Когда он дошел до «Фанданго», то был уже совершенно обессилен. Одежда его превратилась в лохмотья, руки были в крови. Его появление в подпольном баре было встречено кратковременным изумленным молчанием. Он держал в руках карабин индейского фермера; за поясом у него торчал «Кольт» сорок пятого калибра, на лице были написаны усталость и гнев.
Картежники разом перестали играть и рассовали деньги по карманам. В эту минуту в баре слышалось только сопение повара-индейца.
Качая головой, к нему приблизилась Белла Плотт.
– А вы умеете делать сюрпризы, малыш…
– Мне нужен Отто Майер.
Не поворачивая головы, она крикнула:
– Отто, к тебе пришли!
Нефтяник выглянул из-за занавески в углу бара; его обнимала за плечи какая-то девица. Увидев Конкэннона, он сильно побледнел.
– Неужели никто не слышал выстрелов? – сказал Конкэннон, глядя на Майера. – А их было довольно много, и, причем, недалеко отсюда. Но никто, значит, ничего не слышал? И не видел двух незнакомцев, которые приехали сюда днем, чуть пораньше меня?
Отто Майер подошел к Конкэннону так, словно его тянули на веревке:
– Не поднимайте здесь шума, Конкэннон. Вы ведь знаете, что это за заведение…
– Знаю. Если никто так ничего и не вспомнит – завтра здесь будет толпа полицейских.
Игроки попрятали карты и направились к задней двери.
– Ладно, – вздохнул Конкэннон. – Пойдемте в мастерскую. Где ближайший полицейский участок? В Ред-Форк?
Отто Майер нехотя кивнул.
– Кажется, да.
– Отправьте туда кого-нибудь. Пусть они приедут. Белла Плотт в ужасе посмотрела на него.
– Да вы что! Бар, где торгуют виски, на индейской территории! Да они разнесут его в щепки!
– У вас есть целая ночь, чтобы избавиться от вашего виски. Завтра утром я должен поговорить со старшиной.
Конкэннон и нефтяник вышли из «Фанданго» и направились в мастерскую.
– Вы рискуете, – в беспокойстве сказал Майер. – До сих пор в этом баре ни разу не было облав.
– К черту бар! Меня интересует Эйб Миллер! Конкэннон уселся на бочонок рядом с печью и положил карабин на колени.
Майер зажег керосиновую лампу и проворчал:
– Лучше бы я вообще никогда не слыхал об этом Эйбе Миллере! Взрывник он, вот и все, что я знаю. И даже очень хороший. Но в последнее время он начал трусить. А когда это начинается у тех, кто работает с нитрашкой – им недолго остается жить…
«Он начал бояться своей работы», – сказала тогда Мэгги Слаттер… Эйба Миллера мучили кошмары; он хотел подзаработать денег и заняться чем-нибудь другим…
– Как давно вы знаете Миллера?
– Три или четыре года.
– Вы хорошо знали Тюрка и Кроя? Майер, казалось, не понял вопроса.
– Двух убийц, которые вам заплатили за меня? – добавил Конкэннон.
– Я никогда раньше их не видел, клянусь вам. – Он нервно почесал подбородок. – Послушайте, не рассказывайте об этом старшине, ладно?
– Обязательно расскажу, прямо с утра. Теперь скажите, как вы узнали, что там будут индейские полицейские?
Майер умоляюще посмотрел на него, затем обреченно пожал плечами:
– Пока эти двое держали вас в мастерской, прошли слухи, что в городе появились двое конных полицейских. Фермер по фамилии Мак-Фарланд обратился в участок с жалобой. Но вы же понимаете, что мы не можем пустить полицейских, пусть даже краснокожих, в такой городишко, как у нас. Так что я нашел этого фермера и заключил с ним сделку: если он не пустит конных охранников в Дип-Форк, я укажу, где лучше устроить засаду.
– Похоже, вы большой специалист по заключению сделок. Где сейчас эти полицейские?
– Ушли. Индейцы не любят вмешиваться в дела белых.
– Поэтому я и хочу повидаться завтра со старшиной. А теперь, – сказал Конкэннон, ощущая боль во всех мышцах, – я собираюсь поспать.
Он вскоре погрузился в неспокойный сон, лежа в мастерской Майера под палаточным брезентом. Во сне он видел Рэя и Атену Аллард; они смеялись, и он с удивлением отметил, что никогда не видел, чтобы Атена смеялась.
Проснулся он на рассвете. Отто Майер отодвинул засов на двери мастерской и подошел к нему в сопровождении высокорослого полицейского.
– Знакомьтесь: помощник старшины Гарри Вингэйт, – сказал он. – Из участка в Ред-Форк. – И удалился, оставив их наедине. Конкэннон рассказал полицейскому о схватке с преступниками и сообщил все, что ему было о них известно. Поскольку говорили они о вещах, привычных для обоих, беседа шла легко и спокойно. В конце разговора Конкэннон составил краткий отчет и подписал его.
– Вы, наверное, хотите осмотреть трупы?
Вингэйт кивнул:
– После этого вы можете быть свободны. Если будет нужно, мы свяжемся с вами через управление железной дороги.
– У меня к вам просьба, – сказал Конкэннон. – Не трогайте этих индейских полисменов и фермера. Они спасли мне жизнь. Правда, вчера вечером это не входило в их задачу, но все же спасли.
Полицейский улыбнулся и пожал плечами.
– Индейцы не слишком перегружают нас работой. Зато я тут присматривался к бару под названием «Фанданго». Что это за заведение?
– Притон, типичный для таких мест. Хозяйку зовут Белла Плотт. Вероятно, она уже успела спрятать все виски.
Вингэйт холодно улыбнулся.
– Что ж, идемте взглянем на двух ваших друзей.
При дневном свете Тюрк и Крой казались еще мертвее, чем при луне. Полицейский приподнял шляпу Кроя и хмыкнул от отвращения. Затем с профессиональной добросовестностью обыскал трупы и записал все найденные вещи: карманные ножи, табак, дешевые никелированные часы и меньше десяти долларов на двоих.
– Вы уверены, что эти люди участвовали в ограблении поезда?
Конкэннон вздохнул:
– Предполагаю. Но, возможно, я и ошибаюсь.
– Ясно.
Они постояли с минуту, вдыхая холодный осенний воздух и стараясь не смотреть на трупы. У Вингэйта было еще много работы; ему предстояло составить отчеты, начать расследование и организовать похороны. Смерть всегда доставляла полиции много хлопот.
– Вам нравится работа на железной дороге? – спросил наконец помощник старшины.
– В общем, да. Правда, мой шеф не очень-то уживчивый человек. Но вам, думаю, это знакомо.
Оба улыбнулись.
– Признаться, и мне иногда хочется уйти.
– Если я смогу быть вам полезен, дайте знать.
Они беседовали, словно двое друзей, встретившиеся на улице или в баре.
– Как вы доберетесь до Оклахома-Сити? – спросил Вингэйт.
– Найму лошадь. Если здесь, конечно, доверяют железнодорожной компании.
– Ей везде доверяют.
– Я хочу попросить вас кое о чем еще, – сказал Конкэннон, когда они вышли на дорогу. – Мне интересно, удивится ли кто-нибудь, когда я появлюсь в Оклахома-Сити живым.
