Читаем без скачивания Новый век начался с понедельника - Александр Омельянюк

Ещё во время похорон тёщи, прощания с нею в траурном зале 15-ой городской больницы Платона покоробило, что при большом стечении народа руководитель их института академик Апальков А.И. проявил непонятную пассивность и не произнёс хотя бы короткую прощальную речь.

Он и сам не выступил и никому не поручил. А своим присутствием и молчанием не дал возможности выступить другим свои сотрудникам, давно знавшим и уважавшим Надежду Васильевну, возможно, боявшимся нарушить субординацию, и может даже вызвать недовольство своего шефа.

Во! нравы! – подумал тогда Платон.

Вот, где работает гнилая интеллигенция! У нас бы, в НПО, такого просто не допустили бы никогда. Какой же разный морально-психологический и культурный уровень?! Странно очень! – продолжил тогда размышлять он.

У руководства НИИ, правда, хватило разума подойти к родственникам и выразить им своё соболезнование.

После этого оживились и рядовые сотрудники, возлагая цветы к гробу и искренне выражая своё сочувствие.

Но это было уже в прошлом. Теперь была другая ситуация.

Из всех сотрудников лишь один Алексей с полуслова понимал и быстро воспринимал рационализаторские предложения Платона, принимая в их реализации самое деятельное участие, как главный исполнитель этих работ, так как именно ему лично эти предложения сулили максимальную выгоду.

Это, и их объединяющее высшее техническое образование, постепенно сблизило коллег.

В конце декабря в офис явился отец Алексея Валентин Данилович Ляпунов и поздравил всех с наступающим Новым годом.

Платон, имевший свободное время, невольно долго беседовал с ним, открыв для себя интересного, но очень уж увлекающегося своими проблемами человека, явно имеющего налёт гениальности.

Отец и сын Ляпуновы показались Платону необыкновенными, интересными и очень даже симпатичными людьми.

Глава 3. Гений и его сын

Алексей Валентинович и его отец Валентин Данилович Ляпуновы были побочными потомками известного на Руси рода, ведущего своё зримое начало ещё со времён сыновей Петра Ляпунова: Прокопия и Захария.

Первый из них, думский дворянин из старого рязанского боярского рода, поначалу, после смерти Бориса Годунова, перешёл на сторону царевича Лжедмитрия Первого. Затем он, как воевода, возглавил отряд рязанских дворян, примкнувших к восстанию Ивана Ивановича Болотникова. А в ноябре 1606 году он уже перешёл на сторону Василия Ивановича Шуйского, в свержении которого, правда, принял активное участие четыре года спустя. После того Прокопий участвовал в организации первого земского ополчения против польских интервентов, занявших Москву, блокировав их с юга своим отрядом.

А вскоре, с января 1611 года, он стал главой земского правительства, но был убит казаками за нарушение обещания дать им волю и жалование.

Второй из них, Захарий, также участвовал в свержении Шуйского в июле 1610 года.

Затем он руководил отрядом рязанских дворян в борьбе против восстания крестьян и сторонников Лжедмитрия Второго на рязанской земле.

Позже, будучи уже членом посольства к польскому королю Сигизмунду III, вернулся из Смоленска в Москву и пробыл в ней до освобождения народным ополчением Минина и Пожарского.

Спустя более чем четверть тысячелетия их потомки, трое известнейших Ляпуновых: Александр, Сергей и Борис Михайловичи навеки прославили нашу страну своими благими деяниями.

Александр Михайлович, уроженец Ярославской губернии, русский механик и математик, ученик П.Л.Чебышева, академик Петербургской Академии Наук, на рубеже XIX и XX веков создал современную строгую теорию устойчивости равновесия и движения механических систем с конечным числом параметров, а также ряд трудов по дифференциальным уравнениям, гидродинамике и теории вероятностей.

Платон хорошо знал об А.М.Ляпунове, так как учился в МВТУ имени Н.Э. Баумана, и долгое время работал на оборонном предприятии, длительное время руководимым академиком Владимиром Николаевичем Челомеем – выдающимся учёным в области теории колебаний, впервые в Мире на практике реализовавшим подводный старт крылатой ракеты.

Сергей Михайлович Ляпунов, сын астронома М.В.Ляпунова, также уроженец Ярославской губернии, наоборот, ударился в искусство, в частности в музыку, где снискал лавры выдающегося композитора, пианиста и дирижёра, связанного с традициями «Могучей кучки».

Во времена профессорства в Петербургской консерватории, он настойчиво развивал в фортепьянном творчестве и исполнительском искусстве концертно-виртуозный стиль М.А. Балакирева.

А Борис Михайлович Ляпунов, родом из Нижегородской губернии, стал известным советским языковедом-славистом, академиком АН СССР, выпустив ряд работ по сравнительной фонетике и грамматике, истории и этимологии славянских языков.

Все трое внесли огромный вклад в развитие науки и культуры России и СССР, и были, безусловно, гениями в своих видах деятельности.

Налёт гениальности не обошёл также их прямых и побочных потомков, среди которых были знакомые Платону отец и сын Ляпуновы.

Валентин Данилович Ляпунов в своих увлечениях, как ни странно, унаследовал задатки всех трёх прославленных Ляпуновых. Но он занимался не только математикой, музыкой и лингвистикой, но и многими другими направлениями человеческой деятельности.

Валентин, как и Платон, родился от пожилого отца, который, в свою очередь, тоже был рождён своим пожилым отцом. Дед Валентина даже родился на четыре года раньше деда Платона, аж в 1863 году. А, как известно, пожилые отцы генетически больше передают своему потомству с годами накопленного опыта, мудрого и гениального, чем молодые отцы.

Валентин Данилович Ляпунов, ровесник Платона, родился в 1949 году в Воронежской области. Его отец – Данила Петрович Ляпунов был участником Великой Отечественной войны, контуженым попал в плен и затем был освобождён союзниками.

Но при этом он получил тяжёлое ранение, спасшее его от послевоенных сталинских лагерей, которых он чудом избежал из-за длительного лечения в госпиталях.

Его предки по отцу имели глубокие корни зажиточного крестьянства.

Почти то же самое можно было сказать и о материнской ветви генеалогического дерева В.Д.Ляпунова.

В лице, облике и характере Валентина заметно проявились следы зажиточной местечковости его предков по материнской линии.

Уже через несколько лет семье Ляпуновых пришлось буквально бежать на юг, на Кубань, чтобы избежать возобновившихся преследований бывшего военнопленного со стороны МГБ и бдительных соседей.

Таким образом, по злой иронии судьбы, В.Д. Ляпунов оказался в казачьей вотчине, в одной из станиц Краснодарского края.

Отношения с соседями были вполне нормальными, но молодого человека удивлял уровень интеллекта сверстников, молодых казаков, и отсутствие у них должной тяги к знаниям, особенно к точным наукам.

Те тоже не жаловали чужака, лишь изредка и недружелюбно обращая внимание на, проявляющиеся в его облике, наследственные корни.

После получения обязательного среднего образования, несмотря на двойной, 10-ых и 11-ых классов, выпуск 1966 года, десятиклассник Валентин сходу поступил на физико-математический факультет МГУ.

Натерпевшись трудностей студенческой жизни, он на втором курсе женился на старшей его на год медсестре, и таким образом осел в Москве.

Практически сразу обзавёлся детьми, сначала погодками дочерьми Наташей и Настей, а, менее чем через год – случайно родившимся Алексеем.

История его женитьбы была тривиальна. Подворовывавшая спирт медсестра, поднакопившая существенный капиталец из его, разбавленного до боевого уровня, эквивалента, пустила тот в дело, угостив им полуголодного, симпатичного студента и уложив того в свою постель. Зелье быстро ударило в мозги будущему гению, глубоко проникнув в тело и возбудив детородные органы юноши. Кровь, вперемежку со спиртом забурлившая в курчавой голове, опустила её на девичьи плечи, но подняла её меньшего собрата и антипода на немедленное решительное действо. После этого, как говорил впоследствии Гудин, юный полуеврейчик буквально присосался к халяве, в результате чего медсестра понесла. Она быстро окрутила способного студента, пригрозив тому, что если он не женится, то достаточно будет одного её звонка в институт, чтобы наш герой отправился домой в Кубанские степи крутить хвосты казачьим коням. Однако Валентин, мечтавший осесть в Москве, и сам был не прочь жениться, потому вопрос со свадьбой был решён быстро и окончательно. К тому же и медсестра была далеко не дурнушка.

Таким образом, молодая семья состоялась.

Браком с чистокровной русской Валентин хотел замаскировать свои гены в своих потомках, сделав их полукровками. Брак с русской имел и политический смысл, и далеко идущий расчёт – увеличение в пользу евреев соотношения между ними и русскими в Советском Союзе. Ведь по существовавшей тогда в нашей стране практике, национальность определялась по отцу, в то время как в Израиле – по матери. Тогда дети Валентина считались бы в Советском Союзе евреями, а в Израиле – русскими, то есть фактически были бы изгоями и там и там.