– В Бога? – переспросила Дайана, стараясь не думать о буре за окнами и не обращать внимания на то, как покалывает кожу и чешутся руки. Это началось еще на веранде. Девушка отвернулась, якобы безразлично, стараясь сконцентрироваться на комнате. Неподалеку она увидела столик, за которым пожилая дама в викторианском платье неторопливо пила чай. Дама перехватила взгляд Дайаны, улыбнулась и подняла чашку – приветливый жест хорошей знакомой.
– Дайана, – послышался голос Квентина.
Она вздрогнула и посмотрела на него.
– Что такое? – спросила она.
– Мы считаем, что экстрасенсам верующим или занимающимся духовными практиками гораздо легче признать свои способности. Непонятно почему, но вера и духовность иногда помогают лучше... воспринять невероятное как данность. Оно кажется правдоподобным.
Дайана метнула взгляд в сторону, туда, где только что видела даму за столиком, и обнаружила, что ее уже нет.
Девушке вдруг захотелось выпить чего-нибудь покрепче сладкого чая. Она усмехнулась, подняла чашку, отхлебнула из нее и с приятным удивлением заметила, что рука у нее уже не дрожит.
«Понятно. Не убедил меня с помощью своей науки, теперь пытаешься нащупать, склонна ли я к мистицизму? Ну, давай-давай».
– К каждому человеку нужен индивидуальный подход, – произнес Квентин, мягко улыбаясь. – У тебя есть все причины принять свои способности, Дайана. Скоро настанет время, когда всем нам придется испытать и свою веру, и жизненную философию. Наука не отменяет и не подменяет ни религии, ни духовности. Это просто другая методика. Но самое главное здесь – принять то, что существует.
– Принять то, что ты считаешь реальностью, – поправила его Дайана.
– Ты уже получила вполне надежные доказательства. Паранормальные явления существуют. Что еще тебе нужно?
Дайане очень хотелось посмотреть, не появился ли по соседству столик со странной дамой, но она сдержала себя, не оглянулась – испугалась, что опять увидит ее.
– Я знаю одно – я больна. Вот моя реальность, – произнесла девушка бесцветным голосом. – Мне сказали, что это у меня наследственное.
– А кто именно?
– Отец. Не прямо, конечно, а так, намекнул однажды. Он не слишком много рассказывал мне о моей матери, но я все поняла. Она стояла на учете у психиатра.
– Вот как?
– Да. Она умерла, когда я была совсем маленькой.
– Тогда как ты можешь говорить о своей матери, что она сумасшедшая? Ты ее совсем не знала, а то, что слышала, возможно, просто домыслы.
– Отец не стал бы мне врать.
– А я и не утверждаю, что он врал. Ему просто в голову не приходило, что ты обладаешь экстрасенсорными способностями. Он смотрел на тебя сквозь призму своего отношения к твоей матери. Могу предположить, что он попросту не понимал тебя. Ты для него была девочкой с психическими проблемами.
– Отец всю жизнь старался помочь мне, – резко возразила Дайана.
Квентин почувствовал, что в любую секунду контакт может быть разрушен.
– Не сомневаюсь. Любой отец на его месте поступил бы точно так же, – осторожно заметил он. – Я ни секунды не сомневаюсь в том, что он вполне искренне верит в современную медицину. Но он не верит в существование паранормальных явлений. Ни он, ни ты просто не думали о том, что ты – экстрасенс.
– Врачи тоже не думали, а им в образованности не откажешь.
– Ну они-то как раз в первую очередь об этом не думали. – Квентин усмехнулся. – Врачи-традиционалисты как раз очень рады тому, что пока никто из них не может доказать реальность экстрасенсорики. В нее верят только пионеры этой науки.
– А почему бы врачам не поверить?
Брови Квентина полезли вверх:
– Ты можешь доказать, что Мисси, которую ты видела на веранде, была реальностью? Сможешь повторить это экспериментально, в условиях лаборатории?
– Нет. Ни доказать, ни повторить – не могу. Потому что никого я не видела, просто вообразила. Я нездорова.
«Ты видела, видела Мисси», – промелькнуло в мозгу Дайаны.
– Изрядная доля науки зиждется на вере, что результаты экспериментов следует проверять и перепроверять в определенных, строго контролируемых условиях, и только когда их окажется достаточно, следует делать окончательный вывод, – продолжал Квентин, не замечая ее возражений. – Но экстрасенсорные способности зачастую невозможно проверить экспериментально.
– Правильно, – согласилась Дайана.
Квентин улыбнулся:
– К сожалению. Наш шеф говорит, что как только появится экстрасенс, умеющий управлять своими способностями, он перевернет весь научный мир. Он прав. Да он всегда прав. Но до того момента, пока не придет экстрасенс – или группа экстрасенсов – и не покажет, что умеет контролировать свои способности, нас будут считать изгоями.
– Или сумасшедшими, – вставила Дайана.
Квентин не обиделся.
– У тебя есть все основания так полагать. Но мы делаем все возможное, чтобы заработать устойчивую положительную репутацию. Как бы то ни было, нас начинают воспринимать всерьез. Полагаю, мы знаем и можем объяснить, как работают наши способности, хотя бы в общем, но на строго научной основе. Мы ежедневно совершенствуем их, и они помогают нам в нашей работе – это факт. – Несколько минут Квентин молча смотрел на Дайану, затем снова заговорил: – И уж если ФБР – а его трудно обвинить в легкомыслии – создает наш отдел, то, наверное, это о чем-то говорит.
Дайана подняла чашку, сделала несколько глотков чаю. Квентин тем временем продолжал:
– Я понимаю, ты никогда не смотрела на себя как на обычного нормального человека, но попробуй. Что в этом плохого?
– Я не хочу врать себе. Тогда я начну искать простые ответы, – нахмурилась она, повторяя заветы врачей, много лет учивших ее не пытаться понять «симптомы болезни».
– А кто тебе сказал, что ответы сложные?
– Люди – сложные существа, человеческий мозг и эмоции тоже весьма непросты.
– Согласен. Но какое отношение они имеют к ответам? Ответы могут быть и очень простыми. – Кевин улыбнулся, на этот раз печально. – Хотя, возможно, ты и права – экстрасенсорные способности иногда чертовски усложняют жизнь.
– Ну вот, ты сам сказал. А больше мне ничего не нужно. – Дайана тихо рассмеялась.
– Но я не предлагаю тебе волшебную пилюлю от всех болезней и сомнений. И я не утверждаю, что твоя жизнь мгновенно станет легкой и приятной, а все проблемы уйдут в прошлое только потому, что ты задумалась о своей болезни и нашла простой ответ. Я тебя уверяю – ты психически здорова, просто мозг твой работает несколько иначе, чем у большинства людей, традиционно считающихся нормальными.
«Слушай его».
У Дайаны перехватило дыхание. Она опустила голову, уставилась на дно чашки. Прежде ей казалось, что голоса звучат в ее голове, но этот явно шел откуда-то снаружи. Он не был ее частью. По одной-единственной причине она не верила разным врачебным объяснениям – доктора в один голос утверждали, что голоса, которые слышит Дайана, являются проявлениями ее личности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
