***
С сомнением нацепив на шею анализатор, я медленно вернулась в свою каюту. С трудом дождавшись, когда дверь между помещениями закроется, я вдруг согнулась пополам, настигнутая все же истерикой. Кое-как распрямившись, прямо на ходу скидывая одежду, я быстрее прошла в душ. Мне нужна была теплая вода, чтобы хоть как-то сдерживать эмоции.
Закрыв стеклянную дверцу, быстрее дернула кран, чувствуя, как грудь сжимает от спазмов. Мне было физически больно от того, что я увидела. Как может существовать подобная жестокость? Губить тысячи, миллионы жизней ради непонятной цели абсолютной власти? Да каждая тварь в нашей Вселенной трепещет и вздрагивает от одного имени императора. Так чего же ему недостает?
Прикрыв глаза, позволяя слезам течь вместе с горячими потоками воды, я громко, с надрывом всхлипывала. Перед глазами вновь и вновь вспыхивали взрывы, не позволяя быстро сойти истерике на «нет». Вода тоже помогала, не давая телу замерзнуть и покрыться гусиной кожей, не давая спазмам слишком уж сильно сжимать мои ребра.
Сколько времени я провела за столь занимательным и необходимым для женской психики занятием – неизвестно. В какой-то момент я просто сползла по стеклу, усевшись под горячими струями, совсем перестав всхлипывать. Вода била по плечам, по голове, расслабляя тело и разум. Веки отяжелели, тело стало неподъемным и я сама не заметила, как уснула.
Глава 19
Проснувшись посреди ночи, с удивлением и непониманием обнаружив себя в постели, какое-то время просто лежала, пытаясь собрать воедино все мысли в своей голове. Все то, что я узнала вчера, все что показал навигатор, скорее всего было правдой. Тогда получается, наша Империя – совсем не тот зверь, каким он пытается казаться. Всем известно, что такую власть не получить без физической мощи, но разве можно предположить, что у императора настолько «тяжелая рука»?
Было вполне очевидно, почему нам не рассказывали подобного в первые годы обучения, когда сила Проводника нестабильна и активно реагирует на любой эмоциональный удар, но в последние года три-четыре мои показатели находятся в завидном состоянии равновесия. То самое умение вовремя выплакать истерику, что пришлось использовать вчера, очень положительно сказалось на моих талантах в целом. Так почему бы не предупредить нас как дела обстоят на самом деле?
Разве только, если Империя протянула свои щупальца и в дела Таг-лон. Это, конечно, маловероятно, но все же иных предположений у меня не было. Наставницы всегда оказывали влияние на политику и расстановку космических сил, отклоняя или одобряя заявки на Проводников. Я - самый яркий и свежий тому пример. Не думаю, что Каода совсем ничего не знала о тех делах, которыми занимался Акрам со своей командой.
И все же, как Ларданга мог бы пробраться в дела Ордена?
Этот вопрос меня волновал больше других. Если предположение верно, многие вещи сразу выглядят немного иначе. Эти моменты недосказанности, редкие выходы за территорию станции, сведенное к минимуму общение с родней и гостями, которых, к слову, с каждым годом становилось все меньше. Я, попав в Орден пятнадцать лет назад, еще помнила, как первые пару лет к нам наведывались Проводники, самолично рассказывая о работе в паре и знакомясь со старшими девицами. А потом это все как-то резко прекратилось. Словно кто-то обрезал канал связи.
Догадка, такая невероятная, вдруг помогла собрать воедино сразу несколько деталей, разъяснив и поведение Старшей и тот момент, что наставницы почти всегда пользовались «словами рук», не слишком правдоподобно объясняя это воспитанием духа. Иногда у нас были целые месяца, когда запрещалось произносить хоть слово, сохраняя полную тишину в белых коридорах.
Если это так, если я все придумала верно…
Взволнованная, не в состоянии больше сидеть на месте, выпутавшись из покрывала, я накинула на голое тело плотную рубашку длиной почти до пола, метнувшись в сторону комнаты Навигатора. Мне нужно знать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Только когда дверь с шипением отошла и в темном помещении ярко, почти слепяще, вспыхнул свет, я сообразила, что на Караване все еще ночь и в это время Акрам имеет право на свой законный отдых.
Замерев в дверях, ругаясь про себя, медленно отступила обратно, надеясь, что мужчина не будет слишком зол на мой поступок.
– Зейнар? Что случилось?– сонный, хриплый голос Акрама донесся, когда я уже почти отступила в свою каюту.
– Ничего. Простите. Я забыла, что ночь.
– Что ты хотела? – мужчина сидел на кровати, протирая глаза. Тонкое покрывало сползло, открыв моему взору мускулистую грудь и заставив взволнованно сглотнуть.
– Это может подождать до утра,– попыталась заверить я, но мужчина щелкнул на панели у кровати какие-то кнопки, спуская ноги на пол.
– Оставь, до будильника всего-то около часа. Все равно скоро вставать. Как ты себя чувствуешь после вчерашнего?– навигатор поднялся, широко потянувшись как кот. На нем были только легкие пижамные штаны, что не давало мне сосредоточиться на собственных мыслях.
– Эм, спасибо. Я в полном порядке,– но было бы лучше, если бы кто-то прикрыл эти кубики на прессе.
– Ты меня удивила. Не ожидал такого самообладания,– пройдясь к рабочему столу, Акрам выпил воды и вновь повернулся ко мне.
– Я уже говорила, что дело не в самообладании, а в умении избавляться от эмоционального перенапряжения.
– Да, я помню. Просто не встречал такого способа. Хотя, надо признать, что в моем близком окружении не слишком много Таг-лон, а на Караване и вовсе почти нет женщин. Что ты хотела, раз забыла даже о времени? Продолжить наш вчерашний разговор?
– Да, – если вы все же прикроете рисунок мышц на своих руках. Я крепко зажмурилась, очень остро ощущая, что на мне нет даже белья под плотной, но все же сорочкой. Стараясь как-то оградить себя от пагубного воздействия мужской красоты, неуверенно обняла себя за плечи.
– Хорошо. Если ты мне дашь пару минут, я приведу себя в порядок и окончательно проснусь.Тогда мы можем позавтракать и обсудить то, что тебя волнует. Хорошо?
Меня немного удивляло то спокойствие, с которым разбуженный раньше будильника мужчина реагировал на происходящее.
– Хорошо. Я тоже тогда переоденусь,– кивнула, уходя к себе.
Через пятнадцать минут, встретившись с Навигатором, я выдохнула с облегчением. Теперь разговор может и правда получиться. Предложив мне жестом присесть, Акрам поставил на стол завтрак.
– Ну, теперь говори, что тебя настолько сильно взволновало?– устроившись напротив и сняв крышку с бокса, уточнил мужчина, вопросительно вскидывая брови.
– Орден. Я подумала… нет. Я поняла, что многие вещи, которым нас обучали, они подавались не совсем так, как следовало. И за прошедшие годы произошло множество изменений. Не самых лучших, надо сказать. Их можно не заметить, если не знать, с какой точки смотреть, но сегодня мне показалось, что все это не просто так, а взаимосвязанные вещи. Как те, что вы мне показывали вчера.
Отложив приборы, Навигатор сцепил пальцы в своем излюбленном жесте, внимательно глядя на меня.
– Ты верно предположила. Щупальца Империи протянулись и в Орден. Каода пытается с другими наставницами это остановить как может, но Ларданга поставил их в такие условия, что скорее вовсе откажется от услуг Проводников, чем позволит Таг-лон решать свои дела самим.
– И по этой причине я попала к вам?
– Можно присовокупить этот пункт к тем, о которых мы уже разговаривали. У тебя, у нас, просто не было иных вариантов.
– И что Старшая потребовала взамен за помощь вашему делу?
– О, я вижу, ты и правда много размышляла ночью,– усмехнулся мужчина, возвращаясь к трапезе.– Она помогает нам не в первый раз. А мы в ответ готовы помочь ей, если дело выгорит. Каода хочет вернуть Ордену свободу выбора и принятия решений, как это было еще лет двадцать-тридцать назад. Такие тонкие материи, которые составляют ваш талант, не могут подчиняться жестокой воле посторонних. Я, как Навигатор, в состоянии это понять, как и те, кто находится на моей стороне. Но Ларданга видит во всем только выгоду и способ расширить собственное влияние.
