записывала заказы в книгу, а потом успевала поболтать с каждым посетителем. Трактирщик не переставал меня нахваливать, и я всерьёз подозревала, что после закрытия он предложит мне остаться работать у него навсегда. И я бы точно осталась, родись я в семье попроще и не будь обещана их же герцогу.
Каких только сплетен о замке я не наслушалась за этот вечер. Некоторые были совсем уж странными, но честно признать, разобраться в происходящем они мне не помогали. В целом все они сводились к тому, что в Лунном замке обитает зло. Предположительно в прекрасном лице его хозяина.
Проще говоря, ничего нового я не узнала. Даже у нас в Лауше без устали рассказывали про ночных тварей, которыми управлял герцог, хотя я была почти уверена, что стала единственной, кто повстречался с ними и выжил. Очень уж непохожи они были на что-то, чем можно запросто управлять.
Что же до герцога… Если бы слушали все, что говорили в графстве про моего отца, он бы тоже давно прослыл дичайшим монстром. Люди имели свойство обижаться. А потом приукрашивать, выставляя себя лучше, а господина хуже. И девицами-то невинными он питается, и кровь честного народа пьёт, и жить никому не даёт… особенно своими налогами. Вот только без тех налогов не было бы у них ни охраны от разбойников, ни запасов еды в голодные годы, которую отец от сытых соседей привозил.
К вечеру в трактире ярко горел свет, хозяин не жалел ни свечей, ни масла для ламп. А музыкой нас обеспечивали сами посетители. И хотя от стояния у меня давно устали ноги, я сама не заметила, как принялась пританцовывать на месте. Обещанный трактирщиком ужин давно грел меня изнутри.
Свободных мест не осталось, да и дверь давно не открывалась. Все, кто хотел провести здесь вечер, уже собрались. Я беззаботно скользнула взглядом от двери до грязного окна, за которым ничего и видно-то не было.
И похолодела.
Я совсем забыла о времени и о том, что мне нужно было возвращаться в Лунный замок. И ведь без булавки меня бы не нашли, даже если бы стали искать.
Я сорвалась с места и побежала к двери. Остановилась, спохватившись, вернулась к трактирщику и обняла его на прощание, чмокнув в шершавую щеку. Он расплылся в улыбке. Хотел что-то сказать, видно, и в самом деле работу предложить, но я уже убегала прочь.
Пальцы тряслись и не слушались, когда я на ходу, прямо посреди улицы, пыталась приколоть булавку к воротнику. Не заботилась даже, что кто-то увидит, да и улица почти пустовала. Я с трудом застегнула булавку, когда оказалась у самых ворот.
Всё было напрасно. Ни одной приезжей повозки здесь больше не стояло. Служанки вернулись в замок без меня.
«Какой ты сделала вывод, Кристин?» — как-то уж очень ехидно поинтересовался воображаемый отцовский голос.
Отчего-то я была уверена, что они так и поступят. Даже искать не станут. Нора первая же и подговорит. Слишком уж я им не нравилась. Впрочем, точно так же я не сомневалась в том, что завтра за мной вернутся. Эйдан позаботится об этом. Не выпустит меня просто так, да ещё и с кучей господских денег.
— Ладненько, — пропела я сама себе и осмотрелась.
Ночь пройдёт быстро, мне только требовалось где-нибудь её провести, и я знала очень подходящее место.
Я вернулась в трактир и сняла себе комнату на ночь. Прекрасно помнила, что как минимум одна оставалась свободной. Трактирщик странно на меня посмотрел, наверное, смутило то же самое платье. Но лицо было другое, а потому он ничего не сказал, а я старалась вести себя сдержанно и любезно, да не повторять тех словечек и шуток, которыми сыпала здесь весь вечер.
Он проводил меня на второй этаж и указал на самую дальнюю дверь. Недовольно помотал головой.
— Что-то не так? — удивилась я. Видела же, как легко он находил язык со всеми посетителями. А вот я ему внезапно не понравилась?
— Я вам, госпожа, пожалуй, доску ещё принесу, — решил он. Странный вывод совсем не отвечал на мой вопрос, и я растерялась.
— Зачем?
— Дверь подопрёте, — пояснил трактирщик. — Праздник завтра, сидеть-то долго будут, — мотнул он головой, имея в виду посетителей, что собрались внизу. — Выпьют много.
Я нервно сглотнула. Теперь и до меня начало доходить, что он пытался сказать.
— Несите, — быстренько согласилась я.
— А вы бы, госпожа, до утра из комнаты не выходили, — попросил он. — Ждёте кого?
— Нет.
— Вот и хорошо. На стук тоже не открывайте. А то оно всяко бывает. Иногда и свои комнаты долго найти не могут. Я, конечно, постараюсь последить.
— Хорошо, — поёжилась я.
Глава 25
Ночь обещала быть очень длинной. А я пыталась договориться с судьбой, обещая ей больше никогда не влезать ни в какие глупости. Если выживу. Даже замуж соглашалась безропотной пойти… Может быть!
Раздеваться не стала, наоборот, мне хотелось надеть на себя побольше вещей, а лучше таких, которые вообще нельзя снять. Ложиться тоже было страшно, поэтому я наворачивала круги по крошечной комнате. Не слишком эффективно: места хватало на пять жалких шагов, но успокаивали и они. Если я чему-то и научилась в этой поездке, так это тому, что любую опасность надо было встречать лицом. А только потом разворачиваться и драпать в самом удобном направлении. Только так будешь точно знать, от чего бежишь и какие уловки удачнее применишь.
На всякий случай я проверила окно, но из него мне точно было не выбраться — высоковато. Моя комната располагалась в конце этажа, а единственная лестница вела прямо в общий зал внизу. Проще говоря, я оказалась отрезана от любого выхода. Конечно, если кто-то захочет ворваться сюда, я могла бы притвориться бесчувственной или даже мёртвой, если хорошенько освежить руки и лицо в ведре с водой, но я сильно сомневалась, что опьяневших мужиков это остановит. Сочтут, что так даже удобнее.
Я вздрогнула всем телом и продолжила ходить кругами.
Даже здесь было слышно, как менялись настроения внизу с наступлением ночи. Я не различала слов, но догадывалась, что и шутки стали злее. Крики — громче. Недовольство — очевиднее. Все семейные, должно быть, разошлись по домам. Остались те, кому некуда было идти и нечего терять. Я слышала, как завязалась первая драка. Слышала грохот перевёрнутой мебели и громкий злой голос трактирщика. Потом настала тишина, но вскоре всё повторилось вновь.
Кто-то то и дело поднимался на второй этаж. Изредка хлопала одна из дверей.
