— Да ты надоел морально терзаться! — он резко махнул рукой в знак свой правоты. — То хочу увидеть, то не хочу. Боишься резко нахлынувших чувств и того, что она не испытает подобного? Так вот, ты прав — она тебя и не вспомнит. Но это же не мешает тебе сделать ее жизнь чуточку лучше? Ладно, намного лучше. Короче, ты понял идею.
— Спасибо… — меня до глубины души… душ растрогал его поступок. — Но я все равно не понимаю — почему?
— Для чего еще нужны друзья? — ухмыльнулся Третий. — Тем более, мне просто нравится, когда ты пребываешь в хорошем расположении духа. Так же считай это попыткой минимизировать риски. Если вдруг случится страшное и ты узнаешь, что условный Пятый опять провернул что-то типа Исхода и Элика вновь попала под раздачу… Одним словом, боюсь представить, что ты сделаешь.
— Спасибо еще раз, для меня это важно, — друг не переставал удивлять. Но теперь я чувствовал вину за то, что сам не позаботился о дочери первым делом. Может внутренние блоки Стража тому виной? Забавно — даже сейчас снова ищу оправдание своей трусости, видя перед собой живой пример, что подобных блоков нет. Тяжесть прожитых лет и слова Хранителей меня убедили в бессмысленности попыток вклиниться в жизнь Элики. Но почему я думал исключительно о себе, а не о ней?
— Да брось ты! — он шутливо отмахнулся.
— Может все же стоит с ней поговорить? Рассказать правду о Мирах? Провести вместе хотя бы одну жизнь?
— За одной жизнью последует другая, потом следующая и так по бесконечному кругу. На меня посмотри — Тротти застряла в цикле из-за эго одного человека. Она вынуждена раз за разом проходить одно и тоже. Ее душа словно затухает. Она хочет нового, а взамен ей достается забытое старое. Без возможности даже иметь своих детей.
— Прости, но это разные вещи. Супруга это одно, а дочь — несколько другое…
— Бесспорно другое. Только как ты себе это представляешь? Либо полностью участвуешь в ее жизни, либо никак. Просто подумай, что ты станешь дедушкой Двенадцатым для ее детей? Потом прадедом для внуков? Где та тонкая грань, когда поймешь что все, хватит дарить свою любовь всем подряд и просто уйдешь в след за Эликой дальше? А там все по новой. Потом тебя потянет обратно в предыдущий Мир и будешь нырять туда-сюда как ужаленный. И где гарантии того, что дочь не станет требовать в новом Мире найти ее прошлого супруга или детей? При этом ты будешь хотеть каждого из них оберегать. Когда все разрастется до космических масштабов — ты просто сойдешь с ума.
Но, допустим ты решил рассказать только ей и дал наказ держать рот на замке — тогда что? Кем ты будешь? Странным мужиком волшебником, просящим называть себя «папой»? Хотя папа у нее есть, но вдруг появился еще один?
Ты просто думаешь исключительно о себе. Никто не запрещает тебе проявлять заботу о ней, но мой тебе совет — отпусти. Будь просто незримым покровителем, пока можешь.
И я еще не беру в расчет наше нынешнее положение. Вся конспирация полетит коту под хвост. Объяснишь Стражу, почему новый Двенадцатый приходит к дочери предыдущего?
Мне не хотелось принимать его правоту. Но со здравым смыслом не поспоришь.
— Ты прав — сказал я, смотря на горизонт. Мне казалось, что закат сможет забрать с собой всю навалившуюся боль. Но стоит только планете сделать очередной оборот вокруг своей оси, как солнце взойдет вновь, вернув всю тоску. Цикл бесконечен.
— Естественно, — после этих слов подул теплый ветер и растрепал его густую бороду и волосы на голове. Он достал из нагрудного кармана расческу и начал бережно приводить себя в порядок.
— Получается, что я тебе соврал? — спросил я.
— В чем? — произнес Хранитель, смотря уже в небольшое зеркальце. Никогда не понимал эту излишнюю страсть к опрятности. Можно же просто заставить тело «выплюнуть» лишние волосы и они перестанут расти. Если сам не захочешь, конечно, вернуть все как было.
— Сказал, что мне нечего терять. Оказывается есть.
— Тогда все? Сворачиваемся?
— Нет, — твердо ответил я. — Если уж ступил на дорогу, то надо идти до конца.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты — странный.
— Как и ты. Объясни — зачем тебе все это? Ты ведь можешь просто дальше исполнять свою роль Хранителя?
— И искать способ все закончить, — покачал головой друг. — Только вот он уже найден. Узнать истину всегда приятно. Уйду днем раньше или днем позже — какая разница?
— Но как же Тротти?
— Ей будет лучше без меня. И я не буду к ней лезть раз за разом. Когда придет время — зайдем только к супруге, мне нужно будет попрощаться.
— Несомненно. Надо будет еще кого-нибудь попросить приглядывать за нашими… любимыми. Если нас не станет. Думаю, Девятая справится с этой задачей.
— Не нравится она мне, — сказал друг. — Но в мудрости ей не откажешь. Оставим какую-нибудь записку с просьбой и объяснением, как найти Элику и Тротти.
Мы замолчали. Дальнейшие перспективы смутны и непонятны. Как говорил Страж, я из раза в раз пытаюсь раскопать истину. Что-то внутри заставляет меня двигаться вперед, не смотря на все трудности. Словно идея фикс, овладевшая сознанием и которую не получается выкинуть из головы. Одна часть меня протестует и утверждает, что не стоит лезть в то, что и так работает. Но другая требует узнать свое истинное предназначение. Без призмы фильтров. К чему это приведет и что ожидает в конце пути?
Мне повезло иметь такого друга, как Третий. Как знать, может прошлые наши итерации тоже шли рука об руку.
В небе над нами появился делан. Он спикировал вниз и, едва коснувшись лапами земли, на глазах трансформировался в человека. Послышался неприятный хруст из колен и локтей, словно их выворачивали в другую сторону. Отпали крылья, клюв вошел внутрь лица и превратился в зубы. Перья посыпались в разные стороны. Пошло нарастание костей и переформирование скелета (деланы меньше в два раза, чем обычный человек). Внутренние органы с противным бульканием претерпевали метаморфозы, растягивалась плоть.
Шестой упал на колени, его вырвало. Он весь дрожал и мотал головой. Наконец, минуту спустя, он поднялся на ноги. Мы встали за ним и попытались сперва подойти, чтобы поддержать. Но он жестом остановил нас.
— Почему именно мне достался этот чертов Мир?! — вскрикнул он полным возмущения голосом, активно жестикулируя руками в разные стороны. — То гребанный нерж, то делан. Еще и вы приперлись! Что, не захотели становиться подобием русалок, пока я был внизу? Больно трансформироваться, да? Сволочи!
Он тяжело дышал, по телу ручьями стекал пот.
— Еще если и умрешь, то не знаешь, кем пробудишься! Шансы пятьдесят на пятьдесят, все равно приходиться постоянно менять обличье! Здесь нет пистолетов! Единственный способ быстро умереть — это прыгнуть вниз! С летающего острова, высотой в десять километров! Знаете, как больно погибать таким образом?! А теперь представьте, что ты после этого пробудился деланом, а тебе нужно было стать нержем!!! И ты стоишь такой и думаешь — еще разок прыгнуть либо все же трансформироваться?! В первом случае больнее, но быстрее!! Во втором — чуть менее больно, но куда как дольше!! Раз вы наверху, то вы же не можете быть такими идиотами, что оставаться в обличье людей?! Ведь так?! Может кто-нибудь заметит, а?! Зрение у деланов ого-го!! Даже не чувствуя их ауру, вы не можете точно знать, что на вас не смотрят!! Но нет, вам же плевать!! Зачем прятаться?! Подумаешь!!
— Скажем ему, что нам надо вниз? — шепотом спросил я у Третьего.
— Не сейчас, пускай проорется для начала, — так же тихо ответил друг.
Шоу с непрекращающимися криками и возмущениями продолжалось еще примерно десять минут. Я узнал много нового о всей своей родословной. Шестой прошелся буквально по каждой жизни. В родственниках постоянно фигурировали парнокопытные всех видов и размеров. Досталось и Третьему, только в ход пошли уже как более нелицеприятные эпитеты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда запал истощился, Шестой немного успокоился. Он чуть нагнулся, упершись руками в колени и сказал:
— Ну, и чего вам?
