Но в тот момент, когда Эллен впервые увидела лицо Джаспера Беллинга, она не смогла справиться с охватившим ее страхом. Тут не помогут ни парашют, ни жгут. Ужас словно сковал девушку, и она почувствовала себя совершенно мертвой.
Глаза его – две серебристо-серые пули на колдовском лице – просто ослепляли.
– Черт подери, – сказала Эллен вместо «извините», отвела взгляд и попятилась.
– Ничего страшного. Мне в ту же сторону. Заодно провожу вас до пункта назначения.
Пригласив Эллен следовать за ним – и не заметив произведенного впечатления – Джаспер быстро пересек огромную комнату. Они прошли мимо кожаного дивана, напарник которого отсутствовал – отправился в Голубую гостиную на время аукциона. Стул возле рояля также отсутствовал. Одна эта комната была размером с весь Гусиный Дом. Потертый бильярдный стол казался в ней не больше чайного подноса. Идя за Джаспером, Эллен разрывалась на части и не знала, куда ей глядеть – на траченную временем роскошь, в которой живут аристократы, или на самого аристократа. В рваных джинсах, старой футболке и кедах, с копной черных кудрей, со спины он выглядел, как строительный рабочий, а не наследник обладателя титула. Да он и фигурой походил на рабочего: широкоплечий, с мускулистыми загорелыми руками и узкими бедрами. От него ощутимо пахло лошадьми.
– Мне сюда. – Джаспер открыл дверь, которая вела в большой коридор. По нему сливки общества с бокалами в руках возвращались в викторианское крыло особняка, в Голубую гостиную. Некоторые обернулись на звук открывшейся двери и замерли на месте, увидев Шпору. – А вам как раз напротив.
– Спасибо. – Эллен была не в силах взглянуть на него. Она бросилась в туалет, как в убежище, и прижалась лицом к прохладной стене. Молодец, Эллен, сокрушенно подумала она. Швыряем в аристократа бильярдным шаром, вваливаемся в шкаф с фамильным серебром, а затем просим отвести нас в уборную. Круто, нечего сказать.
Лицо Джаспера стояло у нее перед глазами. Она могла бы и раньше сообразить, что блудный сын Беллингов является обладателем лучшего набора генов в округе. Никакие безумные выходки, махинации с наркотиками и прочие ошибки молодости не могли лишить его врожденной, беспощадной красоты. Это характерно для аристократов: на них работают и природа, и воспитание, наделяя своими лучшими дарами. Само собой разумеется, Джасперу Беллингу достались от матери необыкновенные серебристые глаза, бледная кожа с веснушками и буйная шевелюра, а от отца – фигура игрока в регби и нежные изогнутые губы. Этой внешности прекрасно соответствовала небрежно-надменная манера, с которой он держался. Но не от этого у Эллен так закружилась голова, что она чуть не потеряла сознание.
Джаспер Беллинг, безусловно, обладал экстрим-фактором, этим удивительным свойством, которое делает человека неуязвимым перед опасностью. За многие годы общения с фанатиками экстремальных видов спорта, особенно с серфингистами, Эллен считанное число раз встречала людей, действительно обладавших экстрим-фактором. У Ричарда, всегда так мечтавшего о нем, не было его ни грамма.
Джаспер Беллинг являлся носителем чистого, неразбавленного и неподдельного экстрим-фактора. И это делало его в высшей степени опасным. Эллен должна избегать этого человека любой ценой. Поэтому сейчас нужно отправиться прямиком домой. Она дождалась, пока шаги сливок общества затихли в коридоре, вышла из туалета и спустилась по лестнице к выходу.
– Вы опять заблудились, – послышался сверху знакомый голос.
Прикрыв глаза, девушка остановилась.
– Вы начисто лишены способности ориентироваться на местности.
Эллен обернулась и адресовала извиняющуюся улыбку паре длинных мускулистых ног на верхней площадке лестницы, не в силах посмотреть ему в лицо.
– Если честно, то я хочу уйти. Моя собака сидит одна уже несколько часов, и я…
– Мама будет в ярости, – удивленно ответил он.
– Боюсь, что мы не знакомы с вашей мамой, но будьте добры, передайте ей мои извинения. Меня зовут Эллен, если она вдруг спросит.
– Вы можете сделать это сами. Мама! Эллен хочет принести тебе свои извинения!
– Извинения? За что? – Рядом с парой длинных мужских ног появилась пара коротких женских.
Эллен посмотрела наверх и выдавила широкую улыбку:
– Леди Беллинг, мы не встречались раньше, но я…
– Вы дочка Джемисонов, я знаю. – Хозяйка явно торопилась к своим гостям.
– Да. Я как раз объясняла вашему сыну, что мне пора домой. Боюсь, что я не смогу остаться до конца аукциона, видите ли…
– Глупости. Вы должны вернуться. Малышка Офелия разыскивает вас повсюду. Невежливо бросать ее.
– Но я… Но она…
– Пойдемте же, и побыстрее. И ты, Джаспер, тоже. Нечего отираться в коридоре, ты не дворецкий. – И леди Беллинг отконвоировала их обоих в Голубую гостиную. По дороге Джаспер шепнул Эллен на ухо:
– Я куплю ваш лот, если вы купите мой.
Эллен удивленно обвела взглядом зал. Почти все разнокалиберные стулья были пусты. Остались только самые верные горожане – среди них Эли с женой, Хантер Гарднер, несколько старичков. Ушли обитатели Пригорков и чета Любовски, и донжуан Жиль, и его рыжеволосая хмурая жена.
Сидевшая в среднем ряду поближе к выходу Фили посмотрела на Эллен, изображая на лице беспокойство.
– Где ты была?
– Заблудилась по дороге в туалет. А как ты?
– Эли Гейтс, будь он проклят, меня доконал. Кто это вошел вместе с тобой?
– Джаспер Беллинг, насколько я понимаю. Разве нет?
Фили свернула шею, но мужчина опустился на диван через несколько рядов от них.
– Не может быть, это не Джаспер. Тот был необычайно красив! Мой папа сравнивал его с ангелом. К тому же, он был блондин.
Не теряя достоинства и несмотря на опустошение в рядах, леди Беллинг невозмутимо взошла на свое возвышение и продолжила аукцион как ни в чем не бывало.
– Лот тридцать один.
Эллен с грустью смотрела, как лот за лотом уходят по сниженным ценам, почти все в одни и те же руки – к Эли Гейтсу. Исчез дух соревнования и мужской конкуренции, аукцион превратился в пустую формальность.
Джаспер – если, конечно, это был он – не участвовал в торгах. Подруги – тоже. Придвинувшись друг к другу, они обсуждали план бегства.
– Мобильный телефон у тебя с собой? – шептала Фили.
– Да. Но он выключен.
– Включи и позвони по этому номеру. – Фили продиктовала свой собственный номер. – Когда раздастся звонок, я сделаю вид, что это звонит Дилли, что у нее что-то случилось и я должна срочно ехать. А подвезти меня некому, кроме тебя. Ясно? Мы вырвемся отсюда и пойдем в паб.
– Я хочу что-нибудь купить перед уходом. А то совестно как-то.
