жеребец Нежданный: «Бычок, гнедой, родился у Н.Е. Смесова в 1836 г. от Бычка, мать Хреновского завода от Визапура; выиграл в Туле (1842)».
Мне, конечно, сейчас же возразят, что раз это и есть роговский Бычок, то почему он показан завода Смесова, а не завода Рогова, как в описи Кормилицына? Теперь-то я и приведу документальное доказательство, что Бычка в заводе Рогова вообще не существовало, а был Бычок завода Смесова. Проверяя призовую карьеру этого Бычка, я установил, что он бежал в Туле не в 1842 году, а в 1846-м. Сопоставив заводскую работу роговского Бычка в заводе Кормилицына, год выбытия его оттуда, то обстоятельство, что у А.М. Кормилицына в матках была хреновская кобыла Визапурова, купленная у И.Н. Рогова, дочь которой Нахальная, рожденная в 1848 году, получила у него заводское назначение, я пришел к выводу, что Кормилицын купил у Рогова в 1836 году не только Бычка, но и его мать. Этот Бычок попадает в соседнюю Тульскую губернию. Здесь от купленной Завалиевским жеребой кобылы рождается Нежданный. Сам Бычок принадлежит Ситкойскому-Францевичу, потом его жене и бежит в Туле уже в пожилых годах. Доказать, что роговский Бычок есть именно тот самый Бычок, который указан в дополнениях к заводской книге 1854 года, я не могу, но чутье генеалога и, главное, совпадение годов мне это определенно подсказывают. Если это так, то мать роговского Бычка была хреновской кобылой, дочерью Визапура 1-го, лучшего сына Полкана 3-го.
Обратимся теперь к кормилицынскому Бычку. Мы знаем, что он родился в 1838 году и был куплен И.Н. Лермонтовым в 1842-м, а не в 1845-м, как ошибочно показано в заводской книге 1854 года. В свою очередь Лермонтов продал его уже в 1844 году, и после этого судьба кормилицынского Бычка по заводским книгам не прослеживается. Таким образом, прославился он только благодаря заводу Лермонтова. В этом заводе от него было получено три ставки приплода – 20 голов. Я составил подробный список приплода кормилицынского Бычка, что было необходимо для точного суждения о его заводской деятельности. Этот список я приводить не стану, а лишь скажу, что по годам приплод кормилицынского Бычка распределился следующим образом: в 1843 году – 5 жеребят, в 1844-м – 9, в 1845-м – 6. Из этого приплода заводскими матками стали 7 дочерей Бычка, а производителем был оставлен один его сын – Богач. Остальные 12 голов были проданы отчасти в Лебедянь, отчасти В.Н. Лермонтову и затем Наумову. Если кому-то будет угодно проверить сделанный мною подсчет, то прошу иметь в виду, что в приплоде кобылы Дубовицковской за 1846 год значится Атласный 6-й, получивший заводское назначение у Лермонтова. Это неверно, среди производителей Атласный 6-й уже показан от другого жеребца. От бурой дочери Бычка Ожидайки показан приплод 1850 года от того же Бычка. Это тоже ошибка, потому что после 1845 года у Лермонтова в заводе приплода от Бычка не было. Надо полагать, что Лермонтов был не особенно доволен приплодом Бычка, если так рано с ним расстался и продал его совсем молодым, когда ему только минуло 6 лет. Интересно отметить, что кормилицынский Бычок из 20 жеребят дал 15 гнедых, двух рыжих и по одному каракового, вороного и серого. Из 20 жеребят 18 были основной масти Бычка.
Вся слава кормилицынского Бычка основана на двух лошадях, которых он дал у Лермонтова. Я имею в виду Гордыню, р. 1843 г., и Богача, р. 1844 г. По матери Богач был сыном знаменитой по приплоду кобылы Атласной, давшей призового Силача и Усача, выигравшего Императорский приз в Туле в 1851 году. Гордыня была дочерью кобылы завода Дубовицкого, но кругом шишкинских кровей. Интересно, что обе эти лошади были созданы, так сказать, по одному рецепту. В дальнейшем Гордыня дала от Славного свою лучшую дочь Гусыню. От Гусыни и Богача родились две лучшие лошади лермонтовского завода – Булатная, р. 1864 г., и Булатный, р. 1865 г. Обе эти лошади созданы по принципу двойного инбридинга на Бычка и Молодца 1-го.
Таким образом, Булатная и Булатный имели закрепленные имена Бычка и Молодца 1-го и являлись типичными Бычками. Создание их должно быть записано в величайший плюс основному Бычку. Удивительно, как лица, писавшие о Бычке, обходили молчанием Булатного и Булатную. Это, вероятно, происходило потому, что Бычок считался завода Рогова, а не Смесова и его не причисляли к потомству Бычков или же сомневались в этом. А вместе с тем появление именно в семье Бычков такой великой кобылы, каковой была Булатная, и такого производителя, каким был ее брат Булатный, в высокой мере реабилитирует заводскую работу первых годов основного Бычка.
Бычок дал много превосходного приплода. Первыня, дочь Гордыни, также насчитывает в своем потомстве классных рысаков. Классный жеребец Ратный редко приводился в пример лицами, писавшими о генеалогии, а между тем он был родным братом Булатного и Булатной, блестяще бежал и принадлежал в конце 1850-х – начале 1860-х годов известному охотнику Мясникову. Распространяться о заводской деятельности Булатного и Булатной не приходится: о ней есть превосходная в статистическом отношении работа Красовского. Одним из лучших сыновей Булатного по резвости и заводской карьере был Гильдеец 2-й, в чью родословную введена еще одна струя той же крови.
Булатная – мать Перца, Леска и родная бабка Корешка. По подсчету Красовского, в списке лошадей с кровью Гусыни не тише 1.40, то есть безминутных, вплоть до 1916 года было 338 рысаков – цифра рекордная, которую не может выставить ни одна другая семья!
Когда начались головокружительные успехи Леска и Корешка, стали разбирать происхождение Булатной и трактовать его на все лады. Все начали гадать о происхождении Гусыни, Гордыни, Дубовицковской и роговского Бычка. Старые генеалоги, и я в том числе, поклонники чистых, аристократических линий, молчали и наблюдали эту возню вокруг имени Булатной. Нам было бы достаточно нескольких часов, чтобы разбить в пух и прах все эти легкомысленные соображения, но мы находили, что о Булатной и без того достаточно пишут и говорят, и старались вернуть внимание коннозаводчиков к наиболее аристократическим линиям рысистого коннозаводства. Поэтому не в наших интересах было выступать в защиту Булатной, о происхождении которой один Красовский написал немало чепухи. Запутанная родословная Булатной могла быть разъяснена уже тогда, но это не было сделано. С.Г. Карузо, я, В.М. Сухотин знали, что такое Булатная и каково ее значение. В частности, я 23 года назад в статье «Значение инбридинга в рысистом коннозаводстве» впервые обратил внимание коннозаводчиков на эту женскую семью, дав сводку ее
