Поглядывая вполглаза, не покажется ли Финс, Эллен перешла аллею и направилась к массивным арочным воротам в волшебный сад. В саду, под мхом, плющом и лишайником, она разглядела, что скульптуры действительно безжалостно изуродованы. У одних головы и конечности отсутствуют, у других – носы отбиты, лица обезображены.
Проблуждав по лабиринту сада с полчаса, Эллен выбралась к домику Фили. Гамлет залаял, увидев ее в окно. Постучав в дверь она подумала, что сейчас разрешит хотя бы одну загадку – где Фили спит. Несмотря на добросовестную помощь пса, потребовалось минут десять, чтобы разбудить хозяйку дома.
– Кто там? – раздался откуда-то сверху сонный голос.
Эллен подняла голову. Из крошечного окошка свешивалась кудрявая грива.
– Фили, это я, Эллен. Прости меня за беспокойство! Я оставила ключи в доме, а дверь захлопнулась. Мне нужен мой мобильный телефон.
– Заходи, солнышко. Там открыто. Я спущусь через секунду.
Эллен ждала в огромной комнате первого этажа, когда Фили появилась из двери, спрятанной в нише у камина.
– Там, наверху, папино тайное убежище, – пояснила она, широко зевая. – Ты, наверное, воображаешь, что он там назначал свидания местным красоткам. На самом деле, ничего романтического. Он там мариновал лук. Это его хобби. В свободное от работы время отец мариновал все подряд. В свободное от маринования время – работал. Запах до сих пор не выветрился, понюхай, засунь голову в дверь. Мне лично все равно, а Дилли этот запах не переносит.
Эллен потянула носом и действительно почувствовала запах уксуса. За дверью, куда она заглянула, крошечная винтовая лесенка вела наверх в спаленку, под которой находилась еще одна такая же кукольная комнатка.
– Боже, какая рань! Который час? Десять? Одиннадцать?
Фили поставила чайник. На ней был вчерашний бархатный топ, а юбку заменяла простыня, обвязанная вокруг бедер.
– Я думаю, одиннадцати еще нет, – виновато сказала Эллен. – Прости, что разбудила тебя. Сноркел прыгнула на дверь и захлопнула ее. Мне нужно позвонить слесарю, а мой мобильник у тебя.
– Конечно, у меня. Кстати, кто такой Ричард? – Фили потянулась за сумкой.
– Мой бывший друг. А что?
– Можно он теперь будет моим другом по переписке? Когда я вечером вернулась домой, твой телефон все время пищал – поступило сообщение. Пришлось ответить, чтобы заставить его замолчать. В результате мы славно пообщались. О черт! – Она взглянула на телефон. – Совсем разрядился. У тебя есть зарядка?
– Есть. Дома. – Эллен недоуменно посмотрела на Фили. – Почему же ты просто не выключила телефон, если тебя раздражал звуковой сигнал?
– Я не знаю, как это делается. – Фили протянула Эллен совершенно бесполезную теперь вещь. – Ричард сейчас в Австралии. Дожди там идут без передышки. С жильем ему повезло, а вот море ни к черту не годится – одни медузы. Еще он очень скучает по Сноркел. – Фили искала чистые кружки. – Он безумно рад, что ты прекрасно устроилась здесь и обзавелась такой замечательной подругой. Считает, что тебе не стоит спешить с путешествием. Поживи тут в свое удовольствие, отдохни. Так советует Ричард. Я с ним совершенно согласна. Похоже, он славный парень. Жаль, что у вас с ним не сложилось. Но я думаю, червоточинка появилась задолго до того, как ты объявила ему, что все кончено. Ты будешь чай или кофе?
Для человека, не умеющего выключить телефон, Фили обладала просто невероятными навыками получения и отправки сообщений. Эллен так разозлилась, что ничего не ответила. Глядя в окно на глиняных гоблинов и эльфов, она проклинала Ричарда за его вечную болтливость и в наказание за длинный язык желала ему целый месяц проторчать в море среди медуз, под проливным дождем. К тому же он явно приврал. Эллен никогда не объявляла, что между ними все кончено. На самом деле все было сложнее и запутаннее.
– Можно воспользоваться твоим телефоном? – Эллен наконец прервала молчание.
– Ну конечно. – Фили махнула в сторону висящего на стене старинного аппарата, заляпанного глиной.
– У тебя есть «Желтые страницы»?
– У меня множество пожелтевших страниц, солнышко. – Фили засмеялась и огляделась вокруг. – Может, найдутся и желтые, если как следует поискать… А что, разве в агентстве недвижимости нет ключей от вашего дома?
– Вряд ли агентство сейчас работает.
Фили прямо из банки насыпала растворимый кофе в две большие кружки.
– Еще как работает. У нас все агентства летом работают по воскресеньям, солнышко. Для них это золотое времечко – толпы туристов. Ты не представляешь, сколько народу приезжает в Котсуолд на экскурсию. Потом они снимают домик и на выходные, чтобы отдохнуть на природе. Так что смело звони, – и залила в кружки кипяток.
– Но сейчас, пожалуй, рановато…
Наливая в кофе молоко, Фили взглянула на часы с кукушкой. Молоко пролилось на пол.
– Что?!
Часы показывали без двадцати восемь.
– Ты права, рановато, – проговорила Фили, когда к ней вернулся дар речи. – Тогда позвони Дот. Она встает вместе с солнцем.
– Но я уже забрала у Виков ключи.
– Ни за что не поверю, что у них нет другого комплекта. – Фили умудренно посмотрела на Эллен. – Племянник Рега работает в баре, точнее, в притоне. У этой парочки, по-моему, есть ключи от всех домов в городе. Так что звони. Номер у меня записан где-то… Погоди-ка… – Она перебрала листочки возле телефона. – Дот раньше убиралась у папы. Тогда Вики еще жили на своей ферме. Но номер телефона после переезда у них не изменился. Ага, вот он!
Эллен помедлила перед тем, как набрать последнюю цифру.
– Вики не внушают мне доверия. Они совсем не смотрели за домом, и потом, эти загадочные подонки… Как мне завести об этом речь?
– А зачем сейчас заводить об этом речь? – Фили распахнула окно. – Господи, какое сказочное утро! Мне нужно почаще вставать до обеда. Спасибо, солнышко, что ты напомнила мне, как это прекрасно – утро! Ммм! А пахнет-то как!
На другом конце провода раздались гудки, Эллен напряглась.
– Алло! – ответил низкий, грубый, сердитый голос под аккомпанемент недовольного рычания. – Заткнись, Флаффи!
– Э… Это квартира Виков? – спросила Эллен, поскольку не поняла, с кем из членов достойного семейства имеет честь беседовать.
– Мне плевать, чем вы там торгуете. Все равно ничего не куплю, понятно?
– О, прошу прощения, я не торговый агент и ничего не продаю. Я Эллен Джемисон, дочь Тео и Дженнифер.
– Чего?
Значит, это не Сол. В таком случае это Рег.
– Я дочь Тео и Дженнифер Джемисон из Гусиного Дома, понимаете?
– Ну. Понимаю. Чего надо?
– Простите, у меня захлопнулась дверь, а ключи остались в доме. У вас случайно нет запасного комплекта?
