– Абсолютно.
– Ну вот и хорошо. С нетерпением жду нашей встречи.
– Я тоже.
Эллен повесила трубку:
– Обнаглевший кретин!
– Дорогая, ты совершенно, совершенно, совершенно бесподобна! Какая же ты молодчина! – Допив кофе, Фили ела консервированные фрукты все из той же кружки. – Я бы на твоем месте разревелась, и все. У тебя есть все данные, чтобы внести свежую струю в стоячую жизнь нашего болота.
В слесарной мастерской с большой готовностью и нескрываемой радостью приняли заказ Эллен: воскресный вызов оплачивался по тройному тарифу, плюс НДС, плюс расходы на бензин. Эллен пообещали, что ее обслужат в первую очередь.
– Это значит, что слесари приедут, как только позавтракают и прочитают спортивный раздел в воскресных газетах, – сказала Фили, глядя из окна вслед Эллен. – Может, останешься? Честное слово, в твоем распоряжении есть несколько часов. Запомни, ты теперь живешь по котсуолдскому времени.
– Я лучше подожду возле дома. – Эллен верила, что славные парни из мастерской не подведут. – Спасибо за кофе и телефон.
– Пустяки, дорогая. Тебе спасибо за утреннюю росу. – Фили глубоко затянулась благоухающим воздухом. – Мы с Гамлетом заглянем попозже, узнаем, как твои дела. Может, вместе прошвырнемся по городу, поглазеем по сторонам, если у тебя будет время. Хотя… думаю, ты будешь еще в ночной рубашке. Однажды я вызвала водопроводчика. Когда он явился, мы с Гамлетом плавали на плотах из стульев.
В ночной рубашке Эллен сидела в саду возле Гусиного Дома, наблюдая, как просыпается городок, готовая в любую минуту броситься навстречу черно-белому коту или фургону аварийной службы. Сноркел приросла к низенькому окну гостевого домика и не сводила глаз с хозяйки.
Первым на дорожке появился Хантер Гарднер, который направлялся за утренними газетами. Он приветливо помахал Эллен, не успевшей спрятаться за кустом, и ей пришлось выдавить неопределенную улыбку.
– Чудесное утро!
– О да, чудесное!
– Наводите порядок в саду? Он ужасно зарос.
– О да, ужасно!
– Наверное, полоть в таком наряде не очень-то удобно?
– О да, конечно!
К счастью, на этом добрососедское подшучивание закончилось – Хантер миновал забор и вышел на гусиную аллею. У Эллен возникло подозрение, что он еще раньше заприметил ее маневры вокруг дома в ночной рубашке, потому и пошел за газетами кружным путем мимо ее сада.
Через полчаса в поле ее зрения возник Жиль Хорнтон в коротеньких шортах и яркой футболке: он бежал трусцой, капельки пота струились у него из-под усов.
– Не угодно ли присоединиться ко мне, о наша прелестная и спортивная гостья? – Он ни на минуту не забывал о своей цели – обольщать, и даже на бегу умудрялся источать густое, как патока, очарование, в котором дама должна увязнуть, как муха.
– В другой раз.
– Ловлю вас на слове!
Сверкнули белые зубы, и Жиль миновал Эллен, подтянув ягодицы.
Пока она бродила по саду, сердито выдергивая травинки, городок совсем проснулся и зажил активной жизнью: владельцы собак отправились на прогулку, запихнув в карманы мешочки для экскрементов, детишки сели верхом – кто на велосипеды, кто на пони, мамаши вышли с раскладными стульчиками, а туристы – с путеводителями. Эллен смотрела, как тени становятся короче, и гадала, сколько времени провела в ожидании. Ей казалось, что не один час. Лицо горело от солнца и досады. Она никогда не отличалась терпением и стала подумывать, уж не вышибить ли дверь.
Эллен еще раз обошла вокруг дома, надеясь обнаружить не замеченный раньше способ проникнуть внутрь. Люк погреба внушил ей надежду, но она заметила на нем большой висячий замок. Она пристально всматривалась в каждое окно – вдруг где-нибудь не закрыта защелка, но напрасно. Дом стоял неприступный, как крепость. Эллен хорошо разглядела лепестки роз на полу в гостиной, недопитую чашку чая на столе в кухне и подкову на подоконнике в столовой. Фили абсолютно права. Эта подкова приносит одни несчастья.
Необходимо действовать. Решено.
На выдвижную лестницу родители предусмотрительно повесили велосипедный замок, чтобы грабитель или дочь, захлопнувшая дверь, не смогли ей воспользоваться и залезть на чердак. К счастью, замок был кодовым. Эллен перепробовала разные коды, которые предпочитали ее родители: комбинации из четырех цифр, означавшие ту или иную памятную дату.
– Готово! – Замок открылся, когда Эллен набрала год рождения отца.
Она подтащила лестницу к фасаду дома и приставила к единственному открытому окну на чердаке. Отступив назад, она оценила перед началом рискованного восхождения свои шансы на успех. Окно казалось очень маленьким. Придется как следует сгруппироваться, чтобы пролезть. Она в задумчивости потерла губы и оглянулась, моля бога, чтобы на аллее появилась машина из слесарной мастерской.
Эллен опять подумала про подкову. Если правда, что беда не ходит одна, а предпочитает цифру три, то Эллен сейчас искушает судьбу. Два несчастья уже произошло. Во-первых, удрал кот. Во-вторых, захлопнулась дверь. И вот теперь она собирается пролезть в дом через крохотное окошко под самой крышей. Может, не стоит рисковать? «Трусиха», – пристыдила она себя, одернула подол рубашки, проверила устойчивость лестницы и полезла наверх.
Это оказалось совсем не так трудно. Лестница надежно упиралась в стену, и Эллен быстро добралась до чердачного окна.
– Сначала просуньте голову! – раздался голос снизу.
Она посмотрела через плечо. Курчавая шевелюра, широкие плечи, веснушки – спутать ни с кем невозможно. Шпора Беллинг в старых джинсах и шлепанцах выгуливал лабрадоров своей матери.
– Советовать все мастера, – пробормотала Эллен.
– Что вы делаете, молодая леди, позвольте вас спросить? – сердито крикнул Хантер Гарднер, остановившись с газетами в руках рядом со Шпорой.
Жиль Хорнтон возвращался с пробежки.
– Что тут происходит, черт побери? – затормозил он.
– Остановите же ее кто-нибудь! – крикнул Хантер Гарднер. – Эта сумасшедшая сломает себе шею!
– Не мешайте ей, у нее все получится, – урезонил его Шпора и обратился к Эллен: – Продолжайте!
К группе наблюдателей присоединилось еще несколько встревоженных зевак. Один только Беллинг улыбался, нимало не беспокоясь за жизнь Эллен. Он тоже считал, что действовать, даже рискуя, гораздо лучше, чем дожидаться слесаря. Эллен улыбнулась и полезла в окно.
Оказавшись внутри дома, она услышала шум подъехавших автомобилей – сразу двух. Помимо долгожданного фургона подкатил элегантный «мерседес».
Под аплодисменты, раздавшиеся с улицы, Эллен схватила шорты и футболку, переоделась и спустилась вниз.
