Читаем без скачивания Дороже жизни - Кей Мортинсен

Она сразу поняла, что он имеет в виду. Оба замолчали. Филипп излишне резко вывернул руль, придорожный кустарник заскрежетал ветвями по дверцам.

Филипп пытался сосредоточиться на дороге, но это удавалось с трудом. Он давил на газ, словно все псы преисподней гнались за ними. Возле дома машина с визгом затормозила, и он кинулся наверх, на бегу бросив Сандре:

- Скажи Донике, что мы дома... Сердце его билось так, словно хотело выпрыгнуть изо рта. Все эти годы отгадка была рядом. Господи, сделай так, чтобы это оказалось правдой! Филипп ворвался в комнату Нико, в которую никто не входил с тех пор, как один из приятелей Нико разгрузил там привезенный из Англии контейнер.

Пещера Аладдина, а не комната! Антикварная мебель, шелковые шторы, сваленные в беспорядке картины и дорогие безделушки, старинные часы, дорогая одежда, техника, видеоаппаратура, украшения... Его брат жил хорошо. Слишком хорошо.

Филипп молчал. Если бы он хоть раз зашел в эту комнату, то уже знал бы, возможно, ответы на все вопросы. Например, откуда у Нико все это?

Прямо напротив, у стены, стояла коробка с бумагами и папками. Секунду Филипп промедлил, не в, силах поверить в такую наглость собственного брата, а затем бросился вперед, расшвыривая дорогие пиджаки и норковые шубы. За спиной он услышал вскрик Сандры:

- О Боже, Филипп!

- Джолли? Доника?

- Нет-нет, с ними все в порядке. Позволь, я помогу...

Он бормотал бессвязные проклятия, роясь в коробке, а затем заметил ее взгляд и замер, не в силах понять, почему так светятся ее глаза.

- Филипп.., ты беспокоишься.., ты хочешь, чтобы я оказалась невиновной?

- Естественно, хочу!

- Но почему?

- Потому что люблю тебя, почему же еще!

Он замер. Неужели он это сказал? Неужели он не говорил этого раньше?

- Я люблю тебя, Сандра! Она неожиданно улыбнулась.

- А почему ты выглядишь таким удивленным? Ладно, давай разбираться дальше.

Они долго и тщательно просматривали документы и нашли наконец то, что искали. Утраченные счета. Письма Нико. Его личную чековую книжку, на которой было денег больше, чем он смог бы заработать за всю свою жизнь.

Филипп молчал, потрясенный, раздавленный подлостью брата. Ни один из документов не подтверждал причастности Сандры к чему бы то ни было.

Пыльный, грязный, дрожащий от ненависти и стыда, Филипп, шатаясь как пьяный, вышел из комнаты. Его брат стал причиной неимоверных и незаслуженных страданий женщины, которую он любил.

Мой брат! Мой родной брат!

Глава 12

Сандра взяла его за руку и отвела в ванную комнату. Там она нежно и быстро раздела его, разделась сама. Вода смывала пыль и грязь с их тел, смывала обиды и боль, горькие воспоминания.

- Ты когда-нибудь сможешь простить меня?

- Виноват был Нико, не ты...

- Но я тебе не верил...

- Он и меня поначалу провел. Ты же был в сотнях миль от него, откуда тебе было знать, как ненависть и ревность изменили его душу. Он всегда говорил, что хочет стать богаче тебя. Что ж, он нашел способ. Я единственная, на кого могло пасть подозрение. На него ничего не указывало, потому я и растерялась. Я не смогла доказать свою невиновность. Он был очень умен.

Филипп казался раздавленным, уничтоженным чувством собственной вины перед ней. Он извинялся и проклинал себя за страдания, которые ей довелось пережить по его вине. Она успокаивала его долго, затем отвела в спальню, уложила в постель. Он мрачно уставился в потолок, все его тело внезапно напряглось.

- Ты, будучи совершенно невинной, потеряла все: репутацию, здоровье, свободу и дочь...

Как давно это было. Сколько воды утекло... Вода под мостом. Мост над водой. Теперь впереди было лишь счастье. Она улыбнулась.

- В итоге я получила много больше. Все, что потеряла, и кое-что еще.

Она поцеловала его плечо.

- Я не прощу себя никогда!

- Если уж простила я, простишь и ты. Я счастлива, Филипп. Ты любишь меня. Мне нечего больше хотеть. Еще только одно...

Он повернулся к ней, и в глазах у него блеснули слезы, которые он немедленно скрыл шуткой.

- Чашечку чая?

Она улыбнулась, провела рукой по его подбородку.

- У Джолли научился? Нет, мне нужно кое-что другое...

Он поцеловал ее. С каждым следующим поцелуем его страсть становилась все яростнее, она же была нежной и податливой, осторожной и чуткой, и он тоже смягчился и немного успокоился. Совсем немного.

- Я люблю тебя.

- Я люблю тебя.

Ее голос стал эхом его голоса, затем он прервался. Филипп обнял ее, прижал к себе, и она отдалась ему, полная любви и счастья.

Они очень тщательно готовились к тому, чтобы сказать Джолли о том, что Сандра ее настоящая мама. Сейчас они сидели все вместе на диване и смотрели старый любительский фильм.

- Это Сандра. Ты узнаешь ее? Я ее знаю очень давно. Она уже тогда была моим лучшим другом, и я ее очень любил.

Джолли внимательно следила за происходящим на экране. Особенно понравилась ей сцена падения Сандры в пруд. Девочка заливалась смехом и требовала показать еще раз.

Филипп перемотал пленку и осторожно наклонился к девочке.

- Маленькая, тебе нравится Сандра?

- Очень-очень нравится!

На милом личике расцвела широчайшая улыбка. Сандра затаила дыхание. Филипп тоже нервничал, но наконец набрался мужества.

- Ты уже большая девочка, и я должен сказать тебе что-то особенное... Это очень важная тайна. И я решил ее открыть тебе.

Малышка вытаращила глаза, а Сандра прикрыла свои. Сердце глухо бухало в груди.

- Сладкая моя, ты теперь будешь самой счастливой девочкой в мире. - Он нежно поцеловал румяную щечку. - Сандра.., она твоя мама!

Девочка посмотрела на Филиппа, затем на Сандру. В глазах взрослых блестели слезы.

- Я твоя мама, маленькая.

Филипп расцепил руки, и малышка съехала по его ногам, как по горке, прямо на ковер. Сандра распахнула девочке объятия, но та неожиданно нахмурилась, повернулась и убежала в сад.

Сандра не могла вымолвить ни звука. Она словно превратилась в ледяную статую. Филипп прошел к двери в сад, и его шаги отдались у нее в мозгу гулко и мрачно. Она смотрела прямо перед собой, не видя ничего.

- Она играет с твоей куклой.

- Мамой называет?

- Нет, Дорогушей. Иди сюда. Я смотрю за девочкой, так что подойди ко мне. Посиди рядом.

Она не могла. У нее не было сил.

- Мне нехорошо. Сейчас приду. Она еле дошла до ванной. Жизнь разом вытекла из тела, силы оставили ее. Она машинально взглянула в зеркало и удивилась отражению бледной женщины с трагическими глазами. Счастье последних недель оказалось обманом, мороком, ошибкой... О, нет, они с Филиппом созданы друг для друга и будут любить друг друга вечно, но Джолли... Стон прорвался из груди.

Неожиданно ей страстно захотелось к Филиппу. Она повернулась и стремглав кинулась в комнату, влетела в надежное и крепкое кольцо его рук и замерла, словно испуганное и обиженное дитя, у него на груди. Он баюкал ее, гладил по голове, шептал тихо-тихо:

- Дай ей время, дорогая. Она должна привыкнуть к этой мысли.

- А если этого не случится?

- Случится, обязательно. Она тебя уже любит. Ты ей нужна. Эй, подруга, я даже ревную иногда, глядя, как две моих девочки шушукаются без меня!

Она не улыбнулась. Слишком хотелось заплакать в голос. То, что случилось только что, было горше слез, больнее боли. Неужели она никогда не сможет назвать дочь дочерью?

Они с Филиппом сидели, обнявшись, и смотрели, как Джолли что-то шепчет кукле. Филипп неожиданно достал платок и шумно высморкался. Сандра бросила на него удивленный взгляд и увидела, что его темные глаза блестят от слез. Он старался скрыть их от нее. Напрасно.

- О, дорогой мой!

Она положила голову ему на плечо, а он поцеловал ее в висок.

- Я ужасно люблю тебя, милая, и хочу, чтобы Джолли тоже полюбила тебя как следует...

Телефонный звонок заставил его нетерпеливо взмахнуть рукой.

- Чертов аппарат! Я поставлю автоответчик. Не хочу оставлять тебя.

- Нет, ты должен ответить. Вдруг что-нибудь важное?

Он торопливо поцеловал ее и ушел. Сандра сидела, не шевелясь, не решаясь спуститься в сад. Джолли сама должна подойти. Если захочет. Сандра до крови закусила губу. Вот уж никогда бы не подумала, что буду ревновать к пластмассовой кукле, попыталась она усмехнуться, но из этого опять ничего не вышло. Слезы душили ее, стояли горьким комом в горле.

Мое дитя. Девочка моя. Я так долго шла к тебе. Я так долго сражалась за право вернуться к тебе, сражалась с недоверием, ложью и болезнью. Я все победила, счастье так близко, а ты одним движением рушишь все мои надежды.

Сандра прижала руку к сердцу, пытаясь унять боль. Все будет хорошо, не правда ли? В один прекрасный день все будет хорошо. Надо только потерпеть еще. Еще потерпеть, только и всего.

Внезапно она увидела, как Джолли, сопя, карабкается на стену из сухого песчаника, что ей категорически запрещали делать обычно. Прежде чем Сандра смогла вымолвить хоть слово, малышка оказалась на самом верху ограды, немного помедлила.., и покатилась вниз.