– Максик! – Лиза улыбнулась. – Поможешь разгрузиться?
– Лизок, ты же знаешь, я всегда был готов помочь тебе «разгрузиться»!
– Дурында! – выпалила девушка и направилась вслед за Робом.
Солнце, изредка выглядывавшее из-за густых облаков, ласково заигрывало с деревьями. Мир просыпался под согревающими лучами, но стоило раскаленному шару скрыться из вида, как лес снова погружался в серость ранней весны. Лиза в сотый раз вдохнула чистейший воздух и закрыла глаза. Здешние тишина и неторопливость казались нереальными после Москвы, не замечающей ничего, кроме торопливых стрелок часов и цепляющих взгляд биллбордов. Ветер шуршал верхушками деревьев, а скрип стволов аккомпанировал этой странной песне.
Елизавета стояла, прислонившись к каменным перилам, и наблюдала за Робом и Слимом, выгружавшими из сумок оборудование. Их молчание сейчас было чертовски уместно: слушать музыку леса было куда приятнее, нежели человеческие голоса. Макс бродил по территории с телефоном в руках, пытаясь нащупать хотя бы одно деление сети, а местный сидел на ступеньках и с интересом наблюдал за гостями. Во всем этом спокойствии что-то было не так, и Лиза сначала не могла понять, что именно ее смущает.
– Федор Степанович, а тут есть птицы?
– В лесу много.
– Хм… Там, у озера, рядом с деревней, они заливались, перекрикивали друг друга, а здесь их вообще не слышно! Такая тишина неестественна для леса.
Егерь скривил губы, сложил брови домиком:
– Согласен, это странно, но так уж повелось… В этих местах редко можно услышать птиц. Изредка слышно, но не близко, и то – когда ветер доносит.
– А в чем дело?
– Не знаю. Видимо, бывают такие места на земле, которых избегают животные.
– Впервые сталкиваюсь с таким.
– Здесь нет ни зайцев, ни волков, ни лис. Даже кабаны стороной обходят. Охотникам здесь точно делать нечего.
– Но это же странно!
– В мире много странного.
В этот момент раздался восторженный вопль Макса:
– Есть!
– Нашел? – уточнила Лиза.
– Да! Здесь немного ловит!
Он стоял в пятидесяти метрах от дома на холме. Сзади метрах в пяти плотной стеной возвышались сосны, а за деревьями выше по склону стоял их минивэн, которого отсюда не было видно.
– Набери Поля.
Слим на секунду отвлекся и посмотрел на Лизу. Она увидела это боковым взглядом, но сделала вид, что не заметила.
Минуту спустя Макс отозвался:
– Автоответчик. Думаю, сам перезвонит.
– Куда он тебе перезвонит, если тут ни хрена не ловит? – разочарованно пробубнила Лиза.
– Что?
– Ничего! – крикнула она. – Иди сюда, потом наберем.
Макс уверенным шагом направился к ней.
– Ну что, пора в дом, – обратилась Лиза к старику.
Роб собрал пустые сумки и оставшееся оборудование, которое они не планировали использовать для ночных съемок, и легко поднял все это на крыльцо. Федор Степанович, не говоря ни слова, подошел к двери и достал из кармана связку ключей. Только сейчас Лиза заметила, что у егеря не было больших пальцев на обеих руках, что объясняло его медлительность в поиске нужного ключа. Набравшись терпения, она продолжала молча наблюдать за суетливыми, но старательными движениями Притужалова. Наконец, найдя тот самый ключ, он уверенно просунул его в замочную скважину и повернул два раза по часовой стрелке. Замок щелкнул, и дверь со скрипом отделилась от проема. Пыль еле заметным облаком вылетела из образовавшейся щели и тут же осела на видавшие виды сапоги егеря.
– Ну вот, добро пожаловать в наш дом.
– «В ваш дом»? – иронично повторила Лиза.
– В последние годы люди – нечастые гости этого особняка. И ключи только у двоих егерей, но второй молод еще, не так хорошо знает эти места.
– Спасибо, что помогаете нам. Ценим!
Притужалов еле заметно кивнул и распахнул дверь. Лиза перешагнула порог первая, за ней – все остальные. Егерь зашел последним.
Шум ветра и скрип деревьев мгновенно стихли. В воздухе витал запах старых вещей и когда-то обжитого дома, пыли, затхлого масла, укропа и сырости. Очень знакомый запах, мгновенно переносящий в детство, к бабушке и дедушке на дачу…
Длинный узкий коридор вел в светлую гостиную, куда они пока не торопились пройти. В паре метров от входа были еще две двери – слева и справа.
– Это гостевые спальни, – со знанием дела начал экскурсию местный.
Правая комната была пустой. Лишь ветки отбрасывали тени на стены и пол, заглядывая в потемневшие от пыли окна, выходившие на фасад.
– Здесь, – он открыл дверь слева, – более обжитой уголок.
В центре комнаты стояла двуспальная кровать. Резные деревянные ножки, почерневшие от времени, едва не вросли в бугристый паркет. Постельного белья и подушек не было, но пожелтевший матрац казался вполне пригодным для ночлега.
– Если не сильно брезгуешь, можно и прилечь.
– А что это за пятна? – поинтересовалась Лиза, указывая на темные разводы на обшивке матраца.
– Ну, не кровь точно, – вмешался Максим.
– Нет, это, конечно, не кровь. Может, что-то пролили, не знаю. Тут несколько лет назад устраивали вечера молодые люди, может, они…
– «Устраивали вечера»! – хохотнул Слим. – Батя, это уже не так называется! Тут курили дурь и по полной шпилили телок, уверяю!
– Что ты несешь? – вмешался Макс.
– Говорю как есть. Развеиваю сомнения старшего поколения. Да? – он наигранно улыбнулся Федору Степановичу.
– Давай поаккуратней, хорошо?
Слим не отреагировал на нравоучения Макса и отодвинул ящик прикроватной тумбочки. Пыль густым облаком поднялась вверх, серебрясь в лучах заглянувшего в окно солнца.
– Удивительно! – воскликнул юнец. – Был почти уверен, что найду здесь парочку использованных гондо…
– Слим! – возмутился Макс. – Имей уважение хотя бы к девушке.
Но Лиза не обращала внимания на их перепалку; она была всецело погружена в атмосферу старого дома.
– А чья это работа? – Она показала пальцем на полотно у изголовья кровати.
В громоздкой раме красовалась небольшая картина маслом: на блеклом красном фоне спиной стояла женщина в сером платье.
– Это осталось от последнего хозяина. Точнее, он не был владельцем, но арендовал дом довольно долго.
– Да, мы знаем, что это был художник. К сожалению, мне не удалось с ним связаться. Вы знаете, что он умер?
– Надо же. – Егерь опустил глаза. – Не знал. Приятный был человек. Видел его здесь несколько раз.
– А кто владелец?
– Они тут не бывают.
– Они?
– Это семья; получили дом по наследству.
– А кто построил дом? Как их звали?
– Не знаю. – Федор Степанович пожал плечами и уставился на картину.
Лиза улыбнулась и обвела комнату взглядом:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
