В церковной жизни Галиции после войны произошли отрадные события. В 1944 году откидывает копыта глава униатской церкви митрополит Андрей Шептицкий. Так и не выполнив обещанного им в 1929 году своему духовенству: «Многим из нас Бог еще окажет милость проповедовать в церквях Большой Украины… по Кубань и Кавказ, Москву и Тобольск».
Его сменяет Иосиф Слипый, который, как и его предшественник, также был пособником гитлеровцев. За это Слипый был арестован и посажен в тюрьму.
На Львовском церковном соборе 1946 года греко-католический архиепископ Гавриил Костельник, предлагает упразднить Унию, за что униатские священники и проголосовали. Этому решению способствовало то обстоятельство, что многие униаты были запятнаны сотрудничеством с гитлеровцами. Ватикан не стал вступать в дискуссию, он просто подослал бандеровца, который в 1948 году убил Костельника в 10 часов дня прямо на ступенях храма. Власть опять переходит к ставленнику Ватикана, ужгородскому архиепископу Ромже. Но Ромжа не долго служил Ватикану. По приказу Н. Хрущева Ромжу отправляют к праотцам, отравив его в ужгородской больнице, где он лечился.
В 1949 году отвечавшая интересам советских властей идея ликвидации Унии была принята собором, Уния запрещена, желающие миряне перешли в католичество. Униатские священники, перешедшие в православие, сохранили свои приходы.
Не обошлось без региональных особенностей. Так, древнюю, некогда православную Никольскую церковь возле львовского Университета, захваченную католиками века назад, вернули православным. Те почему-то при освящении переименовали ее в Михайловскую. Кажется, только в ней и у Малого Юры во Львове служили по традиционному православному обряду. Бывшие униатские церкви сохраняли многое из своей прежней специфики: украинизированное произношение славянских текстов, бритые священники, большое количество церковных знамен, заполнявших иногда весь храм, устройство иконостаса в Преображенской церкви таким образом, что престол и при закрытых царских вратах был прекрасно виден мирянам и т. д.
Униатская церковь продолжала существовать подпольно. Атеистическая политика советского государства, сглаженная некоторой терпимостью в первые послевоенные годы, с приходом к власти Хрущева превратилась в прямые гонения. Но в Галиции она также приняла своеобразные формы. Был выпущен из тюрьмы И. Слипый. И, несмотря на то, что униатскую церковь публично клеймили, как могли, но в ее практической деятельности (запрещенной по закону) руки у нее были развязаны. Ей позволялось то, что было совершенно недоступно православной церкви. В карпатское село, где церковь была давно закрыта, и открыть ее было абсолютно невозможно, могли свободно приехать униаты во главе со священником. Им отпирали храм, и они там служили, после чего спокойно отбывали восвояси. Похоже на то, что униаты были союзниками местной власти в борьбе против православия.
Прошло время, большинство из старшего поколения уже умерло. Их дети, в большинстве своем, уже не понимали тех проблем, с которыми столкнулись их отцы. Некоторые из них с удивлением могли спросить: «Папа, что ты такое сделал, что к тебе так относятся?» Что можно было им ответить? «За то, что мы были, есть и будем руски?»
Часть 6
Трагедия преданного народа
Живой осколок Руси Киевской
Теперь непременно нужно несколько подробнее упомянуть о народе, который современные украинские власти старательно пытаются «забыть», скрыть само его существование на территории Западной Украины. И это поведение «честной» и «демократической» власти объясняется весьма просто. Само существование этого «забытого народа» является осиновым колом для всей теории «древней, независимой от русских украинской нации». Именно знание о «живом осколке» Руси Киевской и любая посильная помощь ему является принципиально важной и обязательной для каждого русского, живущего на территории Украины. Он этого зависит вся дальнейшая судьба русского суперэтноса. И это не преувеличение — только в единении мало-, бело- и великороссов у них есть будущее.
Русины живут по обоим склонам Карпат, в Галиции (Львовская, Тернопольская, Ивано-Франковская области Украины, а также принадлежащая сейчас Польше трагическая Лемковщина), Буковине, Венгрии, Румынии, Молдавии. Предки русинов жили и в низовье Эльбы, откуда их немцы частично вытеснили на Восток и Юго-восток, а оставшуюся часть практически полностью ассимилировали.
Русины принадлежат к малороссам, отличаясь от них особенностями языка и этнографическими признаками. Это является следствием их шестисотлетнего отделения от основной части русского народа; и нахождения все это времени в оккупации. Сами русины зовут себя в единственном числе русин, во множественном числе — русскими, русскими они также называют свой народ, язык и веру. Но, как и раньше, в дальнейшем я буду называть их русинами (хотя это и не правильно) — чтобы постоянно не уточнять о каких русских, собственно говоря, идет речь в данный момент. Русские жители Румынии и Молдавии зовут себя руснаками. И все их соседи: волохи (румыны), мадьяры, словаки и немцы называли этот народ не иначе как русским. Словаки и румыны называли русинов — «рус», немецкие колонисты (поселившиеся в этих краях еще в 12 столетии) — «русс», мадьяры — «орос». Русины распадаются на мелкие группы, отличающиеся особенностями языка, нравами, обычаями и национальной одеждой…
Отдельно стоит упомянуть названия «бойки» (от слова бойкий), и «лемки» (от слова «лем» — лишь: «Я маю лем одну корову».) И бойки и лемки — это названия, данные им соседями, сами себя и они называют русинами.
В 1890 году количество русинов в Австро-Венгрии было 3 105 221 человек, из них в Галиции — 2 835 674 человек.
Одной из древнейших коренных областейпроживания русинов является Прикарпатская Русь. В настоящее время это самая чистая ветвь потомков древней Руси. Именно здесь наиболее сохранились древнерусский язык и культура. Традиционное имя русин сохранилось в Прикарпатье с 9 века до настоящего времени. Во время переписи населения в 1930 годуофициально признало себя русинами 60 % жителей края.
Именно русское национальное самосознание и чувство принадлежности к русской культуре господствовали среди галицких и карпатских русинов вплоть до начала 20 столетия. И это несмотря на многовековые усилия по ассимиляции. Никакие усилия чужеземных завоевателей не уничтожили у жителей Карпатской Руси сознания, что они русские, что они ветвь великого русского народа. Сотни тысяч русинов погибли в Карпатской Руси в первую мировую войну — за одно только право называть себя русскими.
Подавляющее большинство русинов было простыми малообразованными крестьянами, среднее и высшее образование имели немногие. И самой поразительной чертой их характера, наряду с их глубоким национальным самосознанием, была горячая любовь к России. В которой они никогда не были. Но русины никогда не были шовинистами (как сепаратисты из Галиции, назвавшие с чужого, польского голоса, себя «украинцами»). Русины всегда сознавая себя частью русского народа, никогда не питали ненависти ни к одному из других народов (даже к венграм, от которых им пришлось натерпеться много страданий). Они просто хотели жить вместе с русским народом, вместе с ним делить его счастье и беды.
Тайна удивительной высоты их национального сознания и несокрушимой силы патриотического чувства состояла в том, что ни простые крестьяне, ни интеллигенты на Карпатской Руси не оторвались от народных идеалов. Русины из Карпатской Руси гораздо более гармоничны россиян — их симпатии не раздвоены между русской и европейской культурами. Духовное и национальное сознание русинов более самобытно, чем развитие русских интеллигентов из России, с детства усвоивших западные теории. Короче говоря, русские Карпатской Руси выглядят так, как выглядели бы все русские России, не будь в России губительных Петровских реформ и вызванного ими векового добровольного европейского духовного рабства. Они мыслили так, как будут мыслить все русские, когда (и если) появится новый, более гармоничный тип русского человека. Не левого, не правого, не западника, не славянофила, а просто русского человека. Конечно, если русскому народу удастся сохранить свое национальное единство.
И русины были готовы идти и шли на любые муки за право называться русскими, за право жить в национальном русском государстве.
Трагедия преданного народа
Национальная политика Австро-Венгрии по отношению к славянам и, в особенности, к русским сводилась к их денационализации. Эта цель достигалась при помощи сознательного снижения их культурно-образовательного уровня и максимальному раздроблению. Наибольшее идеологическое и культурное влияние на угорских (закарпатских) русинов оказывали мадьяры. Школы воспитывали русинов в мадьярском духе. Это привело к «омадьяриванию» интеллигенции до такой степени, что многие чувствовали себя уже настоящими мадьярами.
