Читаем без скачивания Где исчезают корабли (СИ) - Ангелов Августин

Прибыв на Карантинный остров, Давыдов снова выслушал доклад капитана-лейтенанта береговой обороны Френсиса Дрейка. На этот раз не по радио, а лично. И они вместе с двумя боевыми пловцами, старшинами Иваном Мордасовым и Тарасом Старобородко, вышли от пристани Карантинного на катере к внешней стороне мыса. Там, возле скал, уже пару часов дежурили англичане из береговой обороны. Но, пока из подводного хода никто не появился. И боевым водолазам была дана команда на погружение.

Вскоре аквалангисты выволокли на поверхность тощую девицу в обтрепанном купальнике. И Давыдов с трудом узнал в ней прежнюю Софью, настолько эта девушка подурнела за прошедшие годы. Ее затравленный вид, сломанные ногти, спутанные волосы и лицо, лишенное какой-либо косметики, указывали на то, что за внешностью она совсем не следила. Понятно, что занималась эта Соня элементарным выживанием, прячась в темноте грота. И как же ей было следить за собой в подобных условиях? Повезло ей еще, что жива осталась. Ведь в темном гроте, где она жила, без освещения более или менее комфортно можно было только спать.

Передав пойманную беглянку командиру, Иван Мордасов, сорвав со своей рыжеволосой головы маску, предупредил:

— Будьте осторожны с ней, товарищ полковник. Эта тварь меня укусила за руку. Не хотела вылезать, мы ее еле выволокли. Там, внутри пещеры, мертвец лежит. Парень ее, наверное.

Глава 16

Праздник в Дальнесоветске продолжался. После того, как аэростат скрылся за горизонтом, бригада рабочих, состоящая из чаморрийцев, начала быстро монтировать сцену на площади. А в это время продолжались народные гуляния. Мелкие предприниматели, появившиеся в результате внедрения НЭПа, новой экономической политики, тоже участвовали в празднике, зарабатывая в этот день хорошие барыши. Нэпманами, в основном, становились испанцы, они выкатывали на площадь разноцветные передвижные лавки с различными угощениями. В одной предлагали восточные сладости, сделанные по мавританским рецептам. В другой продавались свежие фрукты. В третьей покупателям прямо на месте чистили кокосовые орехи, вскрывая их и оснащая соломинками, через которые можно было пить кокосовое молоко. В четвертой угощали копчеными колбасками. В пятой жарили шашлыки. Но самой большой популярностью пользовалась лавка с фруктовым мороженым.

Хозяйка этой лавки, бывшая стюардесса с «Богини» Маша Дроздова, освоила технологию, благодаря тому, что ее муж, главный электрик яхты Вадим Ростоцкий, вместе с одним из своих коллег основал в Дальнесоветске артель, которая изготавливала холодильное оборудование без всякого фреона, на основе все тех же двигателей Стирлинга, используя их в качестве тепловых насосов. Поскольку мороженое в тропическом климате пользовалось спросом почти ажиотажным, Маша за последний год преуспела так, что сделалась самой богатой островной предпринимательницей. Серебряные рубли к ней потекли целой рекой, и девушка начала уже подумывать о том, как бы расширить свой бизнес, построив настоящий хладокомбинат.

А пока Маша открыла в центре Дальнесоветска и в промышленной зоне, возникшей вокруг верфи, две кофейни, которые назывались «Северный ветер», и где всегда можно было за два рубля выпить кофе с мороженым. Причем, порция кофе и порция мороженого стоили одинаково, по рублю. И, конечно, богатой Маше уже не приходилось самой стоять за прилавком. Она основала бесплатные курсы морожениц для чаморрийских девушек. И всего через три месяца занятий у нее появился вполне квалифицированный персонал. Потому теперь на празднике нарядные загорелые чаморрийки, одетые в белые юбки и топики, пошитые из парусины, продавали всем желающим холодную сладость.

Второй главной богачкой Дальнесоветска сделалась за это время Зоя, тоже бывшая стюардесса, выскочившая замуж за самого Арсена Саркисяна. Имея склонность к кройке и шитью, она использовала административный ресурс в виде своего мужа наркома и выпросила для себя трофейные ткани, захваченные у испанцев вместе с галеонами. На этой основе девушка наладила настоящее ателье. Муж выделил ей просторное помещение в центре городка, которое Зоя оборудовала двумя электрическими швейными машинками, позаимствованными на «Богине». И теперь она обшивала не только всех женщин Дальнесоветска, но и мужчин, которым был не безразличен их внешний вид. Таким образом, клиентурой этого ателье быстро сделалась вся элита Марианской ССР. А еще нужно было шить форму морякам, солдатам, милиционерам, а также всем остальным служивым и рабочим людям. Так что перспективы роста швейного производства вырисовывались грандиозные.

Желая развивать собственное дело, Зоя просила мужа, чтобы для нее смастерили новые швейные машинки. Но, несмотря на все ее просьбы, с этим пока была просто какая-то беда. Мастера Дальнесоветска уже делали много всего, даже вентиляторы и холодильники, но никто почему-то пока не позаботился наладить выпуск швейных машинок и принадлежностей к ним. Хорошо еще, что муж выделил ей хотя бы хороших мастеров, способных поддерживать имеющиеся машинки в рабочем состоянии. Из-за отсутствия нового оборудования, бизнес у Зои Саркисян никак не разрастался, отчего она завидовала Маше Дроздовой-Ростоцкой. Впрочем, они, будучи подругами, не ссорились, а в праздничный день вместе наблюдали с просторной веранды двухэтажного наркомовского особняка четы Саркисян, который вплотную примыкал к площади, как празднует простой советский народ, весело размахивающий красными флажками.

Собираясь на концерт, певица Лаура нарядилась в новое платье, которое сшила ей Зоя Саркисян. Ведь за это время имя этой девушки сделалось главным брендом модной одежды в Дальнесоветске. «От Зои» — это стало означать «от кутюр» и никак не меньше. Лучше, чем швейные изделия этой бывшей стюардессы, выскочившей замуж за самого «каудильо», просто не было ничего. Старые платья в гардеробе певицы постепенно приходили в негодность, а новые, конечно, заказывались в ателье у Зои.

Одевшись в приталенное платье средней длины из красного шелка с вырезом сбоку до верха бедра, Лариса долго крутилась перед зеркалом у себя в гримерной, поправляя прическу и макияж. Потом все-таки решив, что достаточно хороша, она вышла к карете, пусть и небольшой, полуоткрытой, запряженной всего двумя лошадьми, но самой настоящей, в которой ее уже ждал Кардамонов. Впереди эскорт из трех усатых испанских конных милиционеров в широкополых шляпах и вооруженных громоздкими старинными пистолетами, переделанными в тяжелые шестизарядные револьверы, тронулся. И карета поехала за ними в сторону площади, где музыканты уже начали разогревать собравшуюся толпу бодрой музыкой.

Когда они остановились, зрители, завидев свою эстрадную примадонну, радостно завопили, желая протиснуться поближе к сцене, но, конная милиция сдержала напор восторженных почитателей. В это время, выскочив из кареты первым, Михаил Кардамонов вовремя подбежал, чтобы галантно подать Лауре ручку и помочь спуститься. Легким движением она взбежала на сцену и запела «Марш энтузиастов». И в этот самый момент все люди, собравшиеся на площади, увидели, как с севера возвращается аэростат.

Разумеется, команданте Диего Хуан де Кабрера тоже отправился на праздник. Кроме партийной работы, он состоял в должности командира испанской милиции, которая подчинялась наркому государственной безопасности и обеспечивала в последнее время порядок в Дальнесоветске. Поэтому Кабрера, как главный милиционер, обязан был в этот момент находиться в центре событий. И, конечно, его начальник Яков Соловьев, продолжающий проводить операцию «Амиго», позаботился о том, чтобы пригласить Диего на торжественную часть вместе с его гостями, почетными испанскими пленниками адмиралом Фегероа и капитаном Мендесом. И к началу концерта Диего прибыл не один, а в компании с двумя подранками, которых вынесли из повозки вместе со стульями испанские милиционеры.

По распоряжению Соловьева, вся милиция Дальнесоветска вооружалась револьверами, но только ради сигнальных выстрелов. Зная взрывной темперамент испанцев, боевых зарядов к оружию им не выдавали, а лишь сигнальные. Их задача сводилась к тому, чтобы своим внушительным и грозным видом запугать нарушителей, скрутить их и доставить в участок, а, в случае неповиновения, возникновения серьезных дебошей или иных беспорядков, тут же подавать сигналы выстрелами. И уже тогда группа быстрого реагирования, состоящая из хорошо вооруженных кадровых сотрудников государственной безопасности, выдвигалась к месту происшествия в качестве подкрепления. Но, за год, прошедший с момента утверждения этих инструкций, никаких серьезных происшествий не случилось. А мелкие пьяные драки, попытки ограбления нэпманов, приставания к чужим женщинам или иные подобные досадные инциденты, которые случались время от времени, были не в счет.