американо с двойной порцией эспрессо, что тот должен был течь в ее венах. Все это неизбежно приводило к увеличению веса. Ёрым ущипнула себя за бок.
– Ой, больно! Пожалуйста, прости меня, тело! Я ненавижу тебя, и мне очень перед тобой стыдно. Это не жир, а последствия того, что я вечно пишу, сидя за столом! Я могу познакомиться с Хачжуном. Все не так уж плохо. Есть же люди, которые умиляются страшненьким куклам…
За десять минут до того, как стиральная машинка дедушки с белым чиндо должна была закончить работу, Ёрым взялась за ручку, чтобы ответить Хачжуну. В следующую секунду на экране телефона высветилось уведомление о новом сообщении. Ёрым отложила ручку в сторону и открыла сообщение.
«Почему ты все еще не стала сценаристом?» – писал бейсболист, у которого она сегодня утром брала интервью. Он был первым человеком, у кого Ёрым взяла интервью, когда только начала работать ассистентом сценариста пять лет назад. Интервью перешло в дружескую беседу, они пропустили по стаканчику пива…
Ёрым потеряла счет тому, сколько раз они встречались, чтобы поесть и выпить, а иногда и сходить в кино. Бейсболист давал понять, что испытывает к Ёрым романтические чувства, но Ёрым всякий раз тактично закрывала эту тему, утверждая, что хочет сосредоточиться на карьере, а не на отношениях. И вот, пять лет спустя, Ёрым снова связалась с ним, чтобы сделать репортаж о спорте.
За прошедшие пять лет он изменился. Исчез неискушенный спортсмен, который от души смеялся, когда они с Ёрым сидели с картошкой фри и двумя стаканами разливного пива в заведении, известном своим соусом чили. После того как в этом месяце он получил MVP[10] и выбил себе высокую зарплату, для него стало естественным передавать ключи от машины парковщикам, посещая отели и дорогие винные бары в Чхондамдоне. Он избавился от ярлыка «новичок», который преследовал его в течение пяти лет, и сделал карьеру.
«Ну а я? Я столько писала, что у меня стерлись подушечки пальцев, но так и не стала настоящим сценаристом, который может поставить свое имя на обложке сценария. Но все равно, как можно задавать такой грубый вопрос?!» Ёрым ошеломленно замерла.
«Что?» – коротко написала она.
Ответ последовал незамедлительно:
«Почему ты до сих пор помощник сценариста, Хан Ёрым? Ты сказала, что не будешь встречаться со мной, потому что хочешь сосредоточиться на карьере. LOL»
«Это еще что? Он пытается со мной поссориться?» Ёрым глубоко вздохнула, собираясь с силами, и попыталась придумать достойный ответ. Но подходящие слова не приходили в голову. Она и сама не понимала, почему до сих пор работает помощником сценариста и почему за пять лет не выиграла ни одного конкурса. Разве она не отказалась от любви и молодости, разве не сидела целыми днями за экраном компьютера, буравя взглядом текстовый редактор и просиживая подушку? Почему она до сих пор не стала сценаристом? Она не знала, что на это ответить. Ёрым забыла, что собиралась оставить Хачжуну свой номер. Даже это сейчас казалось роскошью.
На самом деле феи существуют только в сказках, верно? В реальности нет никакой волшебной палочки, которая превратит тыкву в карету. А значит, феи должны оставаться на страницах волшебных историй.
«Мы поймем это, как только увидим друг друга, не так ли? Поймем, что живем не в сладкой сказке, наполненной ароматом выпечки, а в пресной документалке. Реальность такая и есть, пресная. Жизнь не красочный диснеевский мультик, а прозаичный черно-белый фильм».
Ёрым закрыла ежедневник и с тяжелым сердцем вышла из прачечной. Наверное, Хачжун ищет музу, фею вдохновения… Она хотела было повернуть назад, но уже оказалась слишком далеко.
Она села за столик с зонтиком перед магазином, открыла банку пива, которую только что купила, и выпила залпом, наслаждаясь его горьковатым вкусом и прохладными пузырьками. «Ах, как освежает! Я могу отказаться от всего, кроме баночного пива». Она опустила пустую банку на стол. Через секунду рядом с ней оказалось еще четыре банки.
– Хотите еще?
Ёрым подняла голову и увидела стоявшего рядом Сеуна, одетого, как обычно, в гавайскую рубашку с принтом в виде пальмовых листьев.
– Поставьте две из них в холодильник. Не люблю теплое пиво.
После того как они с Сеуном встретились в прачечной Ённамдон и воспользовались одной и той же стиральной машиной, между ними появилось странное чувство товарищества, благодаря чему Ёрым не возражала против того, чтобы разделить с ним столик. Она бы не назвала Сеуна отличным собеседником, но он казался необременительным соседом.
– Что плохого в теплом пиве? – спросил Сеун, садясь напротив.
– Оно безвкусное. Вы не работаете? Вечно слоняетесь по окрестностям, как безработный. Выиграли в лотерею или что-то в этом роде?
– Недавно меня уволили. А еще меня бросила девушка.
– О, мне очень жаль. Что случилось?
– Ей не нравились безвкусные отношения. Эх, что сказать… Ну, не повезло мне родиться с ложкой из крабового панциря во рту. Поэтому я постоянно беспокоился о деньгах. Ах, как же хочется все бросить, поиски работы тоже, и просто рвануть на Гавайи. В школе мне приходилось беспокоиться из-за оценок, рейтинга успеваемости и баллов… Я вечно находился под давлением цифр. И теперь мне снова предстоит искать работу! Снова стать рабом цифр!
– Вы родились с ложкой из крабового панциря? Что это значит?
– Мои родители владеют крабовым ресторанчиком в Тэчжоне. Их фирменное блюдо – крабы под соевым соусом
– Пф-ф-ф, ложка из крабового панциря – это уж слишком. А вообще, я вам завидую. Я ужасно люблю крабов под соевым соусом. Но чем вы хотите заниматься? О чем грезите?
– О чем грежу?
– Ну да! – воскликнула Ёрым, поднеся к губам банку холодного пива.
– Грезы… Разве это не то, что мы видим во сне?
– Вам недостает романтики. Неудивительно, что вас бросили.
Несмотря на то что это Сеуна уволили с работы и это его бросила девушка, именно Ёрым в конечном итоге выпила все четыре банки пива, которые он принес, – стремительно, как лето покрывает землю зеленью.
Ёрым торопливо собрала свои вещи и пошла прочь, передвигаясь замысловатыми зигзагами.
Потом повернулась и громко крикнула Сеуну, который выглядел сбитым с толку:
– Эй, дяденька! Если у вас есть проблемы, идите в прачечную. В прачечную «Ённамдон Бингуль-Бингуль»! – Она громко икнула. – Там светло-зеленый дневник. В нем все ответы. Ик!
Тем вечером Сеун взял старое одеяло и отправился в прачечную. Ему нечего было стирать, потому что он в основном носил только гавайские рубашки, какие можно увидеть на пляже Вайкики, словно каждый день бросая кому-то вызов. В поисках чего-нибудь постирать
