не причинял боль, не испепелял. Он… Он был счастьем, о котором она могла только грезить. Забота, вот в чем было дело! Кто и когда в последний раз заботился о Герде? Каро. В первый и в последний раз в ее пусть и короткой пока, но зато путаной и полной неприятностей жизни. Ни до нее, ни после никто не был к ней так добр, как Шарлотта. И в этом смысле Дарья живо напоминала ту княгиню де Ла Тремуй, которая взялась наряжать и украшать совершенно незнакомую ей девушку – Агнессу де Фиен. Впрочем, имелись и различия. Дарья Полоцкая отнюдь не ребенок, какой была в ту пору Каро. Она взрослая женщина, мать троих чудных детишек и мужнина жена, а еще она член княжеской семьи, и это многое говорит и о ней, и о семье великого князя.
Мать Дарьи, девушка из хорошей семьи, изгнанная из дома за внебрачную связь, стала кормилицей князя Ивана и так пришлась ко двору, что вошла, в конце концов, в близкий круг княгини Анны – жены великого князя Гардарики. Так что Дарья выросла в кремле – в местном аналоге королевского замка, как сестра князя Полоцкого. Сейчас она была замужем за боярином старинного рода и носила совсем другую фамилию, но все ее по старой памяти звали Дарьей Полоцкой, в особенности в доме князя Ивана, где она распоряжалась, как настоящая хозяйка.
– Пока Иван не женился и не привел сюда молодую княгиню, я могу делать в Полоцком подворье все, что душе угодно, – объяснила она Герде со спокойной гордостью. – И уж точно это в моих силах, одеть, как полагается, дорогую гостью.
При этом, говоря про «дорогую гостью», Дарья смотрела на Герду с таким странным выражением лица, что у той возникли кое-какие подозрения относительно рассказов князя Ивана о встреченной где-то в далеких краях Агнессе де Фиен. Возможно, на этот раз Судьба не посмеется над ней?
Это было бы замечательно, но наученная горьким опытом, Герда уже не бралась что-либо загадывать. Предполагать можно всякое, мечтать можно о разном, хотеть можно чего угодно, но пути господни неисповедимы, в особенности если речь идет о колдунье, связанной с языческими богинями. И пусть все это теперь в прошлом – и магия, и богиня, которая, верно, и думать забыла о существовании своей подопечной, такое, на самом деле, не забывается, а возможно, и не прощается, хотя в Коллегиуме и утверждали, что колдовство не противоречит вере в бога, ибо не несет на себе печати «бесовства». Не все теологи, насколько знала Герда, соглашались с такой постановкой вопроса, но церковь вынуждена была терпеть колдунов как неизбежное зло, ибо магия существовала всегда, и, наверное, здесь тоже не обошлось без божьего промысла.
* * *
На следующий день с утра отправились с Дарьей гулять по лавкам и портновским мастерским.
– И еще обязательно надо пройтись по гостиному двору, – уверяла сестра князя Ивана.
Герда не возражала, ей все было по душе, потому что настроение у нее было, что называется, солнечное.
– Гостиный двор? Это где много-много лавок и мастерских ремесленников? – улыбалась она. – Едем!
Уселись в великолепную запряженную четвериком карету с княжескими гербами на дверцах.
«И не забыть про цинскую слободу, – вспомнила Дарья, устраиваясь на мягком, обитом темным бархатом диванчике, – и еще к немцам стоило бы заглянуть», но первым делом они все-таки поехали в банк «Торговый».
Дарья уговаривала Герду не торопиться «с глупостями», поскольку денег у нее хватит на все, в том числе и на то, чтобы как следует нарядить «дорогую гостью». Но Герда была непреклонна. Ей вдруг остро захотелось стать самодостаточной, тем более что она действительно достигла определенной финансовой независимости.
«Как бы ни сложилось, содержанкой я не стану!»
– Дарья, – сказала она сестре Ивана, – вы чудная. Добрая и… как у вас в Гардарике говорят? Хлебосольная? Да, кажется, так и говорят: хлебосольная. У нас сказали бы щедрая. Поверьте, я бы не постеснялась принять от вас помощь. Честное слово! У кого-нибудь другого не взяла бы, но вы, Дарья, не «кто-нибудь другой». Я это вижу. Чувствую. Однако у меня действительно есть деньги! Их достаточно, и было бы глупо их не потратить.
– Наследство? – с неожиданным интересом спросила Дарья.
– Нет, – улыбнулась Герда, покачав мысленно головой, – это я в Хаарнахе клад нашла. А про наследство я вам как-нибудь в другой раз расскажу. Обхохочетесь!
– Все настолько плохо? – Дарья оказалась очень чуткой к интонациям, мгновенно уловив что-то недосказанное в том, как Герда сказала ей о своем наследстве.
«Чуткая?»
Герда и сама не знала, что на нее вдруг нашло, но она почувствовала Дарью, увидела…
– Ощутила, – подсказала ей Другая Она. – Ну же, подруга! Не тупи! Всего еще один маленький шажок!
– Ты вернулась… – Герда не знала, смеяться ей или плакать.
– Хорошая попытка, – улыбнулась Другая Она. – Следующий ход, пожалуйста.
– Дар! – От восторга у Герды даже перехватило дыхание. – Это мой Дар!
– Ну, наконец-то!
– Но почему именно сейчас?
– Кхе ше ан ра?
– Не догадываешься? – переспросила Герда, непроизвольно переводя слова своего альтер эго на горан, и наконец поняла.
Мозаика сложилась. Магия не вернулась, потому что никуда от Герды, на самом деле, никогда не уходила. Она просто была занята все это время, ее магия. Все силы ее Дара уходили на то, чтобы выстроить в памяти структуру давным-давно умершего языка. Того самого языка, на котором написана книга, подаренная Темной богиней. Сейчас этот язык воскрес в Герде. Зазвучал, ожил, и освободившаяся от непосильного труда магия снова стала доступна.
– Спасибо за подсказку, – поблагодарила она Другую Себя. – И… В общем, я рада, что ты вернулась.
Сказав это Себе Другой, Герда повернулась к Дарье и заглянула женщине в глаза:
– У вас, Дарья, третий уровень, не правда ли? Вы колдунья. Дар Духа, если не ошибаюсь?
– Как вы?.. – встрепенулась Дарья. – Ох! Так вы тоже?..
– Такая же, как вы, – улыбнулась Герда.
– Нет, – покачала головой Дарья, – не такая. Вы можете видеть уровень и сразу опознаете Дар… Какой у вас статус, Герда?
– У меня нет статуса, – не без горечи усмехнулась Герда, вспомнив про Коллегиум и про Орден. – Я самоучка, знаете ли. Все сама, сама… Даже не знаю точно, какой у меня уровень.
Лукавила, конечно, не без этого. Темная богиня определенно говорила, что у Герды уровень выше стандартного первого. Но осторожность подсказывала, что нигде и никому не следует говорить лишнего.
– Но, если вы видите силу Дара и его направленность, уровень должен быть достаточно высок, – предположила Дарья.
– Похоже на то. – Герда не стала рассказывать, что до сегодняшнего дня не знала, что может так ясно ощущать чужой Дар, надо только подобраться поближе да поболтать подольше.
– Ох, ты! – Дарья была в восхищении, и Герда ее понимала. Совсем недавно и для нее колдуны
