Читаем без скачивания Презент от нашего ствола - Сергей Зверев

– Безусловно, могли.

– Но не сделали это. Почему? Им кто-то помешал?

– Нет, непохоже, – помотал головой майор. – Кто им тут мог помешать? Вероятно, они достигли поставленной цели и только поэтому ушли. Им не нужны были наши головы. Они решали другую задачу.

– Какую, сэр?

– Не знаю.

Майор еще раз измерил шагами гребень каменной гряды, на которой была устроена засада, внимательно рассматривая лежащие на земле гильзы. Затем поднял голову на сержанта:

– А где Томми? Где секонд-лейтенант Уэльс?

– Я потерял его из виду еще внизу, – пояснил Войтовски. – Когда мы полезли на хребет, его с нами не было. Это совершенно точно.

– Плохие новости, – прокомментировал майор. – Наверное, поймал пулю. Скоро стемнеет, надо действовать быстро. Сержант, возьмите двух солдат и тщательным образом осмотрите склон. Остальным отдыхать.

Майор еще раз попытался связаться по рации с базовым лагерем в кишлаке Бахоршох и с теми, кто оставался охранять машины, однако ответа на свои позывные так и не получил. Красный диск солнца уже зацепился нижним краем за горный хребет на западе, и это означало, что надо завершать поиски и возвращаться к бронетранспортерам, чтобы провести ночь под защитой их крупнокалиберных пулеметов. Искать что-либо в темноте было бессмысленно.

Тяжело дыша, Войтовски поднялся к майору.

– Ну что, сержант?

– Трое раненых, один тяжело.

– Кто? Уэльс?

– Нет, рядовой Голдсмит. Если ему не оказать срочную медицинскую помощь, он загнется. Ей-богу, загнется, сэр.

– Вы что-нибудь сделали с ним?

– Вкололи морфин, перевязали. Он потерял очень много крови, очень много. Пуля пробила ему шею. Мне кажется, он парализован.

– А где секонд-лейтенант?

– Мы не нашли его, сэр. Его нигде нет, также пропал и этот афганский щенок.

– Может, наш рыжий Томми так испугался, что забился в какую-нибудь щель и не хочет вылезать? – предположил майор, которому было за что недолюбливать нагловатого, по его мнению, юнца.

– Этого не может быть, сэр, – категорически отмел предположение командира Войтовски. – Я видел, секонд-лейтенант Уэльс вел себя в бою достойно. Я думаю, он был либо тяжело ранен, либо убит и скатился, как Голдсмит, вниз по склону. Но рядом с Голдсмитом мы его не обнаружили. А дальше мы не искали – занялись рядовым.

– Что-то странное, однако. Ладно, пока будем считать – пропал без вести. Теперь надо до темноты добраться к нашим бронетранспортерам. Я думал заночевать там, передвигаться в это время суток опасно, но, поскольку Голдсмиту нужна экстренная помощь, будем пытаться вернуться в кишлак.

Уже в полной темноте отряд ISAF вернулся к месту на обрыве скалы, где оставались бронетранспортеры и джип. Охрана, ожидавшая сообщения по рации о возвращении отряда, едва не открыла огонь на поражение, услышав шаги в ночи, но, к счастью, благодаря выдержке сержанта Уолласа, командовавшего охраной, кровопролития не произошло.

– Стой! Кто идет? – крикнул сержант в самый последний момент, вглядываясь в окуляры прибора ночного видения, когда его люди уже готовы были без приказа нажать на спусковые крючки своих автоматических винтовок.

– Спокойно, Уоллас! Это мы! – раздался из темноты голос майора.

– Что случилось, сэр? Мы слышали серьезную перестрелку. На вас напали?

– Ты удивительно проницателен, Уоллас, – отозвался майор, подходя поближе. – Что с вашей рацией?

– Такое ощущение, что какие-то искусственные помехи. Полтора часа назад у нас была связь с базовым лагерем в кишлаке, но сейчас контакт установить не удается.

– Что они докладывали?

– Все тихо, сэр. Все как обычно. Господи! У вас раненые! – воскликнул сержант Уоллас, когда свет включенных фар бронетранспортеров вырвал из темноты импровизированные носилки с неподвижным телом Голдсмита.

– Уоллас, где эта девица, афганка?

– Но она ведь ушла с вами?

– Она подвернула ногу и должна была вернуться, мимо вас она никак не могла пройти.

– Сэр, мы никого не видели. Если бы кто-то возвращался по тропе, мы бы, конечно, заметили. Наблюдение велось постоянно, сэр.

– Нет, это определенно мне не нравится.

– Что именно?

– Бесследно пропало трое – афганка, ее брат и секонд-лейтенант Уэльс. Уж не сговорились ли они заранее?

22

Локис с Колодеевым стояли уже по колено в ледяной воде, продолжавшей прибывать из раскуроченного взрывом подземного озера, когда камнепад внезапно прекратился и выход из пещеры стал безопасным.

– Ну что, Медведь, выскакиваем? – посмотрел на Локиса Колодеев.

– Подожди, Игорек. Давай еще чуток потерпим, не хотелось бы булыжник в голову получить.

– В спину тоже хреново.

– И в спину тоже.

Володя оказался прав. После некоторого затишья сверху скатилось еще несколько камней. Лишь через несколько минут, когда десантники окончательно убедились в том, что каменная лавина сошла полностью, они осторожно выбрались из пещеры.

Локис через прибор ночного видения, закрепленный на стволе его снайперского карабина, осмотрел душманскую крепость или, вернее, то, что от нее осталось. Конечно, полностью масштаб разрушений можно будет оценить только при дневном свете, но уже сейчас было ясно, что задание, полученное в Москве, десантники выполнили.

Каменная лава накрыла глинобитный дувал, ограждавший крепость с севера, со стороны нависавшей над ней скалы. Лавина полностью разрушила те дома, где, по данным аэрокосмической разведки, был завод по переработке мака.

Там, где стояли эти здания, сейчас была лишь груда камней. Частично уцелела только южная часть крепости – там располагались жилые помещения и тюрьма, в которую бросили троих оставшихся в живых десантников.

– Ну что там? – спросил Игорь.

– На! Посмотри, чего ты наделал, диверсант, – сказал Локис, уступая место у окуляра.

– Чего это я? Вместе наделали. Да! Глянь ты, как суетятся!

Действительно, душманы, выжившие под завалами и в уцелевших строениях, высыпали на развалины. Издалека они походили на муравьев в потревоженном муравейнике. Впрочем, выживших было немного. Последствия подрыва скалы, рассчитанное специалистами-взрывниками еще в Москве, превзошли самые смелые ожидания.

– Так, Игорек, хватит любоваться, пойдем, пока у них паника, товарищей выручать.

– Смотри, а возле этой темницы и часового уже не видно.

– Значит, не до пленных им сейчас. Давай, пока не очухались.

– Мне сдается, они не скоро очухаются, они сейчас в панике, думают, наверное, что это кара небесная за их темные делишки.

– Какая разница, чего они думают? Пошли!

Однако у десантников не было никаких шансов в открытом бою освободить своих товарищей, даже после того как из крепости ушла колонна, в которой было не менее полутора сотен душманов. В любом случае в резиденции полевого командира должно было остаться еще полсотни боевиков.

...Полковник Главного управления генштаба России Виктор Петрович Волков, он же Волк, понимал, что винить ему себя не в чем, в конце концов, даже он, с его опытом, мог не заметить в темноте растяжку, к тому же умело замаскированную, что уж говорить про радиста Колю Игнатова, ее зацепившего. С десяток острых металлических осколков засели в спине и бедре полковника и сейчас напоминали о себе при малейшем движении. И все же душевная боль донимала гораздо сильнее, чем физическая.

Как бы то ни было, виноват он, командир, не сумевший уберечь своих бойцов. А он ведь словно предчувствовал и с большой неохотой возглавил группу диверсантов, хотя никто из его подчиненных об этом не догадывался.

– Это очень напоминает авантюру, – сказал он начальнику оперативного отдела управления Кочергину, когда тот изложил ему идею, родившуюся у кого-то из штабных. – Ведь таких заводов в регионе десятки, причем большая часть в Пакистане. Даже если мы уничтожим один завод, это не изменит общей картины. Для чего все это?

Генерал Кочергин отвел взгляд и посмотрел в просторное окно своего кабинета. Он заслужил большую звезду на погонах непосредственным участием в десятках операций по всему миру, и никто не мог назвать его паркетным генералом. Он понимал, что Волков прав, и счел нужным объясниться, хотя мог бы и не делать этого.

– Ты, как всегда, прав, Витя, – размеренно произнес генерал. – Но решение принимал не я. Ты же знаешь, какая это проблема для страны. Если реально смотреть на вещи, ни служба безопасности, ни милиция пока не в состоянии справиться с этой проблемой. Если уж не могут справиться Штаты с их ресурсами... Сам понимаешь. И тем не менее. Кто-то из руководства нашего министерства, видимо, захотел получить возможность сказать Президенту при случае – и мы пахали. И таким образом заслужить благосклонную оценку трудов своих праведных. И орденок, конечно. И переход на ступеньку выше. Это все в том случае, конечно, если ваша экспедиция будет относительно удачной.

– А если не будет? – прямо спросил Волков. – Что тогда?