Рождественских декораций, в отличие от дома Эммы, было немного — небольшая ель, покосившаяся набок от усеявших ее сверху донизу игрушек, гирлянды, фигурка Санта-Клауса на столе, — но ощущение праздника и семейного уюта ждало каждого, кто входил в этот дом.
Бросив на Райдера взгляд украдкой, чтобы узнать, какое впечатление произвел на него дом Тима, Эмма заметила, что сковывавшее его напряжение чуть ослабло, а глаза словно засветились изнутри слабым мягким светом.
Увидев его таким, Эмма недоуменно спросила себя, как всего сутки назад этот человек показался ей чуть ли не дьяволом во плоти? Кто из них изменился за эти двадцать четыре часа — он или она? И можно ли измениться так быстро?
Глава 6
Мужчины притащили воду, Мона отправила их переодеваться, вручила Эмме нож и указала на гору картошки, которую необходимо было почистить к ужину.
К несчастью для Эммы, стол стоял прямо напротив двери, и потому она могла видеть мужчин. Губы у нее пересохли, когда Райдер снял с себя мокрую рубашку и она увидела его широкие плечи, хорошо развитую грудь, бугры мышц.
Внизу живота вдруг разлилось тепло — Эмма никогда не чувствовала ничего подобного. Даже поцелуи Питера не вызывали в ней того пожара, который начал охватывать ее тело, — то было сильнейшее, примитивное желание.
Эмма была к такому совершенно не готова, поэтому собственные ощущения застали ее врасплох.
«Это всего лишь временное явление, — спохватившись, принялась убеждать себя Эмма. — Все-таки я здоровая молодая женщина, поэтому нет ничего удивительного в том, что я откликнулась на полуобнаженное, великолепно сложенное мужское тело».
Но собственная реакция все же продолжала ее смущать. Эмма выделила себе несколько секунд — кто знает, когда ей еще доведется стать свидетельницей такого зрелища? — прежде чем вернуться к картошке.
Райдер Ричардсон был словно вырезан из цельного куска мрамора искусной рукой скульптора. В совершенстве его тела было что-то гипнотизирующее. Взяв в руки мочалку, он погрузил ее в нагретую на печи воду, намылил и стал тереть руки и грудь.
Эмма тут же забыла про установленный ею же лимит, молча пожирая его глазами. Тут Райдер неожиданно поднял голову и замер, встретившись с ней взглядом. У Эммы мелькнула смятенная мысль: «Неужели я все же издала какой-то звук?» Его глаза быстро потемнели, в них появилось понимание. Он продолжил намыливать себя, глядя ей в глаза. Эмма быстро опустила голову, чувствуя, как ее лицо заливается пунцовой краской.
Закусив губу, она целиком сконцентрировалась на картофелине, которую держала в руках.
Через минуту Райдер был уже рядом, источая запах мыла и чистого мужского тела… У Эммы даже закружилась голова, а еще через несколько секунд, понаблюдав за ней, он заметил хрипловатым голосом:
— От этой картошки не так уж много осталось.
Эмма вдруг словно очнулась и с растущим удивлением уставилась на огрызок в своей руке.
— Нужно посмотреть, как там Тесс, — сказала она, в надежде избавиться от Райдера, в присутствии которого с ней творилось что-то невероятное, и взяла в руки новую картофелину.
— Зачем? — пожал он плечами. — По-моему, с ней все в порядке.
В подтверждение его слов раздался заливистый смех Тесс.
Райдер взял нож, сел на стул рядом и взял картофелину. Так же быстро и ловко — как, казалось, он делал все — Райдер заработал ножом.
Было так легко представить себе эти руки на своем теле, как…
— Аккуратнее, — услышала Эмма голос Райдера, словно он раньше ее догадался о том, какое направление приняли ее мысли. — Не порежься.
Эмма вскинула на него глаза и увидела на его губах дразнящую улыбку. У нее даже пресеклось дыхание. Негодяй! Он точно знал, как действует на нее его близость! Кто знает, может, он испробовал свой шарм уже на десятках женщин?
И тут нож выскользнул у нее из рук, ткнувшись острием в палец.
— Ай! — вскрикнула Эмма.
— Я ведь предупреждал, — с укоризной сказал Райдер, но выглядел он при этом чуть ли не самодовольным. Отложив картофелину, он взял ее за руку, чтобы осмотреть порез.
— Так, царапина, — ответила Эмма, внезапно ослабев от этого прикосновения, и дернула руку.
— Все же иди ее обработай. Я сам тут закончу, — велел Райдер, разжимая пальцы.
Эмма кивнула, но в голове ее стоял туман, поэтому, почти ничего не соображая, она снова потянулась к картофелине.
Райдер тяжело вздохнул:
— И в кого ты такая упрямая?
Взглянув на палец — крови почти не было, — Эмма пожала плечами и осталась, хотя и понимала, что ей действительно лучше уйти прямо сейчас и присоединиться к детям.
Райдер возвел глаза к потолку, но больше ничего не сказал. Работу они закончили в молчании. Волнение Эммы нарастало с каждой проведенной с ним секундой. Скоро она едва удерживалась от нервного смеха, как девушка на своем первом свидании, а за ужином, состоявшим из жареной курицы, картофельного пюре и салата, несколько раз роняла на пол то вилку, то еще что-нибудь.
— Ты готовила, значит, мне убирать со стола, — сказала она по окончании ужина, обращаясь к Моне. — Иди побудь с девочками.
Ей нужна была эта передышка, чтобы хоть немного прийти в себя, побыть подальше от Райдера Ричардсона.
— Я помогу, — предложил Райдер.
Эмма вздохнула про себя. И зачем он только вызвался ей помочь? Может, его влечет к ней так же, как ее к нему?
Тут она поймала взгляд Тима и поразилась, прочтя в глазах соседа одобрение тому, что он видел.
На кухне обязанности разделились таким образом: Эмма мыла посуду, Райдер вытирал ее.
— Что было не так с твоими рождественскими праздниками, если ни один из них не оставил следа в твоей памяти? — неожиданно спросил он.
Эмма почувствовала себя неуютно — ей не хотелось вспоминать, каким хаотичным всегда выдавалось ее Рождество. Ни на одном из них не обходилось без новых мужских лиц — ухажеров Линелль. А когда она повзрослела, то и тогда беды почему-то не обходили ее стороной.
— В одно Рождество у меня умер щенок. А следующий праздник я встретила в больнице с пневмонией.
И прошлый год — Рождество в доме Питера — явился венцом всех ее несчастливых рождественских праздников. Она уже почти поверила в то, что не видать ей счастливого Рождества как своих ушей!
— Но возможно, я не единственная, кому так фатально не везет с Рождеством, — с улыбкой продолжила она. — Может, все дело в том, что я слишком близко принимаю все к сердцу?
Райдер положил руку ей на плечо, и Эмма с трудом подавила дрожь, вызванную этим прикосновением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
