Хлада ответила не словами – действием. Ее сабля метнулась вперед – Шихар квилоном отбил удар и попытался поймать клинок захватом, однако не сумел. Сиплый владелец бича пустил в ход свое орудие, но девушка изящным пируэтом разминулась с шипастым шаром, со свистом рассекшим воздух.
Я тем временем увернулся от дубинки Русселя, твердо решив ограничиться пассивным участием в драке. Коли уж Хлада намеренно спровоцировала ситуацию, не стоит мешать ей продемонстрировать, на что способна.
Однако не сложилось. Четвертый, скромно и незаметно державшийся позади, вскинул к губам небольшую, в пару ладоней длиной, трубку. Зарядом могло служить что угодно: отравленный шип, или порция дурманящего порошка, или шарик с магическим действием... Проверять рискованно.
Я рисковать не стал и прыгнул вперед. Четвертый как раз набрал полную грудь воздуха, но выдохнуть уже не смог, – горло стиснула моя пятерня. Выбитая трубка улетела куда-то в темноту.
– Эти трое – твои! – крикнул я Хладе. Не слишком громко крикнул, а то набегут стражники, и на постоялый двор мы попадем не скоро.
Она не отозвалась, лишь сталь звенела о сталь.
Не ослабляя хватки, я поднял бандита повыше, прижал к стене дома. Он побагровел, пытался одной рукой разжать мои пальцы, а другой дотянуться до голенища, где наверняка носил нож. Не преуспел ни в том, ни в другом...
Хлада не теряла зря времени, разбираясь с оставшейся троицей. Первым выбыл из схватки почтеннейший Шихар – квилон звякнул, упав под ноги. А его хозяин взвыл тонким голосом, глядя на руку, только что сжимавшую оружие: кисть и запястье повисли под прямым углом к предплечью, удерживаемые лишь полоской кожи и мышц. Кровь из перерубленной артерии хлынула мгновением спустя, пятная мостовую.
Сиплый дрался неплохо, куда лучше своих велеречивых коллег. Шары ночного бича стремительно крестили воздух во всех направлениях, порой весьма неожиданных. Руссель со своей дубинкой пытался подобраться к девушке сбоку, – и все никак не мог, не рискуя подставиться под удар подельника.
Пару раз сиплому почти удавалось обвить цепью клинок наемницы. Но лишь почти... А затем все-таки удалось. Бандит громко прохрипел что-то неразборчивое, дернул цепь изо всех сил. Но вместо того, чтобы выдрать саблю из руки, он подтянул к себе Хладу почти вплотную. Она быстро ткнула кинжалом и тут же скользнула в сторону.
Руссель, видя, как оборачивается дело, пустился наутек, отбросив дубинку и путаясь ногами в полах своего плаща. Хлада догнала его в два прыжка, чиркнула кинжалом с некоей демонстративной небрежностью. Почтенный гражданин вольного города растянулся на брусчатке.
Я наконец разжал пальцы, бездыханное тело свалилось мне под ноги.
Наемница вернулась, выпутала саблю из цепи. Любитель помахать бичом ничем ей не препятствовал – к тому времени сидел, привалившись спиной к стене и прижав обе руки к животу. Ноги его подергивались, словно сиплый стремился вскочить и продолжить схватку, – но подергивались все слабее и слабее... Замерли. Вокруг росла кровавая лужа.
– Как заказано, – кивнула Хлада на Русселя, ползком удалявшегося в темноту. – Три недели будет лежать, потом пару месяцев похромает.
Ну что же, первый экзамен наемница выдержала. Хотя, конечно, настоящими мастерами боя эту гоп-компанию не назовешь, и разминка получилась достаточно легкой... Однако сиплый был неплохим бойцом, мир его праху.
Хлада обтерла кинжал, спрятала в ножны. Примерилась поступить так же с саблей...
– К оружию! – рявкнул я.
И впервые за этот вечер пожалел, что законопослушно оставил на постоялом дворе верный Бьерсард.
* * *
Они шагнули в круг неверного света синхронными бесшумными движениями. Очень похожие, в одинаковых серых, под цвет тумана, плащах с низко опущенными капюшонами. И оба с мечами.
На незадачливого Русселя и его компанию вновь прибывшие походили, как небо на землю. Велеречивых разговоров не заводили, кошельками и прочим имуществом не интересовались. Молча и деловито начали нас убивать.
Я едва успел подставить лезвие кинжала. Меч ушел в сторону, но удар неимоверной силы чуть не сбил меня с ног. Противник не давал передышки – удар, удар, еще один, тут же выпад, едва не пришпиливший меня к стене дома... Я финтил, уклонялся, фактически безоружный, – тоненьким лезвием моего ронделя хорошо колоть сквозь звенья кольчуги, или в сочленение латных пластин, но выходить с ним на поединок с мечником – самоубийство.
Что Хлада у меня за спиной продолжает драку, я мог определить только по звукам, постоянные атаки врага не позволяли обернуться. Улучив момент, я выдернул из-за голенища нож-засапожник, – и едва не поплатился за это разрубленной головой... Серый мечник явно решил, что пора заканчивать, и резко взвинтил темп.
Очень хотелось ускориться, либо продемонстрировать еще какое из секретных умений, полученных в Храме... Увы, после приснопамятной битвы при Лигонге я пару недель не буду способен к этим штучкам... Приходилось рассчитывать лишь на свои силы, да на рондель с засапожником.
Надо было рисковать, и я рискнул. После очередного финта сделал вид, что оступился, – раскрылся, подставился, и чуть не лишился правой руки, – самый кончик меча все же оцарапал запястье.
Одновременно я метнул нож – низом, очень хитрым и закрученным броском, в свое время меня научил ему Калрэйн. Увидеть бросок было трудно. Отбить из позиции, в которой оказался серый, – невозможно. Если у него нет под плащом доспеха...
Попал! Кривое лезвие засапожника воткнулось чуть ниже грудины, – глубоко, по самую костяную рукоять!
Доспеха под плащом не оказалось... Теперь оставалось лишь выждать, пока серый ослабеет, поставить точку в поединке и помочь Хладе.
Удар, финт, уход... Да что с ним такое? Противник, казалось, не замечал, что в брюхе у него сидят три шаса острой стали... Двигался с прежней быстротой и слабеть не собирался.
Между тем на сером плаще, вокруг рукояти ножа, росло темное пятно. Я почувствовал запах – резкий, неприятный... И знакомый. Слишком знакомый...
– Это не люди! – крикнул я Хладе, уворачиваясь от очередного выпада.
Закончить фразу мне удалось лишь после нескольких финтов и вольтов:
– Нежить! Бей только в голову!
На сей раз наемница соизволила откликнуться:
– Сама поняла!
Выпад, отвод чужого клинка, обманный финт и прыжок в сторону, имитация удара кинжалом... Я чувствовал, что рука начинает уставать, принимая энергию мощных ударов... Погнутое, испещренное зазубринами лезвие ронделя все с бо́льшим трудом отводило меч в сторону.
Краем глаза я пытался высмотреть квилон, валявшийся где-то под ногами. С ним все-таки будет чуть больше шансов одолеть тварь, кем-то и зачем-то притащенную с Темной Стороны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
