Луис не мог не поверить ей. Но ему также не хотелось, чтобы кто-то вмешивался в его дело.
Девушка была права — он, будучи профессионалом, не мог не заметить высокий уровень ее подготовки. Кроме того, она так искренне волновалась.
— Я не спешу признать свою ошибку, мадемуазель. Да, у вас есть хорошие рекомендательные бумаги, но это полдела. Несколько недель я наблюдал за вами. Надо признать, что работать вы умеете. Будем надеяться, что вы здесь на своем месте. Давайте вернемся к работе, — предложил Луис, вставая.
Он подал ей руку, помогая подняться. Их прикосновение было как ожог. Жоан отдернула ладонь. «Неподходящий, совсем неподходящий момент для проявления симпатий», — подумала она. А Луис закусил губу и, сунув руки в карманы, зашагал к раскопкам.
Наконец удалось вынуть из стены крупный плоский камень. Луис с трудом оттащил его в сторону и вернулся к проему в стене. Сквозь образовавшееся отверстие нельзя было ничего разглядеть. Необходимо было вынуть из кладки еще несколько камней, что и было сделано.
— Дайте-ка я сначала просуну фонарь. Может, и разгляжу что-нибудь, — сказал Луис.
— Что вы видите?
— Трудно сказать. Небольшой зал или комнату. Хотя в такой, тьме легко ошибиться. Возможно, помещение больше…
— Дайте мне.
— Подождите, — решительно отозвался Луис. Жоан осталась снаружи. Луис осторожно продвигался вглубь. Спустя несколько минут, его голова вновь появилась в проеме. Он широко улыбнулся.
— Теперь можно и вам. Осторожно. Пол здесь неровный.
Жоан торопливо пробралась сквозь узкую лазейку и оказалась в комнате, размером примерно пятнадцать футов. От фонаря на стены ложились мрачные тени, напоминавшие жуткие видения. Девушка посмотрела вверх. Потолки были довольно высокие, свет от фонаря едва касался их вековой поверхности. В дрожащих пятнах огня проступали раскрашенные рельефы.
— Комната пуста, — прошептала Жоан.
— Да, сейчас, но, кажется, так было не всегда.
— Почему вы так думаете?
— Я не совсем уверен. Надо тщательно обследовать это место. Однако и сейчас видно, что это только маленькая часть. Если это все-таки гробница, мы найдем и другие уровни. Их может быть пять, а то и шесть.
— Не могу поверить, — воскликнула девушка, с благоговением оглядываясь по сторонам. Луис приблизился к ней. — Но я не вижу никакого хода на другой уровень, — добавила она, осматривая помещение.
— Он есть, — промолвил Луис, — он где-то есть. Надо поискать. У меня такое чувство.
Он поднял фонарь повыше и начал обходить комнату.
— Может быть, вся эта структура — не просто захоронение, может быть, их несколько. Иногда древние поступали таким образом: делали захоронение — могилу, потом другую, а потом появлялся еще один, верхний уровень. Проходило время, захоронение нарастало. Получалось нечто, похожее на ступенчатую пирамиду. Если сможем найти путь из этого уровня на следующий, то увидим либо коридор, либо ступени.
— Тогда — за дело? — с нетерпением проговорила Жоан.
— Нет. На сегодня достаточно. Я хочу вернуться в лагерь, — остановил ее Луис. — Необходимо порыться в книгах и лучше изучить карты. У меня есть некоторые соображения. Кроме того, я хочу задать пару вопросов месье Ланнеку.
— О чем?
— Как он обнаружил проход в гробницу в Египте и что нам следует искать здесь? Такая информация может значительно облегчить завтрашние поиски. Пойдемте, нам нужно выбираться. Здесь становится трудно дышать.
Они вылезли из шахты грязные, уставшие. Но настроение их было приподнятое, почти торжественное. Первое, что сделал Луис — поставил охрану у входа в шахту. Остальным рабочим велел возвращаться в лагерь и отдыхать остаток дня.
Длительный переход пешком до лагеря не слишком утомил молодых археологов. Им было о чем поговорить. С некоторых пор отношение Луиса к Жоан изменилось, и это вызывало в ней тайную улыбку.
Жоан исчезла в своей палатке с ведром воды, а Луис отправился на поиски Мендрано. Он увидел помощника, беседующего с группой мужчин. Некоторые из них были Луису незнакомы. Видимо, Мендрано пригласил новых рабочих.
— Как идут дела? — спросил Луис помощника, когда тот подошел к нему.
— Очень хорошо. Мы нашли несколько больших предметов. Все уже отнесли в вашу палатку. Что обнаружили вы?
— Пока не знаем. Я бы хотел поговорить об этом с месье Ланнеком.
— Его нет в лагере.
— Что?
— Он ушел еще утром. Я поспрашивал о нем, но никто ничего не знает.
— Бродить по округе одному чертовски опасно, — с тревогой сказал Луис. — Может случиться несчастье. Пошлите людей разыскать его.
— Я это уже сделал.
В этот момент Перье услышал свое имя и, обернувшись, увидел идущего навстречу Ланнека. Мендрано вернулся к группе рабочих, стоявших в стороне.
— Сегодня вы вернулись рано, — заговорил профессор.
— Виктор, вы заставили нас поволноваться. Мендрано отправил на ваши поиски людей. Уходить из лагеря в одиночку опасно, даже если вы вооружены. Я не раз говорил об этом.
— Не волнуйтесь обо мне, Луис, — отвечал с улыбкой Ланнек. — Я не единожды бывал в опасных ситуациях. С этого момента буду осторожен и не стану причинять вам беспокойства. Так значит, вы кое-что нашли? Я вижу это по вашим глазам. Луис кивнул и быстрым шагом направился в свою палатку. Когда Ланнек явился, наготове были карты и записные книжки. Мужчины отодвинули лежащие на столе артефакты и развернули карты. Карандашом Луис отметил место новых раскопок на холме. Потом нарисовал план помещения, которое они с Жоан обнаружили сегодня.
— Боюсь сглазить, но все же скажу, — пошутил Ланнек. — Попахивает открытием. Ради этого я готов откупорить свою последнюю бутылку вина сегодня за ужином!
— Уже интересно, — послышался снаружи голос Жоан.
— Присоединяйтесь к нам, мадемуазель! Мы говорим о том, что надо отпраздновать роскошную находку!
Был приятный вечер, ужин прошел в атмосфере симпатии и легкой, необъяснимой влюбленности. Было слышно тихое пение рабочих, сидящих у костров.
Ланнек приподнял алюминиевую кружку и, взглянув на девушку, произнес:
— Пришло время сказать тост. Вы согласны, Жоан?
— Да, месье Ланнек. Но, если месье не будет против, скажу я.
— Если вы того хотите, мадемуазель. Вам слово.
— Луис, — начала Жоан. — Я хочу предложить тост за удачу, за звезду, что ведет вас по тропе жизни. И пусть эта благодатная земля приоткроет вам завесу своих тайн. Я пью за вас, Луис, и за открытия, которые ждут вас здесь. А еще пью за особенного человека, за месье Виктора Ланнека Луис чокнулся своей кружкой с двумя другими и вдруг изумленно застыл, услышав слова Жоан:
