самом деле красавица, он устыдился своих прежних мыслей.
«Не слушай никого, Родион. Папа твой всего себя отдал людям, вот и ушел рано. Но с тобой он не расстанется никогда. Услышишь его голос – не пугайся. Он ангелом возле тебя будет, всегда поможет». – Мария погладила его по плечу, как недавно маму, а Родион позорно расплакался. Она просто стояла и смотрела на него, во взгляде была боль, наверное, подумалось ему, за него, Родиона. Или из-за смерти отца? Он завороженно смотрел, как меняют цвет ее зрачки от свело-зеленого до болотного, потом появляется влага, и вот уже крупные слезы выкатываются на побледневшие щеки. А он словно освобождается от внутреннего черного кома, который давил ему на сердце весь сегодняшний день.
«Как ты на него похож… и тебе тоже будет дана способность любить безгранично. И предназначенную тебе Богом женщину, и рожденных ею от тебя детей. Прощай. Помни мои слова». – Мария открыла дверь. «Я вас еще увижу?» – дернулся он к ней. «Нет, Родион. Я вскоре тоже уйду за ним. Но ты запомни, что я тебе сказала, обещаешь?» – повторила она и, не дождавшись его ответа, шагнула за порог квартиры. Он кивнул машинально, стоя перед закрытой ею дверью.
За стол он не вернулся. В своей комнате он долго лежал на кровати, уставившись в потолок. Образ Марии перед мысленным взором постепенно таял, Родион уже стал сомневаться, а была ли она? Он заснул, как потом сказала мама – проспал почти сутки, напугав ее и бабушку…
Голоса отца после этой встречи с Марией он не слышал ни разу за всю жизнь. Но Родей называли его только Даша и отец…
Родион перестроился в крайний правый ряд и на светофоре повернул направо. До офиса оставалось метров пятьсот, когда вдруг на его глазах случилось страшное. Он успел затормозить, но двигавшаяся с огромной скоростью иномарка буквально снесла на встречную полосу мотоциклиста. Родион первым подбежал к парню, которого отбросило на несколько метров от искореженного мотоцикла. Он упал рядом с пострадавшим на колени, расстегнул шлем, приложил два пальца к сонной артерии. «Положи раскрытую ладонь ему на сердце, Родя. Закрой глаза и представь, как энергия от тебя течет к нему. Ну же, Родя, поторопись, иначе парень умрет! Так… правильно. Держи его жизнь до приезда „Скорой“. Ты справишься», – вновь услышал он знакомый голос, уже поняв, кому тот принадлежит.
* * *
Вызов скайпа Стася чуть не пропустила, забыв, что еще вчера уменьшила громкость на ноутбуке до минимальной. Она поторопилась ответить, потому что на экране увидела фотографию Ники. Все-таки есть между ними какая-то связь, она вспомнила о ней всего минуту назад.
– Привет, Стаська. Ты не в школе? Я так позвонила, наугад. Прогуливаешь?
– Привет. Решила не ходить в связи с последними событиями. Тебе сообщили про бабушку? Тут такое… убийство! А еще и отца арестовали, – поторопилась выдать информацию Стася, но замолчала, увидев удивление на лице Ники.
– Разве ее убили? Мама ничего не сказала, я разговаривала с ней полчаса назад. А при чем здесь твой отец? Он что, в Германии? Ничего не понимаю. Ему незачем бабушку убивать, он с ней даже не знаком.
– А теперь не понимаю я! Ты вообще о ком сейчас? Нашлась и убита мамина мама, моя бабушка Анна Туранина. Та, которая умерла давно, а сейчас выяснилась, что не умерла, а жила где-то.
– Сестра бабушки Кати? Она погибла в автокатастрофе, я знаю.
– Не погибла она. И не авария это была, ее взорвали в машине. Но это была постановка, на самом деле она осталась жива. Только убили ее по-настоящему вчера.
– Звучит как бред. Ты, как я понимаю, не в курсе, что бабушка Катя вчера тоже скончалась. У себя дома в Берлине.
– Вообще треш. Что происходит? – растерялась на миг Стася.
– Я днем вылетаю домой, отец уже билет купил. Мама сказала, что дед привезет тело в Россию, чтобы захоронить в склепе Тураниных, как только оформит документы. Только какой он мне дед? Муж бабушки. Личность загадочная, я его и не видела ни разу. Стась, а как вышло, что никто не знал о том, что сестра бабушки Кати жива?
– Понятия не имею. Я разговор родителей вчера подслушала, эта Анна Туранина, точнее Шуйская по мужу, наверное, сама с ним познакомилась в магазине. А сегодня должна была встретиться с мамой. Только Анну мертвую к отцу в морг привезли еще днем. А его арестовали за убийство.
– Почему его?! Он убил?!
– Нет, конечно! Отпустят, только нужно доказать, что он не мог этого сделать. Я уже расследую сама это убийство, кому-то отца из тюрьмы вытаскивать нужно! Уже нашла кое-что в соцсетях, буду копать дальше, – выдала она с пафосом и смутилась: – Короче, Ника, приедешь – сразу встретимся, да?
– Ну, наверное…
– Слушай, тебе фамилия Коваль ни о чем не говорит? Может, от матери слышала…
– Нет, Стась, не слышала. Ты вот что – не лезь куда попало. Для расследований преступлений существует такая организация – криминальная полиция. Не в курсе? Пусть они и занимаются убийством. Ты не подумала, что можешь и помешать? – Голос Ники звучал строго.
– Ты серьезно? – усмехнулась Стася и прислушалась: из прихожей раздавались какие-то звуки. – Ника, похоже, мать вернулась из полиции. Давай, до встречи, потом обсудим. Кстати. Возможно, там у вас, в Туманном Альбионе, полиция и расследует. А у нас пришьют дело – не отмоешься! Вот так! – выдала она напоследок и захлопнула крышку ноутбука. «Еще одна праведница-законница на мою голову! Что с человеком заграница делает!» – чуть не расплакалась из-за потери шальной подруги детства она.
Стася направилась в прихожую, уже заготовив матери вопросы. И прежде всего – знает ли та о смерти Катерины Петровны. И как это две сестры умудрились в один день умереть? Подозрительно это. Бабушку Катю, возможно, тоже убили?
К ее разочарованию, вернулась домой не мама, а брат. Андрейка уже успел раздеться и, как всегда, бросил на тумбочку куртку, а кроссовки оставил на коврике у двери.
– Куртку на вешалку, кроссы на полку! – скомандовала она. – Почему так рано вернулся?
– А че мне в школе делать – олимпиаду решил за час, в коридор выгнали. С остальных уроков отпустили. Кстати, я не сказал, что отца арестовали, типа у нас просто семейные обстоятельства, мама просила передать.
– И правильно, отца отпустят сегодня, – не сомневаясь ни на секунду, ответила Стася. – Есть хочешь, возьми бутеры с сыром на тарелке в холодильнике. Себе делала, но не хочу. Я тут кое-что нарыла…
