Мне всегда казалось, что и дружил Влад со мной скорее из жалости, а я сильно была этому рада, чтобы отказываться хотя бы от такого внимания. Мы всегда были по-особенному близки именно с ним и Агатой, Герман чуть позже влился в "тусовку", но все равно с тех пор мы были вместе. Банда.
После увиденного я страдала и мучилась, но никак не показывала своего истинного отношения к его очевидным отметинам на коже, запаху девичьих духов и бесконечных смсок, приходящих даже тогда, когда он был у меня в гостях. Почему мне казалось, что мы будем всегда, а мысли о личной жизни в детскую голову не приходили?
После выпуска друзей для меня началась череда еще больших потрясений. Влад и Герман уехали учиться в столицу, и если для первого это было легко, то для второго крайне проблематично, учитывая его семейную обстановку. Но благодаря нашим с Владом родителям, он смог поступить. Так мы с Агатой остались вдвоем, было крайне толскливо, потому что мы вместе были с самого детства, и это вынужденное расставание выдавило из меня все соки.
Спустя некоторое время постепенно все встало на свои места, и я начала жить дальше, созваниваясь что с Герой, что с Влдом так часто, как только могла.
А сейчас мы так и стояли обнявшись, после чего я все-таки решила рассказать хоть что-то из своей жизни:
— Меня пригласили в кино, — прошептала тихо. Мысли при этом у меня были странные, чувства смешанные. Агапов моментально оторвался от меня и недовольно фыркнул.
— Герман? — Влад сжал губы в прямую линию и смотрел словно сквозь меня.
— Нет. Толик пригласил, — пряча улыбку, я перевела взгляд на сжимающиеся в кулаки руки Влада.
Толика он знал и раньше даже общался.
— А что еще сделал Тесленко? — буркнул Агапов, пряча руки за спиной. Взгляд метал молнии, пока мои внутренности жались в тугой узел.
— В смысле? — я не понимала, почему он вдруг разозлился, а в том, что он был зол, сомнений не было. Он не мог устоять на месте, переступал с ноги на ногу, смотрел на меня сверху вниз. Воздух раздувался на меня огненным шаром.
— Он лапал тебя? Когда это было? Ты ведь общались каждый день! Почему молчала?! — закричал на меня, от чего я прикрыла глаза и нахмурилась. Он никогда на меня не кричал.
— Никто меня не лапал, Агапов! Что ты себе позволяешь?! — когда первый шок прошел, я тоже дала волю эмоциям. Всему, как говорится, был свой предел.
— Ты с ним видеться не будешь, — безапелляционно выдал Агапов, и это стало последней каплей в переполненной чаше терпения.
— Влад, да ты не имеешь никакого права мне что-то запрещать! И я буду видеться с тем, с кем захочу, и встречаться тоже! И приглашу на нашу вечеринку!
— Что ты будешь? Встречаться? Это он тебе предложил?! — Агапов начал наступать на меня широкой стеной, пока по чуть-чуть отступала назад, глубоко вдыхая и выдыхая. То есть, ему можно все? А я не могу даже в кино сходить?
— Не твое дело! Я в твои отношения не лезу!
Мне было обидно до жути. Складывалось ощущение, будто бы я третьесортная какая-то, и не имела права иметь парня в свои-то восемнадцать лет! Я даже не целовалась ни с кем, не говоря уже о большем!
От злости и обиды глаза заволокло слезами, я ударила Агапова кулачком по груди, но он моментально перехватил мою руку и прижался щекой к щеке.
— Нет никаких отношений. Это все вообще не имеет ничего общего с тем, что …— Влад коснулся губами моего виска и тяжело выдохнул. — Неважно, если ты хочешь в кино, значит, мы пойдем в кино, но с ним ты никуда не пойдешь. Ты не для него, и, если я увижу, что он хотя на метр приблизился к тебе, я сотру его в порошок!
Ломающимся голосом я прокричала:
— Да что ты! Я имею право встречаться с кем захочу, мне уже восемнадцать есть! Ты и то раньше меня начал заводить отношения, и что-то я к тебе с разборками не лезла! Отпусти меня, ненормальный! Ты только и можешь что причинять боль! Только тебе все дозволено, а на чувства других тебе плевать! — но Агапов сделал кое-что совсем другое, он перевел на меня потерянный взгляд, помолчал с минуту, а затем резко придвинулся и запредельно нежно коснулся моих соленых губ. Я только пискнуть и успела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Все казалось слишком сказочным, чтобы быть правдой.
Больше я не смогла сопротивляться, ощущая его нежные касания на лице и шее. Водоворотом странного упоения накрыло меня словно коконом. Мужской запах максимально заполнил подрагивающее тело, пока я цеплялась ладошками за широкие плечи и пыталась не задохнуться от напора Агапова, который сносил меня с ног.
Когда наш шторм закончился, и Влад с силой оторвался от моих набухших от поцелуев губ, я не знала, куда день себя и как прекратить испытать стыд. Все, на что меня хватило, — это спрятать лицо на его груди, пока горячие ладони касались моих спутанных волос.
— Давно уже мечтал вот так касаться их, иметь право трогать тебя всю, — сильные объятия укутали мое тело. — Ты моя, девочка. Никаких Толиков и прочих. Иначе сломаю конечности и потом скажу, что так и было.
С этого момента начались мы. Как одно целое.
17
Офис Агапова действительно исполнен отвратительно, начиная с внешнего вида и заканчивая комфортом, как основным фактором, на который стоит обращать внимание. Только зайдя внутрь, начинаю чувствовать себя неуютно. Агапов, следуя за мной и явно чувствуя мое замечательно, скупо выдает:
— Я же говорил, что это мрак. В моем кабинете вообще все очень плохо.
Мужская ладонь ложится на мою талию, и я прикусываю губу. На пути встречаются люди, они кивают и здороваются, но Агапов не отвечает никому.
— Ты наверняка преувеличиваешь, — хмыкаю в ответ, ступая вперед.
— Я преуменьшаю, — Влад поворачивается в мою сторону и криво улыбается.
В офисе на меня смотрят с примесью удивления и какого-то мелкого недовольства, особенно это касается девушек. Они с такой ненавистью провожают меня взглядом, что я ежусь. А когда Влад открывает для меня очередную дверь, пропуская вперед, добрая половина женщин разевает рты. Я не понимаю, что происходит, но вступаю внутрь, где вижу приемную. Миловидная блондинка в поте лица что-то печатает на своем ультратонком ноутбуке и не замечает ничего вокруг.
— Ольга Павловна, мой секретарь, — поясняет мне Агапов, и я скольжу взглядом по неприметной фигурке девушки. Если я думала, что у него тут будет надутая во всех нужных местах фифа, то явно ошиблась.
Девушка поднимает взгляд и удивленно приподнимает бровь, бросая сдержанное:
— Добрый день.
В ее взгляде мелькает то же самое удивление, как будто я и правда не могу здесь находиться.
— Это Виталина Юрьевна, новый дизайнер, подготовьте ей кабинет и все, что потребуется по первому требованию без согласования, — жестко чеканит Агапов, пока я неуверенно переминаюсь с ноги на ногу. — Помогать и содействовать во всех вопросах, при любых проблемах сообщать лично, — Влад поворачивается ко мне и задерживается взглядом, кивает, и я киваю в ответ, напрочь теряя мысли на ходу, потому что его глаза имеют на меня странное влияние.
Агапов заходит в свой кабинет, а секретарь проводит меня, растерянную и в смешанных чувствах, в соседний, где все заложено коробками и бумагами. На небольшом столе стоит ноутбук. Я смотрю на весь этот кошмар, а особенно на выкрашенные в розовый цвет стены и испытываю странную смесь ужаса. Кто это сотворил?
— Давай проясним кое-что. Я не девочка на побегушках. И если ты спишь с ним, это ничего не значит, прислуживать тебе я не стану. Более того, я даже ему не прислуживаю, так что ты обречена сама себе таскать кофе и прочее. Мой максимум — это помочь разобраться в назначении кабинетов и принести необходимые бумаги, которые находятся в моей компетенции. Вся техническая документация на первом этаже, доступ только у меня и у этого мистера Всезнайки, — произносит девица с нечитаемым лицом, даже не глядя на меня.— В этом компьютере есть все необходимое для вашей этой профессиональной мурни. Слушаю вопросы.
