, а свернул в джунгли, там, где они ближе всего подступали к району расположения роты. Там он спрятал автомат и пошел к себе за рубашкой, вернулся, тщательно завернул в нее автомат и спрятал его вместе с патронами в углубление под высокими корнями гигантского дерева. Только тогда он ленивой походкой, насвистывая и засунув руки в карманы, вошел в лагерь и стал искать Уэлша или Калпа.

Калпа он нашел быстро. Широкое, мясистое лицо лейтенанта со сломанным, приплюснутым носом расплылось в счастливую одобрительную улыбку, когда Дейл хриплым голосом бойко рассказал ему о находке.

— Сколько их там?

— Семь. То есть шесть.

— Шесть автоматов. — Калп, медленно смакуя эту новость, тихонько свистнул. — Говоришь, столько магазинов и обойм, сколько мы можем унести? — Он помолчал немного. — Это надо обмозговать и спланировать, Дейл. Да, обмозговать и спланировать. — Калп потер руки. — Трех человек было бы достаточно, если считать одни автоматы. Но с патронами… Нам понадобятся патроны, Дейл, — сказал он, кивнув головой, — нам они понадобятся. Каждый патрон и каждая обойма, какие сможем добыть. Представляешь, как я пойду в полк и попрошу отпустить патроны для шести автоматов, которые нам даже не положены по штату? Дай подумать минутку, — сказал он, но промолчал не больше секунды. — Боюсь, что надо доложить капитану Стейну. Да, я считаю, что надо доложить капитану Стейну.

— А что, он пойдет с нами? — спросил Дейл. Ему вовсе не нравилась мысль о привлечении к делу Раскоряки Стейна.

— Если получит один из них? — Калп глубокомысленно улыбнулся. — Не вижу, почему бы ему не пойти. Я бы пошел. А ты?

— Собираюсь, — решительно ответил Дейл.

Калп рассеянно, с жадным выражением в глазах, кивнул:

— Все равно он скоро узнает, когда увидит нас, щеголяющих здесь с автоматами, и что тогда? Если хочешь знать мое мнение, то ты должен получить первый военный орден, который достанется третьей роте. Побольше бы таких солдат, как ты, Дейл.

Дейл в ответ довольно улыбнулся, но не оставлял своего дела:

— А что, если вместо Стейна привлечь сержанта Уэлша?

— Хорошо, возьмем и его. Возьмем и его. Но надо доложить капитану Стейну. Не беспокойся. Он пойдет. Предоставь это мне. Я сам обо всем позабочусь, Дейл. — Он хлопнул своими большими руками по коленям и вскочил. — Послушай-ка, Дейл. Надо делать дело, делать дело. Когда ты предлагаешь? Я думаю: завтра в середине дня. Как раз в такое время, когда ты был там, понимаешь? Ночью слишком опасно — могут подстрелить. Вечер тоже не годится: в это время вся рота дома на ужине. — Он уже шагал к ротной канцелярии, и Дейл на своих коротких ногах еле за ним поспевал.

В конце концов взяли семь человек. Дейл не мог точно сказать, сколько там патронов, но их было очень много, а Калп хотел быть уверен, что они унесут все. Но оказалось, что, если бы их было даже девять или десять человек, все равно всего они бы не унесли.

Возможно, Стейн не дал бы разрешения, если бы не пылкий энтузиазм Калпа. Стейна, конечно, не очень воодушевила эта идея. Но остановить Калпа было невозможно. Калп сделал все, чтобы убедить Стейна. Он даже подумал о том, чтобы выдать им пистолеты вместо винтовок — тогда можно было бы унести больше добычи. Он размахивал своими ручищами, как крыльями ветряной мельницы, А Дейл молча стоял у стены палатки, его плоское лицо сохраняло бесстрастное выражение: пусть поговорят.