Читаем без скачивания Шелковые путы - Зара Деверо

— Это было восхитительно, — сказала она. — Но разве тебе не хочется получить удовлетворение? Он поставил флакон на полочку и спросил:

— А вам бы хотелось доставить его мне, мадам?

— Разумеется, — томно ответила Дженис.

— И вас не удивит, если я попрошу вас о несколько необычной услуге?

Расставив ноги, он подбоченился и слегка покачнулся — фаллос пришел в движение, словно маятник. Дженис впилась в него взглядом и прошептала:

— Нет. Но что я должна делать? Взять его в рот? Или отстегать вас плетью? Может быть, вам хочется анального секса?

Борг молчал. Дженис потеряла терпение и, вскочив с кушетки, сняла с вешалки одежду, собираясь уйти. Трусики ее упали на пол. Массажист поднял их и, поднеся к лицу, стал жадно их нюхать. Член его моментально встал.

— Вот что мне нужно, — сказал он, жадно вдыхая запах ее промежности и зарываясь в трусы лицом.

По низу живота Дженис пробежал электрический ток. Соски ее отвердели. С дрожью в голосе она спросила:

— Я не понимаю, что вас так возбуждает в белье? Вы трансвестит?

— Нет, мне нравится запах ваших трусиков, фактура материи, — ответил Борг, сжал пенис в руке и начал онанировать.

На головке сверкнула прозрачная густая капля, Борг принялся двигать рукой вверх-вниз еще быстрее. Словно завороженная его движениями, Дженис молча смотрела на него и чувствовала, как в ней просыпается желание помастурбировать. Она еще не отошла от оргазма, промежность была мокрой. И, теребя пальцами половые губы и клитор, Дженис почувствовала, что это не удовлетворит ее. Ей хотелось взять пенис в рот, а потом ощутить его влагалищем.

Борг обернул пенис трусиками и, бессмысленно ухмыляясь, принялся онанировать с удвоенным энтузиазмом. Веки его набухли, он стонал и работал рукой так, словно бы вознамерился оторвать свой половой орган. Дженис тоже самозабвенно мастурбировала, а когда сперма брызнула ей в лицо, ахнула и тотчас же кончила.

Борг обтер член трусиками, вдохнул их запах в последний раз и, убрав пенис в ширинку, деловито сунул трусы в карман.

Тамзин начала просыпаться. Она обнаружила, что лежит рядом с Гаем на диване, положив голову ему на грудь. В камине тихонько потрескивали уголья, было жарко. Его пенис покоился у нее на бедре, головка еще не обсохла от ее соков и спермы. Она почувствовала во влагалище сладкую боль и вспомнила, что он едва не разорвал ее своим громадным инструментом во время бурного соития.

В домике было тихо, только ветер завывал в дымоходе. Снаружи шел снег. Тамзин подумала, что не сможет самостоятельно дойти до главного корпуса пансионата. Она прошептала, рассуждая вслух:

— Нужно позвонить Дженис и сказать, что со мной все в порядке.

Она потянулась и, встряхнув головой, погладила себя по волосам, рассыпавшимся по плечам. Ее полные груди еще не остыли после ласк Гая, запах ев соков и его спермы и пота, смешиваясь с дымом, приятно возбуждал ее и щекотал ноздри. В ней вновь пробудилось вожделение.

— Они пришлют сюда кого-нибудь за тобой, — пробормотал Гай и, раскрыв глаза, изучающе взглянул на Тамзин. Она смутилась и отодвинулась. Он встал и быстро оделся.

Это привело ее в замешательство. Гай приобрел прежний надменный вид, он держался так, словно бы между ними ничего не случилось, и смотрел на нее насмешливо и высокомерно, как на одну из своих глупеньких восторженных поклонниц, готовых отдаться ему прямо в гримерной. Он избавился от лишней спермы и больше не нуждался в ее обществе.

Но почему он должен был вести себя с ней иначе? На что она надеялась, собственно говоря? На то, что он предложит ей остаться здесь на ночь? Или сделает ей более серьезное предложение?

Что ж, это даже к лучшему, решила Тамзин. Она не созрела для серьезных длительных отношений. В конце концов, продолжительная связь с Тимом не принесла ей радости. Достаточно и того, что она испытала бурный натиск музыкального гения, побывала в его жарких объятиях.

Тамзин стала собирать с пола свою разбросанную одежду. Гай молчал, стоя возле камина с бокалом вина в руке.

— Можно мне позвонить? — спросила она, когда наконец оделась.

— Разумеется, — ответил Гай, пожав плечами. Она подошла к аппарату и набрала номер администратора.

— Говорит Тамзин Лоуренс, — сказала она в трубку. — Пришлите за мной кого-нибудь в коттедж мистера Вентуры.

— Хорошо, мисс Лоуренс, — последовал ответ. — Но вам придется немного подождать. Сами видите, все завалило снегом!

— Благодарю вас, — сказала Тамзин и, положив на рычаг трубку, обернулась.

Гай держался столь же отрешенно, как и минуту назад. Неужели еще недавно она ощущала во рту его пенис? Тело Тамзин требовало повторного совокупления. Но она не подала виду, что сгорает от вожделения, и подхватила со стула куртку и шапку.

— Не желаете выкурить сигарету? — вкрадчиво спросил Гай, скользнув по ней бархатистым взглядом темно-карих глаз, обрамленных черными ресницами.

— Спасибо, с удовольствием покурю, — сказала Тамзин и, взяв протянутую им сигарету, наклонилась, чтобы прикурить от огонька золотой зажигалки. Лицо Гая оставалось непроницаемым. Движимая порывом страсти, Тамзин припала к нему.

Он даже не шелохнулся, но у нее все равно возникло чувство, будто бы его член уже проник в ее лоно. Запах его волос возбуждал ее чувственность, вид полных губ лишал ее рассудка. Она готова была наброситься на него и снова лизать и сосать его фаллос, заглотить его и переварить, сделать его своей неотъемлемой частью. А вид его рук, способных извлекать не только волшебные звуки из рояля, но и стоны и крики из глубины ее организма, вызывали в Тамзин сладострастную дрожь. Ах, дотронутся ли вновь его длинные пальцы до ее чувственного бутона, раскроются ли еще раз ее розовые лепестки?

Дыхание ее участилось, голова закружилась, как у девушки-подростка в присутствии учителя или своего кумира рок-гитариста. Рука ее была готова расстегнуть пуговицу у него на штанах и нащупать желанный предмет, когда вдруг раздался сигнал автомобильного клаксона: за ней приехали.

— Мне пора, — растерянно произнесла Тамзин, хотя хотела произнести совершенно другие слова.

Гай помог ей надеть куртку, она просунула руки в рукава, он натянул куртку ей на плечи и, одернув ее, погладил Тамзин по спине и ягодицам. Промежность ее свело судорогой, в глубине лона вспыхнул огонь.

— Я вам завтра позвоню, — промурлыкал он ей на ушко, согревая шею дыханием. — Мы поужинаем вместе.

— С удовольствием, — ответила она, пытаясь найти в себе силы для расставания, пусть и недолгого. А ведь недавно она гордилась своим самообладанием, в немалой степени способствовавшим ее успешной карьере!

Он проводил ее до двери. Студеный ветер обдал их лица холодом. «Рейндж-ровер» походил на фоне белого снега на катафалк, мрачный и темный. За рулем сидел хмурый Ланс, его желтое лицо казалось зловещим. Обернувшись к Гаю, Тамзин крикнула ему, перекрывая голосом вой пронзительного ветра:

— Не выходите из дома, вы простудитесь! Она надеялась, что он обнимет ее и поцелует на прощание. Но этого не произошло, он лишь произнес:

— Спокойной ночи, Тамзин!

— Спокойной ночи. Гай! — пролепетала она и побрела к автомобилю, не понимая, что с ней происходит, отчего ей не хочется уходить от этого мужчины. Такого с ней раньше не случалось.

— Все в порядке? — спросил у нее Ланс, когда она села рядом с ним. — Кошмарная выдалась ночка. Мы подумали, что вы заблудились.

— Я ужинала с Гаем Вентурой, — ответила она, поудобнее устраиваясь на сиденье и плотнее запахивая полы куртки. Салон машины всегда успокаивал ее и наводил на мысли об интиме. Попав сюда, человек быстро забывал об окружающем мире. Недаром именно в машине так часто бурлят любовные страсти и происходят супружеские измены.

Мысленно оставаясь с Гаем, Тамзин уже впитывала ауру сидящего рядом с ней мужчины. Ее тело реагировало на близость его пениса, покоящегося в вельветовых штанах, и мошонки, сжатой ляжками. Ей представилось, как эти органы придут в движение, когда он станет переключать рычаг передачи. И в промежности у нее стало жарко.

Она покосилась на Ланса. Его орлиный профиль показался ей в полумраке чертовски привлекательным. Козырек клетчатой шерстяной кепки был надвинут на лоб, глаза внимательно следили за дорогой.

Непогода прибавила остроты в сложившуюся непростую ситуацию, делала поездку похожей на опасное приключение. По коже Тамзин пробежали мурашки.

Обтянутые перчатками руки водителя слились с рулевым колесом, однако Ланс резанул ее изучающим взглядом и заметил с легкой иронией в голосе:

— Удивительно, как этот неуловимый для прессы пианист впустил в дом редактора журнала светских сплетен!

— Он поначалу не хотел впускать меня даже в прихожую, — сказала Тамзин.

— А ему известно, чем вы занимаетесь? — со свойственной ему дотошностью поинтересовался Ланс.