Девушка легко залезла в седло, стараясь не выдать своего страха перед животным. Лошадь, хоть конюх и утверждал, что отлично подготовлена и очень покладиста, была Анне совсем не знакома. Она лишь раз накануне успела проехаться верхом, да и то на заднем дворе.
Из усадьбы Олег и Анна выехали вдвоем в сопровождении пары слуг. Через полчаса спокойной езды молодые люди остановились на развилке возле приметной раскидистой ивы.
— Взгляни! Это Мелентий и Маркиза, если я не ошибаюсь, — сказал Олег, указав на группу всадников впереди.
— Да, — согласилась Анна. — Это они.
Маркиза была верхом на гнедой лошади. Одета она была в темно-зеленую амазонку и такого же цвета маленький цилиндр, из-под которого выбивались собранные в свободный пучок рыжие волосы. По ее улыбке было видно, что поездка в компании с Мелентием Лаврентьевичем доставляет девушке удовольствие.
Мелентий, ехавший на кауром жеребце по кличке Скворец, выглядел не менее довольным. Немного небрежно развалившись в седле и ничуть не заботясь о том, чтобы выглядеть элегантно, молодой человек что-то рассказывал своей спутнице.
Однако, чем меньше становилось расстояние до ожидающих друзей Анны и Олега, тем все меньше и меньше оставался граф похожим на прежнего себя. Когда они с Маркизой приблизились настолько, что Анна стала различать отдельные слова из их разговора, Мелентий сидел прямо, говорил короткими, предельно вежливыми фразами. Маркизе к этому времени он уделял внимания не больше, чем требовал этикет. Изредка молодой человек поглядывал на Олега и старательно избегал встречи взглядом с Анной.
Наконец, друзья подъехали совсем близко и остановили лошадей.
— Мое почтение, граф!
— Рад видеть тебя, Олег!
Девушки тоже обменялись приветствиями. После этого Олег дал знак слугам следовать за ними и первым направил свою лошадь в сторону дальнего леса. Анна последовала за ним, но вскоре ее обогнала Маркиза.
— Работа идет вам на пользу, любезный князь! — расслышала ее слова молодая княгиня.
Ответа Олега девушка не разобрала из-за налетевшего вдруг ветра. От неожиданности Анна вздрогнула, дернула поводья, и Ночь резко остановилась. Девушка вскрикнула.
— Не бойтесь! — в тот же миг услышала Анна голос Мелентия. — Все в порядке.
Не прошло и секунды, как граф очутился возле нее. Взяв поводья, он прищелкнул языком, принуждая лошадь начать движение и некоторое время вел кобылу сам. Лошадь охотно слушалась уверенных команд, но благодаря им двигалась так медленно, что вскоре Анна и Мелентий безнадежно отстали от скачущих впереди Олега и Маркизы. Позади них ехали растерявшиеся слуги, не понимающие, за кем из господ им надобно следовать.
Анна молчала, видя, что Мелентий не спешит исправить сложившуюся ситуацию и догнать друзей. Девушка понимала, что бесконечно так продолжаться не будет, и ей было интересно, какой повод найдет Мелентий, чтобы отослать слуг и остаться с ней наедине. В том, что именно это было конечной целью молодого человека Анна не сомневалась. Иначе зачем он держал поводья, не давая девушке самой исправить положение дел?
Они ехали пролеском. Олег и Маркиза немного сбавили ход своих лошадей, и их все еще можно было разглядеть впереди. Мелентий оглянулся на слуг, по-прежнему державшихся позади. Потом коротко посмотрел на Анну.
— Все! Привал. Мне надо в кустики, — изрек он достаточно громко, чтобы его услышали все, от кого это требовалось.
Спрыгнув на землю, молодой человек нарочно бросил поводья Ночи, чтобы княгиня сейчас же не могла последовать за слугами, объехавшими остановившихся и поспешившими догнать князя Олега. Подтверждая для болтливых свидетелей свои слова, Мелентий сделал пару шагов в сторону зарослей орешника. Но едва Анна дотянулась до поводьев, как молодой человек оказался рядом, запрыгнул в седло и, повернувшись вполоборота, подмигнул девушке. Не дожидаясь ответа, Мелентий направил своего коня в лесную чащу. Со вздохом Анна последовала за графом.
Несколько долгих минут всадники пробирались сквозь густую растительность. Лошади фыркали, временами останавливались, не желая продолжать движение вовсе. Тогда Мелентий спешивался и хлестал их до тех пор, пока бедные животные не подчинялись. Пару раз тонкие ветки больно били Анну по лицу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мелентий, зачем все это? — во время очередной вынужденной остановки спросила Анна. Голос ее дрожал от страха и усталости, глаза были влажными от слез. Она уже, конечно, жалела о том, что поддалась любопытству и последовала за графом в лесную чащу.
Молодой человек ничего не ответил. Добившись того, что вороная вновь продолжила движение, он запрыгнул в седло и крикнул:
— Кнута ей в следующий раз! Да посильнее, чтобы чувствовала, что под седлом.
Прошло еще немного времени, и лес вдруг расступился, открывая перед всадниками волшебный вид на заболоченную речушку. Мелентий, повернув направо, продолжил движение по берегу вверх по течению реки.
Еще минут пять Анна и Мелентий ехали молча, слушая пение птиц и успокаивающее журчание воды.
— Что это? — спросила Анна, заслышав новые звуки, донесшиеся спереди.
Мелентий лишь улыбнулся в ответ, и девушке не осталось ничего другого, как только продолжить движение за ним.
Звук, привлекший внимание Анны, постепенно усиливался. И вскоре Анна догадалась, от чего он идет. Мелентий зачем-то решил привести ее к порогам, образованным большими валунами. Она никогда не бывала в этом месте, но слышала от дворовых слуг историю этого места. Будто навезли те валуны крестьяне, чтобы запрудить реку. Лет тридцать назад была сильная засуха. Колодцы пересохли и иного способа добыть воду и спасти скот и урожай просто не придумали.
Добравшись до плотины, молодые люди спешились. Почва под ногами была очень влажная и после каждого шага земля покрывалась все новыми и новыми следами, тут же заполнявшимися водой. Оставив Анну на берегу, Мелентий взял под уздцы Ночь и отвел в сторону, привязал поводья к крепкой ветке.
После этого он вернулся и встал рядом. Анна заметила, как он прикусил губу, словно обдумывая что-то важное. Не желая его торопить и не желая первой начинать разговор, девушка присела на корточки.
Повинуясь скорее привычке, чем какому-либо желанию, Анна сняла перчатку и коснулась ледяной воды тонкими пальцами. Вода была совершенно прозрачной и очень легкой, совсем не такой, какую она привыкла видеть с детства.
Девушка вздохнула. После всего пережитого за два года, прошедшие со дня ее свадьбы с князем Леонидом, она почти перестала вспоминать свою прежнюю жизнь. Так было проще и спокойнее. Так можно было жить настоящим. И все же старые привычки то и дело давали о себе знать, воскрешая в памяти прежние чувства…
— Анна, простите мне мою затею. Я предполагал, что путь сюда займет меньше времени и будет гораздо проще, — вырвал ее из размышлений голос Мелентия.
Девушка подняла голову, чтобы посмотреть на него. Однако ничего нового, кроме задумчивости, на лице молодого человека увидеть не смогла.
— Затея ваша, граф, оказалась очень кстати. Не знаю, что могло бы лучше помочь мне развеяться. Но я полагаю, что, кроме моего развлечения, поездка сюда имела какие-то иные причины.
Мелентий резко сделал шаг вперед и опустился перед ней на одно колено. Правая рука его дернулась было, чтобы коснуться руки Анны, но молодой человек отчего-то передумал и просто сжал ее в кулак.
— Я надеялся, что здесь — где никто не может случайно увидеть или услышать нас — мы сможем поговорить, — со вздохом произнес Мелентий. — Но теперь вижу, что я поспешил. Вы готовы меня слушать, но я не нахожу в себе сил, чтобы быть откровенным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Анна отвела взгляд в сторону.
— Быть может, это и к лучшему, — едва слышно проговорила она, догадавшись, на какой разговор у молодого графа не хватает сил.
Но Мелентий отлично расслышал сказанное. Он все же взял княгиню за руку и вынудил вновь повернуться к себе.
— Почему вы так говорите, Анна? Словно вам неприятно мое общество и мое признание…
