Читаем без скачивания Аня из Инглсайда - Люси Монтгомери

— Но все они счастливы! — запротестовала Аня. — Я действительно могу считаться экспертом по этой части. Подумай обо всех тех браках, которые я устроила — или устройство которых мне приписывается, — Теодора Дикс и Людовик Спид, Стивен Карк и Присси Гарднер, Джанет Суит и Джон Дуглас, профессор Картер и Эсми Тейлор, Нора и Джим, Дови и Джарвис…

— О, я признаю это. Моя супруга, Оуэн, всегда полна радужных надежд. Чертополох может, на ее взгляд, принести урожай инжира в любое время. Вероятно, она продолжит женить и выдавать замуж, пока не станет взрослой.

— Я думаю, что она имела отношение к заключению еще одного брака, — заметил Оуэн, улыбаясь своей жене.

— Только не я! — тут же отозвалась Аня. — Возлагайте всю вину на Гилберта. Я изо всех сил старалась убедить его, что не следует делать операцию Джорджу Муру. Говоришь, не спал бы по ночам… бывают ночи, когда я просыпаюсь в холодном поту после того, как увижу во сне, что мои уговоры подействовали.

— Ну что ж, говорят, что только счастливые женщины занимаются сватовством, так что очко в мою пользу, — заявил Гилберт самодовольно. — И кто же намеченные жертвы на этот раз, Аня?

Аня только улыбнулась в ответ. Сватовство — занятие, требующее проницательности и осмотрительности, и есть вещи, которые не говорят даже мужу.

16

В эту и несколько следующих ночей Аня часами лежала без сна, размышляя об Олдене и Стелле. У нее было ощущение, что Стелла мечтает о браке, о собственном доме, о детях. Однажды вечером она упросила позволить ей искупать Риллу. «Так приятно купать ее, такую маленькую, пухленькую, с ручками и ножками в перевязочках», — сказала она тогда. В другой раз заметила, робко и застенчиво: «Как это восхитительно, миссис Блайт, когда к тебе протягиваются прелестные маленькие атласные ручки! Младенцы само совершенство, правда?» Будет очень обидно, если брюзгливый отец помешает расцвести этим тайным надеждам.

Это был бы идеальный брак. Но как устроить его, когда все, кто имеет отношение к этому делу, упрямы и своенравны? Ибо упрямством и своенравием грешили не только старшие. У Ани были основания подозревать, что и Олден, и Стелла имеют те же склонности. Здесь требовался подход совершенно отличный от тех, что применялись во всех предыдущих случаях. И тут, очень кстати, она вспомнила отца Дови.

Воспрянув духом, Аня взялась за дело. С этого часа, считала она, Олден и Стелла все равно что женаты. Нельзя было терять времени. Олден, который жил в Харбор-Хеде и посещал англиканскую церковь на другой стороне гавани, еще даже не был знаком со Стеллой Чейз — возможно, даже никогда не видел ее. В последние несколько месяцев он не волочился ни за какой девушкой, но мог начать в любой момент. У миссис Свифт в Верхнем Глене гостила очень красивая племянница, а Олден всегда обращал внимание на новых девушек. Значит, первое, что требовалось сделать, это познакомить Олдена и Стеллу. Как же это сделать? Нужно было постараться, чтобы все произошло под внешне самым невинным предлогом. Аня долго ломала голову, но не смогла придумать ничего более оригинального, чем устроить вечеринку и пригласить на нее обоих. Ей не совсем нравилась эта идея. Стояла слишком жаркая погода, и молодежь в Четырех Ветрах была такая шумная. Аня знала, что Сюзан никогда не согласится устроить вечеринку в Инглсайде без предварительной тщательной уборки всего дома от чердака до подвала, а Сюзан с трудом переносила жару в это лето. Но благое дело требует жертв. Джен Прингль, бакалавр гуманитарных наук, написала, что хотела бы в ближайшее время нанести давно обещанный визит в Инглсайд, и это будет самый подходящий повод для вечеринки. Удача, казалось, сопутствовала Ане. Джен приехала, приглашения были разосланы. Сюзан подвергла придирчивому осмотру весь Инглсайд… Вдвоем с Аней в самую жару они не выходили из кухни, готовя угощение.

Вечером последнего дня накануне приема гостей Аня чувствовала себя ужасно усталой.

Жара изматывала. Джем лежал в постели с приступом того, что, как втайне опасалась Аня, было аппендицитом, хотя Гилберт беспечно определил болезнь как «всего лишь зеленые яблоки». Заморыш оказался ошпарен почти до смерти, когда Джен, вызвавшись помочь Сюзан в кухне, опрокинула прямо на него стоявшую на плите кастрюлю с кипятком. Болела каждая косточка Аниного тела, болела голова, болели ноги, болели глаза. Джен в небольшой компании молодежи отправилась посмотреть маяк, посоветовав Ане немедля идти в постель, но вместо того, чтобы лечь спать, Аня, хотя во дворе было сыро после вечерней грозы, села на крыльцо и поговорила с Олденом Черчилем. Он пришел, чтобы забрать лекарство для страдающей бронхитом матери, но не захотел зайти в дом. Аня подумала, что это ниспосланный небом удобный случай, так как ей очень хотелось поговорить с ним. Они были довольно хорошо знакомы, так как Олден часто заходил в Инглсайд за лекарствами.

Он сидел на ступеньке, прислонив слегка откинутую назад голову к столбику крыльца. Глядя на него, Аня подумала, что он очень красивый молодой человек — высокий, широкоплечий, с мраморно-белым лицом, никогда не покрывавшимся загаром, с ярко-голубыми глазами и жесткими, черными как смоль волосами, подстриженными ежиком. У него был всегда веселый голос и приятная почтительная манера держаться, которая нравилась женщинам всех возрастов.

Он провел три года в учительской семинарии в Шарлоттауне и надеялся поступить в Редмондский университет, но мать не дала согласия, сославшись на указания Библии, и Олден, не слишком огорченный, занялся фермерством. Ему нравилось это занятие, говорил он Ане, оно давало свободу, независимость, возможность работать на свежем воздухе. Он унаследовал талант матери наживать деньги и обаяние отца. Неудивительно, что его считали чем-то вроде желанного выигрыша в брачной лотерее.

— Олден, я хочу попросить вас об одолжении, — сказала Аня с обаятельной улыбкой. — Вы ведь не против?

— Разумеется, миссис Блайт, — ответил он со всей искренностью. — Только скажите, что вам нужно. Вы же знаете, я сделаю для вас что угодно.

Олдену действительно очень нравилась миссис Блайт, и он действительно с удовольствием оказал бы ей любую услугу.

— Боюсь, это будет немного скучно для вас, — продолжила Аня с беспокойством в голосе. — Но просьба такая… Не могли бы вы позаботиться о том, чтобы Стелла Чейз получила удовольствие от завтрашней вечеринки в нашем доме? Я опасаюсь, что она проведет время не так приятно, как все остальные. У нее пока еще мало знакомых среди здешней молодежи, большинство из них — во всяком случае, юноши — моложе ее. Пригласите ее потанцевать и сделайте так, чтобы она не оставалась в одиночестве и в стороне от происходящего. Она так стесняется посторонних. Я очень хочу, чтобы ей было весело.

— О, я сделаю все возможное, — с готовностью пообещал Олден.

— Но только вы не должны влюбляться в нее, — предостерегла Аня, постаравшись при этом рассмеяться.

— Помилосердствуйте, миссис Блайт! Почему нет?

— Мне кажется, — объяснила она доверительным тоном, — что ею интересуется мистер Пакстон из Лоубриджа.

— Этот самодовольный молодой хлыщ? — воскликнул Олден с неожиданной горячностью.

Аня выразила взглядом едкий упрек.

— Ну что вы, Олден! Мне говорили, что он очень приятный юноша — именно такой молодой человек, какой может иметь шансы у отца Стеллы.

— Неужели? — отозвался Олден с прежним бесстрастием.

— Да, и я не уверена, что даже он их имеет. Насколько я могу судить, мистер Чейз считает, что нет молодых людей, достойных его Стеллы. Боюсь, что простому фермеру нечего и мечтать о ней. Так что я не хочу, чтобы вы напрашивались на неприятности, влюбившись в девушку, руки которой вам никогда не добиться. С моей стороны это просто дружеское предостережение. Я уверена, что ваша мать разделила бы мое мнение.

— О, спасибо… А вообще что она за девушка? Симпатичная?

— Ну я признаю, что Стелла не красавица. Мне она очень нравится, но она немного бледная и застенчивая. Не слишком крепкого сложения, но мне говорили, что мистер Пакстон прекрасно обеспечен. На мой взгляд, это был бы идеальный брак, и я не хочу, чтобы кто-либо расстроил его своим вмешательством.

— Почему же вы не пригласили мистера Пакстона на ваш шумный бал и не поручили ему позаботиться о том, чтобы ваша Стелла не скучала? — спросил Олден довольно язвительно.

— Ну, вы же знаете, священники не ходят на танцы, Олден. Ну же, не будьте капризны и постарайтесь, чтобы Стелла хорошо провела время.

— О, я сделаю все, чтобы она веселилась напропалую. Доброй ночи, миссис Блайт.

Олден резко повернулся и ушел. Оставшись одна, Аня рассмеялась:

— Теперь, если я знаю человеческую природу, этот юноша со всей страстью примется доказывать миру, что сможет, если захочет, добиться руки Стеллы, несмотря ни на какие препятствия. Он попался на удочку, как только я упомянула о священнике. Но мне, похоже, предстоит плохо спать в эту ночь — до чего болит голова!