Мы уже прошли полдороги над полем гелиодрома, когда, к своему изумлению, я увидел Кейт де Ври, идущую по мостику нам навстречу. Она была в английском костюме пурпурного цвета с отороченными мехом воротником и обшлагами и широкополой шляпе с фиолетовыми перьями. Рядом с ней вышагивал мистер Слейтер. Мы сошлись лицом к лицу и остановились на высоте четырнадцатого этажа над землей, точнёхонько в центре гелиодрома.
— Мисс де Ври, — сказал я.
— Мистер Круз, — ответила она.
Потом ужасный миг тишины, когда все смотрели друг на друга. Никто никого не представил.
— Не могла бы я обменяться с вами парой слов наедине? — обратилась ко мне Кейт.
— Отчего же нет.
— Прошу нас извинить, это всего лишь на минуту. — Она вежливо улыбнулась Надире и мистеру Слейтеру, и мы вдвоем отошли в сторонку.
— И что это у тебя за очаровательная цыганская подружка? — осведомилась Кейт.
— Это Надира.
— Отличное имя.
— Правда?
— И давно ты её знаешь? — поинтересовалась Кейт.
— Практически всю жизнь. Удивительно, что я никогда тебе о ней не говорил.
— Послушай, — Кейт положила ладонь на мою руку, — я пыталась найти тебя в Академии. Где ты был?
Я высвободил руку:
— Строил всякие планы.
— Дейрдре сказала, что ты заходил сегодня ночью.
— Да. Я подглядывал за тобой и этим джентльменом, твоим приятелем. Мистером Слейтером, кажется.
Она улыбнулась:
— Я могу объяснить.
— Ты не должна ничего объяснять. Я слеп, как мисс Симпкинс. — Я бы скорее согласился ослепнуть, чем увидеть, как Слейтер склоняется над ней. — Можешь делать всё, что тебе угодно.
— Ты думаешь, что я увлеклась им?
— Я видел, как ты целовала его.
— Это он пытался поцеловать меня!
— И ты ему позволила?
— К счастью, в комнату вошла Марджори.
Это был не ответ, на мой взгляд.
— В любом случае, это не моё дело, — холодно бросил я.
— Ах, но это твоё дело, и ещё какое! — Глаза её сверкнули. — Это наше дело.
— О чем ты?
— Этот джентльмен, — заявила она, — намерен доставить нас на «Гиперион».
— Я не говорил, что лечу.
— Разумеется, летишь, — сказала она.
— Ну, я, может, и да, но при чем тут ты?
— Ой, прекрати разыгрывать сцену, Мэтт. У мистера Слейтера есть корабль, способный подниматься очень, очень высоко. — Она со значением приподняла бровь.
Секунду я глупо таращился на неё.
— Ты шутишь.
— Он построил его, — продолжала Кейт, — всего шесть месяцев назад.
— Высотник? — изумленно выдохнул я и оглянулся на Слейтера. — Он слишком молод, чтобы иметь собственный корабль. Он что, сынок миллионера?
— Заработал лично всё до последнего пенни, насколько я понимаю, — ответила Кейт. — Пробивается в жизни сам, и у него это неплохо получается.
Судовладелец и капитан в одном лице. Моя ревность вспыхнула с новой силой.
— Где ты его нашла? — пожелал я выяснить.
— Филипп, мой инструктор по орнитоптерам, свел меня с ним. И я встретилась с мистером Слейтером вчера вечером, чтобы посмотреть, подойдет ли он нам в качестве пилота.
— Полагаю, ты нашла его вполне подходящим.
— Он довольно нахальный, — сказала Кейт. — При нормальных обстоятельствах я бы ни за что с ним не связалась. Всё, что меня интересует, — это его корабль. Понял? Больше не смей на меня дуться. Но должна заметить, — её глаза обратились на Надиру, — может, это мне надо сердиться на тебя?
— Я встретил её прошлой ночью. У меня было небольшое приключение с пиратами. — Я очень быстро рассказал ей о стычке в «Ритце» и как Надира помогла мне бежать.
— Так ты собирался договориться с ней вместо меня? — поинтересовалась Кейт с пугающим спокойствием.
— Я думал, тебе так уютно с мистером Слейтером! — запротестовал я.
— Ты же её совершенно не знаешь, Мэтт!
Я поднял ладони, пытаясь утихомирить её.
— Не затыкай мне рот! — заявила она, сверкая глазами. — Ненавижу, когда не дают сказать.
— Тогда говори потише. Послушай, у неё ключ.
Кейт осеклась:
— Какой ключ?
— От грузовых трюмов «Гипериона». Она говорит, что в них полно мин-ловушек.
— Хорошенькое дело, — фыркнула она.
— А Слейтер? Ты ему доверяешь?
— Думаю, да.
— И много ты ему рассказала? — спросил я.
— Только что у меня есть последние координаты «Гипериона».
— Это просто нахальство.
— Но ведь сработало, — заявила Кейт. — Он готов взять нас.
— Я должен убедиться, что могу верить ему, — сказал я. — Его корабль не единственный в городе. Мы тоже добыли информацию о корабле, способном высоко подниматься.
— «Сагарматха»? Причал тридцать два?
— Ох, — я вздохнул. — Корабль Слейтера, верно? Тогда нам лучше представить наших спутников.
Мы пошли обратно к остальным. Слейтер терпеливо скользил глазами по гелиодрому, а Надира сурово уставилась прямо на меня. Всё начинало усложняться. Слейтер обернулся и шагнул ко мне, протягивая руку.
— Хэл Слейтер, — произнес он. Его рукопожатие было чересчур сильным.
— Мэтт Круз.
Я в ответ изо всех сил стиснул его руку. Он сдавил мне ладонь ещё крепче, и мы разняли руки.
Надира смотрела на меня.
— Ты не сказал, что у тебя уже есть партнеры.
— Вчера ночью их не было. Мистер Слейтер — капитан «Сагарматхи». А Кейт де Ври — мой друг и имеет особый интерес к грузам «Гипериона».
— Добрый день. — Кейт подала Надире руку. Цыганка нехотя пожала её. Она выглядела крайне недовольной.
— Нам явно надо кое-что обсудить, — сказал Слейтер. — Может, мы смогли бы заняться этим, уединившись на борту моего корабля?
— Думаю, это неплохая мысль, — ответил я, хотя мне не понравилось, что он взял бразды правления в свои руки.
Он был красавчиком, и, естественно, я готов был его возненавидеть. У него был широкий лоб, высокие скулы, украшенные румянцем здоровья и бодрости, голубые глаза и квадратная челюсть. Волнистые светлые волосы были зачесаны ото лба назад, хотя я с радостью отметил, что на висках они как-то поредели. Нос, на мой взгляд, был немного картошкой — Кейт, надеюсь, могла бы отметить, что ему недостает изящества. И вот ещё: он казался чуть-чуть крупноватым для собственного костюма, словно его тело с трудом мирилось с ним. Сюда просто напрашивались башмаки и кожаная летная куртка. Интересно, заметила ли Кейт две крохотные дырочки над его левой бровью, где когда-то кожа была проткнута кольцом — довольно распространенный среди воздушных моряков — и пиратов — обычай.
Слейтер повел нас по мостику. Я тащился у него в кильватере и думал о том, что одежда у меня грязная и рваная, башмаки изношены. Я, должно быть, выгляжу как настоящий нищий.
