Читаем без скачивания Крот. Сага о криминале - Виктор Мережко

Из-за угла было видно, как из «мерса» вышел Пантелеев вместе с охранником, оба направились к одному из подъездов дома.

– Точно, к бабе, – удовлетворенно развел руками Санек. – К любовнице. Это часа на два, не меньше.

– Посидим, побазарим. Нам есть о чем, – посоветовал Кузьма. Достал из бардачка тетрадку, ручку, стал делать какие-то заметки.

– Что это? – заглянул в тетрадку Вадим.

– Фиксирую время и маршрут. Завтра все это хозяину на стол.

«Мерс» Пантелеева приглушенно светил подфарниками, вокруг все тихо и спокойно. Лишь поодаль какие-то мужики шумно выясняли отношения.

– Думаю, со временем понадобится Костина работа, – неожиданно заявил Санек.

Оба – и Кузьма и Вадим – одновременно повернулись к нему.

– С чего ты взял? – спросил Вадим.

– Так мне кажется. – Санек протяжно зевнул и мечтательно произнес: – В этом бы городе… в Москве… иметь свое дело, ни от кого не зависеть. Это было бы правильно. Окучить с десяток крутых фирм, доить их потихоньку и жить себе припеваючи.

– Хочется? – улыбнулся Кузьма.

– Очень. А на кой хрен служить дяде? Да еще башку свою подставлять? Может, побазарим на эту тему? А, братки?

– Не все сразу, – через паузу ответил Кузьма. – Может, когда-нибудь и побазарим.

…Пантелеев с охранником вышли из подъезда дома, когда часы на щитке «восьмерки» показывали уже три ночи.

– Вот так надо обслуживать женщин, – полусонно улыбнулся Санек. – А ты – полтора-два часа.

– Это ты – полтора-два. А я такой, что и всю ночь.

«Мерс» медленно и вальяжно тронулся, и через минуту за ним из-за угла выполз из своего укрытия «жигуль».

– Засечет, – предупредил Вадим.

– А мы подальше от него.

– А живет, интересно, где? Хаза, видать, еще та!

– И хаза у него еще та, и живет за городом, – засмеялся Кузьма. – Но провожать его до самого дома не будем. До кольцевой – и спать. А то и правда засечет.

Утром «восьмерка» снова стояла неподалеку от серого здания, в котором располагался «Мандарин». В машине все те же – Кузьма, Вадим, Санек. Молчали, наблюдали за входом в ресторан, за подъезжающими и отъзжающими машинами.

Вот наконец поодаль показался «мерс» Пантелеева, плавно двинулся к «Мандарину».

– Вроде наш? – узнал Вадим.

– Наш, родимый.

Пантелеев вместе с охранником покинул машину, поднялся по ступенькам, их встретили двое плотных мужчин. Поздоровались, коротко о чем-то перебросились, вместе ушли под громадную горящую даже днем вывеску. Кузьма достал маленький аккуратный фотоаппарат, снял Пантелеева и встретивших его людей, затем сделал соответствующие заметки в тетрадке.

Вадим засмеялся:

– Глянь на тебя – шпион.

Кузьма многозначительно посмотрел на пацанов, достал из бардачка два парика, косметический набор.

Парни вытаращились на него.

– Ты чего, правда голубой? А то Вован нам говорил.

– То, что говорил Вован, наплевать и забыть. А нам придется и парики напяливать, и макияж наводить. Иначе засекут и шлепнут… – Сергей кивнул на направляющихся к ним двух крепких охранников. – Вот как сейчас, например.

– Эй, парни! – постучал в окно один из охранников. – Чего здесь ошиваетесь?

Сергей опустил стекло.

– Ждем!

– Кого?

– Мало ли кого! Приятеля! В кабак забежал. А что, здесь стоять нельзя?

– Таким как вы нельзя! Давайте отсюда, пять минут – и чтоб духу вашего не было!

Охранники обошли вокруг «восьмерки», поприглядывались и ушли.

– Тачку менять, – подвел черту Вадим. – И внешность тоже. Иначе – пуля в лобешник. Еще ничего и не сделали, а уже шлепнуть могут.

Они покинули насиженное место, попетляли некоторое время по ближайшим переулкам и снова выехали к «Мандарину», но теперь уже с другой стороны. Припарковались так, чтобы был хорошо виден вход в ресторан, Кузьма снова достал фотоаппарат и стал фиксировать входящих и выходящих.

Затем они колесили по улицам Москвы, сидя на хвосте пантелеевского «мерса». Снимали хозяина входящим в какой-то банк, выходящим из монументального офиса, разговаривающим с крутыми людьми, обедающим на веранде дорогущего ресторана, снова возвращающимся в свой «Мандарин», сталкивающимся здесь с крепкими парнями, явно принадлежащими к какой-то группировке.

Вечером они остановились на «ленинградке», недалеко от Белорусского вокзала. Перед тем, как Вадим и Санек собрались покинуть машину, Кузьма распорядился:

– Соберите братву, ночью двинем в этот самый «Мандарин».

Глаза у парней полезли на лоб.

– Иди ты! – чуть не задохнулся от восторга Санек. – А кто приглашает?

– Я приглашаю. – Кузьма с удовольствием наблюдал за произведенным эффектом.

– Так, видать, жутко дорого.

– Нет базару, – пожал плечами Сергей. – Чего не сделаешь ради братков?!

– Клевый ты парень, Кузьма, – ударил его по руке Вадим. – Я с первого раза это понял.

– А я еще раньше! – засмеялся Санек. – Как увидел, так сразу и понял.

– До встречи, братки! – Кузьма нырнул в салон, и машина рванула с места.

…Братва стояла на площадке перед грохочущим музыкой «Мандарином», парни дурели от счастья, задирали головы. Кузьма подошел к ним, раздал каждому по билету.

– Не пить, – предупредил, – в драки не ввязываться. Если понравится свободная девчонка, нет вопросов. Но чтоб свободная и только на одну ночь!

Они дружной компанией направились ко входу в ресторан.

Публики здесь было более чем достаточно. Кто-то полностью отдавался танцу, кто-то выпивал возле барных стоек, а кто-то сидел за столиками, неторопливо жевал, пил, наблюдал за тусовкой.

На высокой сцене в сумасшедшем вертепе света и музыки носился знаменитый певец. Он то убегал в глубину сцены, то выходил на самый край ее, и тогда публика визжала, тянула к нему руки, пыталась достать, ухватить, стащить к себе.

Пацаны из группы Кузьмы стояли особняком, горящими глазами смотрели на творящееся.

– Леонтьев… Надо же, сам Леонтьев, – бормотал один из пацанов. – Как живой.

Друзья стали давиться от смеха.

– Конечно живой, – толкали его. – Не кукла же! Раз поет, значит, живой.

Кузьма встретился взглядом с Вадимом, подмигнул.

Из пекла танцующих вынырнул Санек, лыбился во весь рот, тащил за руку симпатичную девицу.

– Ничего бабец? – продемонстрировал он ее своим друзья. – По-моему, ништяк!

– Молодец, Санек! – махнул ему Кузьма. – Не подкачай!

Тот поволок девицу за собой и снова окунулся в бурлящую массу танцующих.

…Кузьма оставил пацанов, отыскал глазами столик Кипы в отдельном кабинете, двинулся к нему. Тот молча кивнул на место рядом с собой, принял из рук Сергея внушительную пачку фотографий, стал с любопытством разглядывать.

– Ага… – пробормотал он, узнав кого-то. – Ты смотри… А вот этот… интересно. Та-ак, а вот и мы… Ух ты, кто к нам пожаловал!.. А вот этого мы не ожидали… – Отложил снимки, улыбнулся Кузьме. – Нормально. Молодцом! Есть моменты, над которыми мы подумаем. Хозяин, кстати, уже интересовался. Кстати, ни разу не засекли?

– Было, – пожал плечами Сергей. – Один раз. Охранники.

Кипа хохотнул.

– Всего один раз?! Это ты, братец, свистишь. За вами ведь тоже наш хвостик бегал.

– Иди ты?! – искренне удивился Кузьма.

– А как же! Проверяли, как работаете, – раз. А потом подстраховочка, чтоб не обидели. Все-таки мы отвечаем за вас… – Кипа хитро посмотрел на Кузьму. – И даже здесь, в «Мандарине», за вами наблюдаем. – Он вдруг поинтересовался с хитрым прищуром: – Приучаешь, значит, к себе пацанов, Кузьма?

– А кто ж еще будет их приучать? Чужаки, из другого города. Сам такой.

– Я тоже так считаю. – Кипа аккуратно сложил фотографии. – Кстати, братишка, чуть не забыл. Завтра в «Мандарине» будет у нас базар с Пантелеем.

– С кем?

– С Пантелеем! Ресторанщиком!

– Со мной пойдешь?

– Плохо слышишь? С тобой! Хозяин тебе доверяет. Хочет, чтобы ты помаленьку привыкал к нашему делу. Говорит, из тебя толк выйдет. – Кипа толкнул Кузьму в плечо. – Я тоже так считаю. Толк выйдет, бестолочь останется, – и свойски подтолкнул: – Давай двигай к своим пацанам. А то как бы не отчебучили чего!

Кузьма покинул кабинет, стал проталкиваться к братве, которая частью продолжала стоять, а частью уже овладела подходящей женской живностью и вовсю отплясывала в общей танцевальной массе.

От метро Сергей двинулся к своему жилищу пешком. Было уже около часа ночи, встречных людей попадалось мало, фонари горели тускло, одиноко.

На подходе к дому, недалеко от своего подъезда Кузьма вдруг заметил «Жигули» шестой модели, и что-то в них насторожило его. Придержал шаг, готовясь рвануть куда-нибудь в сторону, и в это время из машины вышли трое парней в спортивных куртках, четвертый остался за рулем.