слуга сообщил, что кареты для отбытия во дворец готовы, все семейство отправилось занять свои места в экипажах. Мужчины, кроме старого герцога, которому бабушка настрого запретила даже приближаться к лошади, собирались ехать верхом. В каждой карете было по четыре места. Герцогская чета заняла первый экипаж, а Мэйрилин, ее мама — леди Дарин, и Оллин и Эйвис второй. В третьем расположились слуги герцогини и жены адмирала.
До дворца вся процессия доехала без происшествий. Ехали медленно, поэтому Мэйрилин смогла еще подремать в дороге. По ее ощущениям вся поездка заняла чуть больше часа.
В этом мире высокие постройки типа многоэтажных каменных замков с шпилями башен были не распространены. Дворец представлял собой ансамбль нескольких десятков небольших двух-трехэтажных построек, отдаленно схожих внешне между собой по стилистике. Каждая из этих построек имела свое название с приставкой дворец, и назначение. Почти во всех из них была своя кухня, столовая, гостиная, кабинеты, спальни, внутренний двор и тому подобное. То есть каждый отдельный такой мини-дворец представлял собой что-то вроде виллы, где у его обитателя было все необходимое для комфортной жизни.
Главный дворец представлял собой самое большое и величественное здание. Здесь находился тронный зал и императорская библиотека, архив всех законов и иных нормативно-правовых актов, казна императорской семьи и казна всего государства, парадный банкетный зал. Этот дворец не был пригодным для жилья. Здесь велись государственные дела, собирался на заседания императорский совет, созывался по необходимости великий суд.
Традиционно император занимал Благословенный дворец. Императрица жила в ближайшем к императору здании — Изумрудном холле. С ней вместе жила младшая принцесса Валери. Остальные жены и наложницы императора, его сыновья занимали другие строения в зависимости от их статуса и отношения к ним императора Бадивира.
Адмирал Тилер, возглавляющий процессию из трех карет, при въезде на территорию императорского дворца, показал охраняющим ворота стражникам приглашение и перстень со знаком рода, после чего им было разрешено въехать внутрь.
Сегодняшний банкет будет проходить в Главном дворце в парадном зале. По территории дворцового комплекса в карете или верхом передвигаться запрещено, поэтому мужчины спешились, а женщины осторожно вышли из экипажей. Один из дворцовых слуг уже ожидал их, чтобы сопроводить до парадного зала. Идти пришлось долго. Дорожки на территории были запутанными, с первого раза невозможно было запомнить весь путь. Мэйрилин шла вместе с остальными, любопытно разглядывая окружающую ее местность. Она была во дворце впервые. Все было довольно живописным. Особенно поразило девушку обилие различных видов деревьев и кустарников. Это сейчас — ранней весной — они стояли с голыми ветками, а летом здесь наверняка очень зелено и свежо.
Шли в основном молча. Вся семья была настороже. Дворец, каким бы красивым он не казался, был опасным местом.
Наконец, слуга, идущий впереди и показывающий гостям путь, завернул направо, и семейство Тилеров оказалось перед входом в главное здание всей империи Шаринвард. Оно отличалось от остальных построек на территории дворца своим величественным стилем и шикарным оформлением. У главного входа по обе стороны лежали статуи львов, выполненные из чистого золота, огромные высокие двери из красного дерева были украшены рубинами и позолотой.
Мэйрилин шла позади отца и матери, поэтому, от нее не укрылось то внимание, которое получил адмирал и его спутница, когда вся семья вошла в парадный зал. Прибывших гостей, несмотря на столь ранее до официального начала празднества время, собралось немало. Адмирал Линтон Тилер, как лицо, в честь которого и был устроен этот прием, должен был занимать почетное место по левую руку от самого императора.
Его величество Бадивир Шарин и императрица, а также принцы и принцессы еще не прибыли. Обычно члены императорской семьи появляются в последнюю очередь, к назначенному времени. Это озадачило Мэйрилин. Специально заставлять ждать себя, разве это не чересчур? Но что поделать, никому не позволено перечить императору.
Под оценивающие взгляды всех присутствующих семейство Тилер заняло указанные распорядителем места. Личные слуги незаметно встали у стены за их спинами. Их появление вызвало оживление в зале. Многие мужчины об руку со своими женами подходили поприветствовать адмирала Тилера и леди Дарин, бросая заинтересованные взгляды на Мэйрилин. Удивление в их глазах не могло скрыться от всех членов семьи девушки. Гости недоумевали, отчего самая красивая пара королевства прошлых лет, как называли часто Линтона и Дарин, могла родить столь посредственно выглядящую дочь.
Кто-то тайком злорадствовал, кто-то сочувствовал семье адмирала. Большинство подходящих отец Мэйрилин приветствовал холодно-вежливой улыбкой и парой формальных фраз, но нескольких мужчин он действительно был рад видеть. С их спутницами леди Дарин искренне обменивалась комплиментами. Этих нескольких гостей Мэйрилин запомнила.
Герцогская чета тоже не укрылась от внимания. Но, в отличии от своего вежливого второго сына, старый герцог не скрывал своего отношения к собеседнику, поэтому вокруг него собрались только гости примерно того же возраста. Это были люди, с которыми он хорошо общался уже не один десяток лет.
Вокруг их части стола становилось тесно, и кем-то было предложено переместиться на улицу. Погода в этот день была очень солнечной, и, хотя было прохладно, в воздухе уже чувствовался приход весны, всем хотелось проводить на улице больше времени.
На территории вокруг Главного дворца было несколько больших прямоугольных беседок. Мужчины решили отделиться от дам и позволить прекрасной половине человечества посплетничать и обсудить последние новости из мира моды без их участия.
В беседке у небольшого пруда собрались все гостьи, покинувшие на время парадный зал. Старшее поколение, в том числе и бабушка Мэйрилин — Вендая Тилер — расположилась в дальней от пруда части беседки, подальше от воды. Эти женщины по большей части были давно знакомы между собой и им всегда было кого и что обсудить. В их кругу царила дружелюбная атмосфера.
Леди Дарин под руку вела Мэйрилин в сторону небольшого диванчика в противоположной от занимаемой старшими зоны. Вскоре к ним присоединились подруги жены адмирала. Девушка уже знала, кто они, по их приветствиям ранее. Некоторые женщины представляли Мэйрилин своих дочерей.
Эйли кивала, вежливо улыбалась, отвечала на простые положенные этикетом вопросы, и была вполне довольна ходом дел. В большинстве своем, все здесь говорили не то, что по-настоящему думали. И ее мама в том числе. К удивлению дочери, леди Дарин умела играть в эти светские игры. Но и в этом обществе можно было завести друзей. Например, у ее матери были две подруги, которые сейчас завуалированно помогли ей ответить на прикрытое оскорбление одной из гостий, вспомнившей девичий род Дарин и притворно удивившейся, что красота женщин этого рода не передалась Мэйрилин.
