Я прикрыл глаза. Усилие - снова вошел в компьютер, установленная мной стена разваливалась, серая с блестками ровная масса восстанавливалась. Значит, повреждения исправлены, мы опять под колпаком...
Еще двое суток мы провели, просматривая СТ-программы, большинство из которых почему-то было заблокировано, записи без какой-либо системы подобранных передач и фильмов. Старые боевики, пара "слезогонок", четырехсотсерийная тянучка из жизни английского света девятнадцатого века, тупая до невероятия даже по меркам тянучек. Несколько записей СТ-садомахов. Пара концертов инфрамузыки, включающей компоненты инфразвука. Неужели м-мутанты наслаждаются всем этим? Вряд ли. Просто кинули нам, чтобы не скучали. Два раза подручный Изабеллы водил нас на обследование диагноста. И, кажется, остался не слишком довольным результатами.
И вот после завтрака к нам заявилась Изабелла, которую мы не видели два дня. Она держалась еще суше и официальнее, чем обычно, хотя, как мне казалось, она уже давно в этом достигла предела.
- Как вы себя чувствуете? - осведомилась она.
- Просто прекрасно. Ваше гостеприимство идет нам на пользу, - сказал я.
Сарказм, который я вложил в эти слова, был проигнорирован.
- Самочувствие ваше, - обернулась к Шестерневу, - нестандартно. Показатели в норме, но изменчивы. Пока состояние не внушает опасений, но... Мы не можем поставить диагноз.
И не сможете, подумал я. Фактически организм Шестернева сейчас полностью перестраивается, вот только большинство изменений стандартному диагносту "Гиппократ" не выявить, иначе, думаю, с Изабеллы моментом слетела бы ее маска равнодушия.
- Мы польщены заботой о нашем здоровье, - сказал Шестернев, - но на Марс мы прилетели не лечиться.
- А зачем?
- Мы уже отвечали на этот вопрос - социологическая программа Совета Земли по внешним поселениям, - раздраженно произнес я. - Нет никакого смысла нас задерживать.
- Так ли? - губы Изабеллы дрогнули в легкой усмешке.
Оказывается, у нее есть эмоции.
- Именно так.
- Мы это вскоре выясним.
Готовит она нам какую-то свинью. Я чувствовал.
- Через час вас удостоит встречи Сергей Андерсон.
- Мы чрезвычайно польщены, - кивнул Шестернев. - А кто он такой хоть?
- Колдун. Через час. Купол. Она обернулась и плавной эротичной походкой удалилась.
Двери сомкнулись.
- Колдун... Только этого не хватало, - сказал я.
***
Я расположился в кресле около аквариума с барракудой. Клуб - единственное место, где есть мягкие кресла, в которых можно блаженно развалиться и расслабиться. Остальная мебель в ските специально создана для того, чтобы доставить людям (тьфу - м-мутантам) наибольшие неудобства.
- Интересно, что это за колдун? - не мог успокоиться Шестернев.
- Увидим. Наверное, с посохом и филином на плече. Как положено.
- Мы попали в каменный век. М-мутанты - чистые троглодиты. Живут в пещерах. С внешним миром не общаются. Спасенных ими не отпускают. Кстати, это первобытный обычай - спасенный в джунглях племенем становится его членом.
- Или съедается при наличии возражений.
- Или съедается. Или вот ей скармливается, - Шестернев постучал по бронированному стеклу аквариума перед носом лениво шевелящей плавниками барракуды. Та никак не отреагировала, глядя куда-то выпученными тупыми глазами. - Колдуны. Шаманы. Бубен. Точно каменный век! М-мутанты решили сбросить шелуху цивилизации.
- Сейчас увидим.
У меня на сей счет было иное мнение...
Он появился через пятнадцать минут после назначенного срока. На вид колдуну было лет двадцать. Худой нервный молодой человек. Аура блестящая, переливающаяся как фейерверк. В нем ощущалась та самая СИЛА. Но не такая, как у супера - иная. Возможно, не меньшая, но совершенно иная, чем-то схожая с биением недр Марса. Как бы то ни было - Сергей Андерсон колдуном был настоящим, без дураков.
Он поздоровался и сел в кресло напротив, бесцеремонно рассматривая нас... Точно, это ощущение его присутствия посещало меня два раза. Он наверняка приценился за время нашего пребывания в ските к нам и теперь принял какое-то решение.
- Вы иные, - сразу взял он быка за рога. - Вы не похожи на "кротов" и "земельников".
Насколько я узнал, мутанты называют "кротами" обычных поселенцев, зарывающихся в пещерах, прячущихся в куполах от Марса. "Земельники" соответственно, земляне. Что тут скажешь? Промолчим из вежливости,
- Асгард? - осведомился Андерсон. Я пожал плечами.
- Асгард! - Это было уже утверждение, с которым смешно спорить.
- Это основание держать нас здесь? - спросил я.
- Опасность. Вы несете ее с собой. Она - в биении вашей "джи", - он посмотрел на меня.
"Джи" в понятии м-мутантов, а также многих других, изначальная вселенская энергия, основа всех видов полей и вещества, а также первичного духа, жизни.
- Тебе есть, что сказать? - спросил я. - Так говори, Мое слово будет потом.
- Вы знаете, кто мы? - неожиданно спросил Андерсон.
- М-мутанты.
- Название, данное нам "кротами". Уничижительное название. Мы - марселены.
Слышал. Марсианские поселенцы - сокращенно марселены. М-мутанты предпочитают, чтобы их называли так.
- Марс - наша Родина. Здесь уже растут поколения, ни разу не бывавшие на Земле и не стремящиеся туда. Мы строим свое общество. Нас сегодня пятнадцать тысяч. Мы стараемся строить справедливое общество, лишенное излишней агрессии, насилия. Это не получается, потому что мы всего лишь люди, хоть и имеющие, в отличие от большинства "кротов" и "земельников", свою цель. Мы строим рациональное общество, не обремененное излишками - как материальными, так и духовными. Мы учимся слушать голос "джи" Марса и Вселенной.
Секретные доклады социологической комиссии ОССН, которые мне как-то довелось читать, говорили о растущем изоляционизме м-мутантов, о противопоставлении себя остальному человечеству. Пока лишь как теоретический вариант рассматривалась возможность, что однажды м-мутанты не захотят делить с нами Марс. Теперь мне подумалось, что это случится скорее, чем мы думаем.
- Нам не нравится, когда нечто неизвестное вторгается в нашу жизнь. Мы находим общий язык с администрацией, шахтерами, преступниками. С ними бывают конфликты, порой кровавые. Нам не привыкать к ненависти и недоверию со стороны "кротов". Но... Но тогда к нам вторглось нечто гораздо более худшее. Вторгся разрушитель полотна бытия. И он был похож на вас.
- Что ты имеешь в виду? - напрягся Шестернев.
- Он пришел к нам по пустыне, Его привели марселены со скита "Сиреневый". Он шел через пустыню с откинутым шлемом скафа. Его приняли за марселена. Он не отвечал на вопросы. Он молчал. В "Сиреневом" пробыл семь часов. Когда ушел, туда пришел кошмар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
