1938
* * *
Звезды, звезды, как мне быть,Звезды, что мне делать,Чтобы так ее любить,Как она велела?
Вот прошло уже три дня,Как она сказала:Полюбите так меня,Чтоб вам трудно стало.
Чтобы не было для васВсе на свете просто,Чтоб хотелось вам подчасПрыгнуть в воду с моста.
Чтоб ни дыма, ни огняВам не страшно было.Полюбите так меня,Чтоб я вас любила.
1938
Дети
Стол красуется накрытый.День не просто выходной:В доме летчик знаменитый,Гость желанный — сын родной.
Загорелый, синеглазый.Вырос, — шутят старики,Как вошел в избу, так сразу Стали ниже потолки...
А у дома, у машиныСходка целая ребят.Все, как взрослые мужчины,Руки за спину, стоят.
И, наверно, мыслит каждый:Погодите, дайте срок,Точно так и я однаждыВ гости гряну на порог.
1938
На старом дворище
Во ржи чудно и необычноС полу-обрушенной трубой,Как будто памятник кирпичный,Стоит она сама собой.
Вокруг солома в беспорядке,Костра сухая с потолка,Плетень, поваленный на грядки,И рытый след грузовика.
Пустынно. Рожь бушует глухо,Шумит — и никого кругом.И только с граблями старухаНа бывшем дворище своем.
Бегут дымки ленивой пыли.С утра старуха на ногах,Все ищет,~ может, что забылиНа старом месте второпях.
И хоть вокруг ни сошки нету,От печки той одной — нет-нет,Повеет деревом согретым,Прокопченным за много лет.
Повеет вдруг жильем обжитым:Сенями — сени, клетью — клеть.И что-то вправду здесь забыто,И жаль, хоть нечего жалеть.
А солнце близится к обеду,Глядит старуха, ждет людейВ последний раз сюда приедут,Живи, живи да молодей!
Там, где отныне двор, где люди,Где всем углам иная стать,В других окошках солнце будетВсходить, в других в полдни стоять.
Там, где и улица и речка,Где ближе к дому белый свет,Дымить уже не будет печка,Как эта здесь от ветхих лет.
Во ржи — чудно и необычно,Кидая на подворье тень,Как будто памятник кирпичный,Стоит она. Последний день.
Кирка и лом покончат с нею,И плуг проедет прицепной.И только гуще и темнееЗдесь всходы выбегут весной.
1939
На хуторе загорье
На хуторе ЗагорьеРосли мы у отца,Зеленое подворьеУ самого крыльца.
По грядкам — мак махровый,Подсолнух, лук, мокровь.На полдень сад плодовый:Пять яблонь — пять сортов.
На хуторе ЗагорьеВ былые временаЛеса, поля и взгорьяИмели имена.
На Белой горке солнцеВставало поутру,На Желтой горке — елкиТемнели ввечеру.
А поле, что за банейЛегло правей гумна,Мы Полем под дубамиНазвали издавна.
Свой клин, своя державаЛежала у крыльца,Налево и направоДо первого копца [20].
На том большом просторе,Все как один с лица,На хуторе ЗагорьеРосли мы у отца.
На хуторе коровуПасли мы впятером,Сад стерегли плодовый,Смотрели за двором.
В овине хлеб сушили,Брели за бороной.Ходили, как большие,С руками за спиной.
Мы были хуторяне.Отец нам не мешал,Мы хутор свой заранеДелили по душам.
В избе и в поле частоВели мы жаркий спор,Кому какой участок,Кому где ставить двор.
Согласно поговорке,Старались так решить,Чтоб не тебе задворки,А мне одни оборки,А чтоб на Белой горке
И чтоб на Желтой горкеВсем братьям ровно жить.Дворов, дворов — деревня,Все батькины сыны.
На пятерых деревьяВ саду разделены.На пятерых коровка,И лошадь, и хомут.
На пятерых веревкаИ наш ременный кнут.
На пятерых, по силе,Лопата, плуг, коса.На пятерых — четыреТележных колеса...
О детство! Смех и горе!Десятою травой На хуторе ЗагорьеПорос участок мой.
Ни знака, ни приметыБывалой не найдешь,Ни Белой горки нету,Ни Желтой горки. — Рожь,Высоко, гордо вскинувСвой колос молодой,Границы хуторскиеУкрыла под собой.
На хутор свой Загорье,Второй у батьки сын,На старое подворьеПриехал я один.
А где ж вы, братья, братцы.Моя родная кровь?Вам съехаться б, собратьсяНа старом месте вновь.
Как в песне либо в сказке,Слететься б вам, друзья,Слететься б вам, подпаскиЗагорьевской закваски,
Да нет! Как раз нельзя.Как в песне, либо в сказкеЗабот моей родне:Великие участкиУ всех в родной стране.
Налево и направоЛежит во все концыСвой край, своя держава,Служите, молодцы!
По долгу и по праву,Когда настанет час,На смерть, на бой, на славуЗа Родину-державуИдите, не страшась!
На хутор свой Загорье,Второй у батьки сын,На старое подворьеПришел, стою один.
Стою во ржи молочной,И так далек, далекГлухой, чудной, нарочныйНаш хутор-хуторок.
Сошло, прошло, забыто,Давно, как пыль дождем,К земле сырой прибито,Пластом земли покрыто,И дымным цветом житоЦветет на месте том.
1939
Друзьям
Друзья, с кем я коров стерег,Костры палил, картошку пек,С кем я сорочьи гнезда рыл,Тайком ольховый лист курил,
Друзья, когда кому-нибудьЕще случится заглянутьВ Загорье наше, — это яВсе наши обошел края.
По старым стежкам я бродил,За всех вас гостем я здесь был.Пойду в поля — хлеба стеной,Во ржи не виден верховой.
Гречихи, льны, овсы — по грудь,Трава — косы не протянуть.Земля в цвету — и все по ней:В домах — светлей, народ — добрей.
А нынче, в самый сенокос,На гармониста всюду спрос.Как вечер — танцы при луне,Как вечер, братцы, грустно мне.
В своих местах, в родных кустахБез вас, друзей, гулять в гостях.Я даже думал в эти дни: А вдруг как съедутся они.
Со всех концов, краев, столиц,С военных кораблей, с границ.И сядем мы за стол в кружокИ за вином пошлем в ларек.
И выпьем мы, как долг велит,Без лишних споров и обид,Друг перед дружкою гордясь,На ордена свои косясь.
Но вы, друзья, кто там, кто там,У дела, по своим постам.Вы в одиночку, как и я,В родные ездите края.
Наш год, наш возраст самый тот,Что службу главную несет.И быть на месте в должный часПокамест некому за нас...
Друзья, в отцовской стороне,Не знаю что: не спится мне.Так зори летние близки,Так вкрадчиво поют сверчки,
Так пахнут липы от росы.И в сене тикают часы,А щели залиты луной,А за бревенчатой стеной,
Во сне, как много лет назад,Считает листья старый сад.Глухой, на ощупь, робкий счетВсе тот, а все-таки не тот...
И всяк из вас, кто вслед за мнойСвой угол посетит родной,Такую ж, может быть, точь-в-точьЗдесь проведет однажды ночь.
Наверно, так же будет онВзволнован за день, возбужден,Лежать, курить, как я сейчас.О детстве думая, о нас.
О давних днях, о старине,О наших детях, о войне,О множестве людских путей,О славе Родины своей.
1939
