Кто-то схватил меня за плечо. Оказалось, Бад Браун. Глаза его лезли из орбит, рот кривился в гримасе, открывающей искусственные зубы.
- Там ещё одна. Другая... - сказал он, показывая рукой.
Сквозь дыру в стекле пролезла розовая тварь и уселась на
мешке с удобрениями, тараща глаза на стебельках и жужжа своими мушиными крыльями, как дешевый вентилятор. Розовое болезненно-пухлое тело быстро вздымалось и опадало.
Мой факел ещё не погас, и я бросился к ней, но меня опе
редила миссис Репплер, учительница третьих классов, лет пятидесяти, может быть, шестидесяти, худая сухощавая женщина, которая своим видом всегда напоминала мне полоску вяленого мяса.
В-каждой руке она держала по баллону с аэрозолем, словно какой-то персонаж из фильмов ужасов. Издав яростный крик, сделавший бы честь любому пещерному человеку, разбивающему череп врага, она вытянула вперед руки с баллонами и нажала обе кнопки. Густой слой инсектицида покрыл розовую тварь, и она забилась в конвульсиях, завертелась и наконец свалилась с мешков, отскочила от тела уже, без всяких сомнений, мертвого Тома Смолли и упала на пол. Крылья бешено зажужжали, но они уже не могли никуда её унести: их покрывал толстый слой аэрозоли. Через несколько секунд крылья ослабели, потом замерли, и тварь умерла.
Я снова услышал плач. И стоны. Все ещё стонала затоптанная пожилая леди. Откуда-то доносился смех. Смех сумасшедшего. Миссис Репплер, часто и тяжело дыша, стояла над своей жертвой.
Хатлен и Миллер нашли небольшую тележку типа тех, на которых грузчики подвозят к секциям магазина ящики с товарами, и вдвоем запихнули её на мешки с удобрениями, закрыв клинообразную дыру в стекле. В качестве временной меры это было неплохо.
Двигаясь, словно лунатик, появилась Аманда Дамфрис.
В одной руке она держала пластиковое ведерко, в другой метелку, все ещё завернутую в прозрачный целлофан. Она наклонилась, глядя перед собой огромными пустыми глазами, и замела мертвую розовую тварь в ведерко. Я даже расслышал треск целлофановой обертки, когда Аманда водила метелкой по полу. Потом она подошла к двери - к счастью, на ней не было этих тварей приоткрыла её немного и выбросила ведерко на улицу. Оно упало на бок, перекатываясь туда-обратно по сокращающейся дуге. Еще одно розовое насекомое появилось с жужжанием из темноты, уселось на ведерко, потом принялось ползать вокруг.
Аманда разрыдалась.
Мы с Олли сходили на склад и принесли ещё штук шесть подстилок, таких же, какой я укрыл Билли. Теперь на них спали люди. Потом мы притащили несколько тяжелых ящиков с апельсинами и персиками и вчетвером затолкали их на мешки напротив разбитого стекла. Этим птицеобразным тварям пришлось бы поработать, чтобы сдвинуть ящики: каждый из них весил фунтов девяносто.
Но "птицы" и розовые твари были не единственными, кто таился в тумане. Были ещё щупальца, утащившие Норма.
И обгрызенный конец веревки тоже заставлял кое о чем задуматься. Было, наконец, то существо, что издавало низкий гортанный рев. До нас время от времени доносились эти звуки, чаще издалека, хотя кто может сказать, как далеко это "издалека", когда туман так гасит звуки? А иногда они раздавались так близко, что тряслось здание, и казалось, что сердце вдруг наполняется ледяной водой.
Билли зашевелился во сне и застонал Я погладил его по голове, и он простонал чуть громче, но потом, похоже, снова уплыл в менее опасные воды сновидений. С наступлением темноты мне самому удалось поспать лишь часа полтора.
Не только мы с Билли спали плохо. Одни вскрикивали во сне, другие продолжали кричать, уже проснувшись. Пиво исчезало из охладителя с огромной скоростью. Бадди Иглтон без комментариев подвез со склада ещё несколько ящиков. Майк Хатлен сказал мне, что кончился "Соминекс". Полностью. Видимо, некоторые брали снотворное по шесть-восемь бутылочек.
- Есть ещё "Нитол", - - сказал он. - Хочешь, Дэвид?
Я покачал головой.
В проходе у кассы номер пять обосновались наши пьянчуги.
Их было человек семь, все из других штатов, кроме Лу Таттингера, работавшего на мойке машин. Лу, как говорится, никогда долго не искал повода, чтобы понюхать пробку. Вся винная бригада анестезировала себя уже довольно прилично.
Да. Еще было человек шесть-семь, которые сошли с ума.
Не совсем точный термин, но я не могу придумать лучшего.
Эти люди впали в полнейшую апатию без помощи пива, вина или пилюль. Пустыми, блестящими, как медная дверная ручка, глазами смотрели они вокруг. Твердый бетон реальности дал трещину в каком-то немыслимом землетрясении, и эти бедняги в неё провалились. Со временем они могли бы поправиться. Если бы было время.
Остальные приноровились к ситуации, сделав собственные выводы и компромиссы, порой несколько странные. Миссис Репплер, например, была уверена, что все это сон. Так, по крайней мере, она сказала. Но сказала с убеждением.
Около четырех Билли проснулся и огляделся вокруг сонными непонимающими глазами.
- Мы ещё здесь?
- Да, родной, - сказал я. - Еще здесь.
Он заплакал слабо, беспомощно, и это было ужасно. Аманда проснулась и поглядела на нас.
- Эй, малыш, - сказала она, мягко обнимая Билли. - Придет утро, и все будет гораздо лучше.
- Нет, - упрямо ответил Билли. - Не будет. Не будет. Не будет...
- Тс-с-с, - сказала она, глядя на меня поверх его головы. - Тебе давно пора спать.
- Я хочу к маме!
- Знаю, малыш, - сказала Аманда. - Конечно.
Пристроившись к ней, Билли повертелся немного и лег так, чтобы ему было меня видно. Какое-то время он смотрел на меня, потом снова уснул.
- Спасибо, - сказал я. - Может быть, вы были ему нужны.
- Он меня даже не знает.
- Это не важно.
- А что, вы думаете, будет дальше? - спросила она, не сводя с меня твердого взгляда своих зеленых глаз. - Что вы действительно думаете?
- Спросите меня утром.
- Я спрашиваю сейчас.
Я уже собрался было ответить, но тут из темноты, словно нечто из рассказа ужасов, материализовался Олли Вике. В руках он держал направленный в потолок фонарь с обернутой вокруг отражателя женской кофточкой, и приглушенный свет отбрасывал на его лицо странные тени.
- Дэвид, - прошептал он.
Аманда взглянула на него, сначала встревоженно, потом снова испуганно.
- Что такое, Олли? - спросил я.
- Дэвид, - повторил он. - Пойдем. Пожалуйста.
- Я не хочу оставлять Билли. Он только что уснул.
- Я побуду с ним, - сказала Аманда. - Вы идите. - Потом добавила чуть тише: - Боже, это никогда не кончится.
Я пошел вслед за Олли. Он направлялся к складскому помещению и, проходя мимо пивного охладителя, схватил банку пива.
- Олли, что случилось?
- Я хочу, чтобы ты сам увидел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
