Читаем без скачивания Бегущий по лезвию 2 - Кевин Джеттер

Вид у полицейского был слегка растерянный, видимо, вследствие контузии, лицо в ссадинах. Он позволил Декарду взять себя за руку и потащить в неосвещенное место подальше от улицы.

— Давай туда, назад...

Войдя в затененное зданиями пространство, Декард подтолкнул полицейского вперед, а сам пошел за ним, отставая на шаг.

— Эй? — Полицейский поднял дрожащей рукой свой пистолет, водя стволом из стороны в сторону.— Я ничего не...

Речь парня оборвалась, когда Декард прижал к его горлу стальной стержень. Схватив свое оружие двумя руками за концы, Декард изо всех сил уперся коленом полицейскому в поясницу. Один достаточно резкий рывок — и меньше чем через минуту полицейский с покрасневшим лицом начал обвисать, вяло сопротивляясь, а еще спустя несколько секунд он уже просто висел подбородком на стальном стержне. Декард отпустил стержень, и постовой тут же рухнул на бетон лицом вниз — ладони его касались земли, язык из разинутого рта расплющился о тротуар.

Стоя над неподвижным телом, Декард через плечо оглянулся назад. Полицейские челноки уже приземлились. Их красные и синие мигающие сигнальные огни, словно карнавальные фонарики, окрасили фасады зданий и рухнувший вниз дирижабль ООН. Аварийно-спасательные лодки все еще парили невысоко в небе, дожидаясь, пока армейские группы из юго-западного управления не закончат зачистку всей территории. Руки раненых хватали солдат в черных мундирах за колени, когда те поспешно пробегали мимо, выполняя приказ своих офицеров образовать сплошное кольцо вокруг места трагедии.

Подхватив бесчувственного полицейского под мышки, Декард потащил его в более укромное место подальше от улицы. Для того чтобы снять форменный мундир с неподвижного тела и натянуть на себя со всеми его пряжками, кожаными застежками и ремешками, а затем застегнуть хромированные пуговицы, потребовалось всего несколько минут. После чего Декард, скомкав белый пиджак и остальную грязную одежду, забросил их в темный угол.

Полицейский был жив — полураздетый, в одном нижнем белье, он уже начал шевелиться и заморгал. Когда Декард снял с ремня пару наручников и пристегнул его за руку к проходившей невдалеке канализационной трубе. А чтобы парень не вздумал заорать во всю глотку, Декард засунул ему в рот специальный кляп с мембраной, который почти не стеснял дыхания, но заглушал даже самый тихий шепот.

Натянув сапоги и кожаные перчатки, Декард завершил непростое дело облачения в форменный кожаный ансамбль. Он не обратил ни малейшего внимания на безуспешные попытки полицейского освободиться от наручников и на его злобные взгляды, продолжая рыться в кармашках на ремне до тех пор, пока не нашел то, что искал. Серый прямоугольник из пластика размером с кредитную карточку, вдоль одной стороны которого шел ряд выпуклых точек.

Пытаться использовать свой собственный активационный код, разумеется, нельзя. Все пропуска были объединены в высокочастотной сети декодирования номеров, поэтому появление в ней его старого номера, без сомнения, вызовет страшнейший переполох в следственном департаменте Главного управления полиции Лос-Анджелеса.

Пистолет постового валялся на земле в нескольких футах от Декарда. Он поднял его, наклонился к полицейскому и приставил дуло ему ко лбу.

— Давай выкладывай, но тихо.— Другой рукой Декард немного вытащил кляп, чтобы полицейский мог говорить.— Шепотом, ты меня понял7 — Постовой глянул сначала на пистолет, направленный ему в лоб, потом вновь уставился Декарду в лицо.— Только скажи мне свой кодовый номер, и все.

— Пошел ты...

— Неверно.— Он был отлично знаком со стандартным вооружением постовых еще с тех давних пор, когда сам начинал таким же. Как бы там ни было, этот парень наверняка новичок в полиции-иначе с какой бы стати его засунули в наблюдательную будку? — и потому на него можно попробовать нажать. Декард немного надавил пальцем на спусковой крючок — ровно настолько, чтобы в механизме раздался характерный щелчок, предваряющий выстрел и безотказно действующий на психику таких салаг, как этот малый.— Ну, не волнуйся, попробуй еще раз.

Бравада исчезла, полицейский как на духу выпалил цепочку цифр кодового номера — вероятно, дата рождения. Лицо его внезапно покрылось испариной.

Декард установил код на пропуске. Словно хамелеон, окраска пропуска тут же изменилась с мертвенно-серой на радужную, а затем начала медленно переходить в красную. Код был правильным.

— Ну, спасибо, парень.— Он проверил на всякий случай, насколько надежно вставлен кляп в рот полицейского. Все еще держа ствол пистолета у лба бедолаги, Декард предупредил его: — Знаешь, следовало бы, конечно, тебя пристрелить...

Правда, в мозгу Декарда витали в этот момент совсем другие мысли. Во-первых, ему совсем не хотелось подтвердить этим убийством обвинение его, Декарда, в человекоубийстве со стороны этого осла Исидора. Во-вторых, с точки зрения Управления полиции Лос-Анджелеса одно дело — быть убийцей и совсем другое — быть убийцей полицейских. Какие бы усилия ни прилагались сейчас для его поимки, их можно считать ничтожными по сравнению с тем, что последует, если он повесит на себя убийство полицейского. Даже если ему удалось бы каким-то чудом выбраться из Лос-Анджелеса, полицейские последовали бы за ним на край света, лишь бы пристрелить его. Своего рода корпоративная честь.

Декард отвел ствол пистолета от лица этого малого и убрал его в кобуру.

— Просто сиди здесь и не шуми, будь паинькой.

Может быть, это подарит ему несколько минут, столь необходимых для следующего шага, следующего этапа плана, начавшего созревать в его голове.

Декард тщательно осмотрел вход в переулок и ближайший участок улицы, на которую тот выходил. Другие полицейские; что прибыли на челноках, были заняты поисками, но двигались в другую сторону — они направлялись туда, где скрылись террористы,. уничтожившие дирижабль ООН. По расчетам Декарда, пройдет не один час, прежде чем они доберутся до его закоулка. Совершенно непонятно, с какой стати все так всполошились — подумаешь, минометы, мегафоны... что с того? — однако сложившаяся ситуация была ему на пользу. Теперь его шансы возросли как минимум вдвое по сравнению с прежними.

То есть чуть-чуть отошли от нуля.

Держась как можно ближе к стене, чтобы его случайно не заметили, Декард двинулся по улице. Проходя мимо какой-то двери, он слегка толкнул ее ногой. Войдя внутрь, оказался на верхней площадке короткой лестницы. Тихий стук костяшек китайского домино мгновенно стих, и по ступенькам скатилась смешанная группа из нескольких азиатов и европейцев.

— Это общественный клуб. — Перед Декардом, шурша парчовым платьем с высоким воротником, возникла напыщенная женщина.— Все деньги, которые находятся на столах, служат исключительно целям декорации.

— Вот как? Хорошо.

У каждой стены этой комнаты в цокольном этаже стояли игровые столы. Да, весь мир за стенами заведения мог пойти прахом, а игроки даже не оторвали бы глаз от столов.

Декард неспешно осмотрел всю комнату с низкими потолками, забрал пачку — сколько поместилось в ладонь — денег с банка на одном из столов-такова была обычная такса любого полицейскогосунул ее в карман. Деньги тоже пришлись ему весьма кстати.

— Все в порядке.

Выйдя через черный ход, он оказался с другой стороны здания. Здесь толпа была пожиже, и большая часть ее сгрудилась, чтобы поглазеть на упавший дирижабль, вокруг которого уже красовались полицейские желтые ленты с надписью, и на место, где разыгралась трагедия.

Декард шел мимо быстрым шагом, опустив голову вниз, и люди расступались в стороны, торопясь освободить ему путь. При такой скорости продвижения ему не потребовалось много времени, чтобы добраться до Главного управления полиции.

ГЛАВА 7

Холден открыл глаза.

— Подождите минутку.— Он, оказывается, уже не лежит, а сидит. И никакого черного атташе-кейса, привязанного к его груди, который то булькает, то молчит. Холден поймал себя на том, что тычет правой рукой в грудную клетку. На шее у него висела полоска темно-синей ткани.— Что...— Голос

тоже теперь изменился и звучал гораздо громче, чем прежде, Холден чуть не оглох, так громко он отдавался у него в голове.— Что произошло2..

— Мне пришлось проникнуть на склад в центральной части города — тот самый, где хранилось конфискованное у тебя на старой квартире.— Рядом с Холденом говорил знакомый голос.— Прошу извинить меня за тот инцидент. Ты можешь предъявить счет за висячий замок, который я сломал.

Холден поднял голову и увидел Роя Бейти, который сцепил руки и завел их за голову. Он сидел на металлическом стуле, откинувшись назад и качаясь на задних ножках. И наблюдал за Холденом. Холден еще раз оглядел себя и заметил, что полоска ткани, повязанная у него на шее, на самом деле была галстуком — его собственным галстуком из хорошего шелка. Белая рубашка и серый пиджак, да и вся остальная одежда, что была на нем в данный момент,- также когда-то принадлежали ему самому. Все эти вещи были из другой его жизни, из той жизни, когда его еще не подстрелили в здании Главного управления корпорации «Тирелл». Да, то была совершенно иная жизнь и совершенно иной мир.