Читаем без скачивания Граница. Таежный роман. Карты - Дмитрий Алейников

Она шла, погруженная в свои мысли, и вновь негромко засмеялась, не обращая внимания на окружающих.

— Давай вместе посмеемся, — предложил вдруг кто-то.

Галина вздрогнула и повернула голову.

С другой стороны улицы наперерез ей шел своей широкой походкой Жора Жбан.

Галина ощутила в животе неприятный холод, но на сей раз она не испугалась так, как в первую их встречу.

— Привет, Галя. — Жора догнал ее и пошел рядом.

— Здравствуй, — сказала она, избегая смотреть на него.

— Хотел сказать тебе спасибо. Выручила ты меня, а то сгорел бы ни за грош…

— Так уж и ни за грош? — Галина сама удивилась, как с ее языка сорвалась такая дерзость.

— Каждый получил по заслугам, — сквозь зубы ответил Жора.

Десяток шагов они прошли молча, потом Жора снова заговорил:

— Слушай, я у тебя вроде как в долгу… — Он замялся, не зная, как закончить фразу. Обычно люди, слыша от Жоры слова благодарности, спешили заверить его, что оказанная услуга доставила им самим несказанное удовольствие. Галина эту традицию не поддержала, промолчав, чем поставила своего должника в тупик. — И у меня еще дело до тебя есть, — заговорил Жора после паузы. — Нам надо вроде как… погулять, что ли. Я ж ведь мусорам сказал, что на танцы с тобой пришел. Чудно ведь будет, если мы сразу же и разбежимся. Соображаешь? Чтобы никто не удивлялся, что мы в тот вечер вместе были.

— Что значит «погулять»? — спросила Галина, холодея от ужаса.

— Ну, танцульки там, мороженое-пирожное… — Жора сделал небрежный жест. — Да ты не дрожи, не трону!

— Я и не дрожу, — сказала Галина, снова поражаясь своей глупости.

— Ты куда шлепаешь-то теперь?

— У меня комсомольское поручение, — ответила Галина сухо.

— А ты чего, активистка, что ли? — удивился Жора.

— Просто поручение, — сказала Галина, чувствуя необъяснимое смущение, будто она признавалась достойному человеку в чем-то постыдном, нехорошем, а не болтала с местным уголовником.

— Ясно, — кивнул Жора, деловито доставая коробку «Герцеговины флор». — И что поручили?

— Нужно провести беседу с ребятами.

— И чего с ними беседовать?

— Разбили стекло бабушке. Мячом.

Жора присвистнул, словно услышал о нападении империалистической державы на другое государство. Галина чуть не засмеялась. Дело ее и впрямь выглядело полной ерундой.

— Третий раз уже разбили, — сказала она, разводя руками.

— Пахнет международным сионизмом, — сурово молвил Жбан, закуривая.

Галина испуганно взглянула на него, на сей раз поражаясь, как можно шутить подобными вещами.

Подойдя к нужному дому, они вошли в узкий дворик, середину которого занимали покосившиеся сараи. От сараев расходились в стороны бурые от времени бельевые веревки. Они опутывали весь двор, и тесное, неправильной формы пространство становилось похожим на упавший на землю, но еще не сложившийся парашютный купол.

«Где же они тут играют в футбол?» — подумала Галина, с недоумением оглядываясь по сторонам.

Раздался детский крик, и из-за сарая вылетел пацан лет десяти. За ним — еще двое. Увлеченные игрой, мальчишки не обратили на вошедших никакого внимания.

— Ребята! — окликнула их Галина. Пацаны, не сбавляя скорости, пронеслись по двору и исчезли за другим углом сарая. Не прошло и минуты, как троица вновь вырулила с противоположной стороны.

— Как проходит беседа? — спросил Жора, но Галина пропустила его колкость мимо ушей.

— Мальчики! — Галина попыталась поймать одного из них за рукав, но тот увернулся с ловкостью зайца. — Мальчик, стой! Подожди…

Убегающий и его погоня снова нырнули за сарай. Казалось, они будут бегать так до вечера, как фигурки в юле, но третий круг их забега был прерван самым неожиданным образом.

Галина собиралась уже преградить им дорогу и попытаться-таки схватить кого-то, когда за ее спиной раздался пронзительный свист, от которого у нее заложило уши, а мальчишки застыли как вкопанные, медленно округляющимися глазами пялясь на свистевшего. Не сам свист поверг их в шок, а человек, не потрудившийся затолкать в рот четыре пальца. Жору Жбана знал в Чанске каждый пацан.

— Сюда хромайте! — скомандовал Жора зло.

Мальчишки повиновались. Галина не без досады наблюдала, как они подходят к Жоре, совершенно игнорируя ее, комсомольскую активистку.

— Футбол, значит, любите? — спросил Жора, по очереди ощупывая всех троих колючим взглядом. Так как ответа не последовало, он продолжал: — Футбол — хорошо. Я тоже футбол люблю. И кто у вас тут самый шустрый?

— Я! — откликнулся старший из пацанов.

— Молодец, шкет, — похвалил Жора. — Как звать?

— Никита! — Тот расцвел от такого внимания к своей персоне.

— Так вот, Никита, — продолжал Жора, рассеянно разминая папиросу. — Ты знаешь, кто я, так? Я знаю, кто ты. И у меня к тебе просьба. Если хоть одна сопля в этом дворе кокнет еще хоть одно стекло, ты быстро бежишь ко мне и рассказываешь, кто это сделал. Чуешь? Чтобы через пять минут я уже знал, кто размундирил окно. Не успеешь— наплачешься. А вы, доходяги, — обратился он к двум другим мальчишкам, застывшим по бокам от не в меру шустрого приятеля, — будете ему помогать. Если его не окажется во дворе, то должен дежурить кто-то из вас. Все понятно? Я так и думал. А теперь брысь!

Пацанов как ветром сдуло.

— Беседа закончена, — сообщил Жора Галине и удовлетворенно закурил. — Можешь поставить галочку.

Галина побледнела от гнева.

— Да вы… ты… просто напугал их до полусмерти! — сжав кулаки, выкрикнула она в лицо Жбану.

— Конечно, — спокойно ответил тот. — А то стояла бы тут до полярной зимы и ловила бы своих… подшефных! Разве нет?

Галина не нашлась, что ответить. Конечно, мальчишки могли запросто плюнуть в нее в ответ на проникновенные речи да убежать по своим делам. И «галочка» «галочкой», но на деле она ничем не могла бы помочь пожилой женщине обезопасить окна. Метод Жоры Жбана был груб, непедагогичен, он совершенно не соответствовал нормам советского общежития, но… но можно было не сомневаться, что, не ровен час, пацаны грудью бросятся закрывать стекла от летящего мяча, камня, пули.

— Так чего? — Жора элегантно загасил окурок о стену дома, прежде чем бросить под ноги. — Теперь прогуляемся, мамзель комсомольская активистка?

— Не сегодня. — Галина развернулась и пошла прочь со двора.

Жора не стал ее останавливать.

— Тогда завтра, — то ли предложил, то ли назначил он встречу, не собираясь выслушивать возражения.

ГЛАВА 10

Галина несколько раз встречалась со Жбаном. При более близком рассмотрении он оказался совсем не таким страшным, каким рисовала его молва. Нормальный мужик, сильный, уверенный в себе. Конечно, от методов, какими он добивался желаемого, мурашки бегали по коже, но что ж с того?

Вот, например, директор школы, где училась после переезда Галина, тоже не отличался ангельским характером.

— В бараний рог сверну, сопляк! Понял?! — распекал он второклассника, огорчавшего свою учительницу неусидчивостью на уроках.

— Не сделаете плана ко дню рождения вождя — душу вытряхну! — «напутствовал» директор учеников, уходящих на апрельский сбор металлолома.

И был на хорошем счету. И указания его всегда выполнялись точно и в срок.

Галина, кстати, получила благодарность за проведенное мероприятие с юными футболистами. Потом еще одну, еще. Она быстро пошла в гору, поначалу даже не подозревая, чему обязана своей стремительной карьерой. И только диву давалась, как легко соглашались с ней товарищи из разных учреждений, как охотно помогали ей самые разные люди, оставляя все свои дела. Все ее просьбы и предложения принимались на ура, все срывались с мест и бежали воплощать Галины идеи в жизнь. Примерно через месяц после поручения с окнами заводской секретарь пошел на повышение и уступил свое кресло, точнее, свой стул Галине.

Предложенная кандидатура прошла единогласно, что выглядело несколько странно. Галина помнила, как тщательно подбирают и проверяют людей, вынюхивая их биографии, прощупывая родственные связи и круг знакомых. Если о родственниках раскапывать было особенно нечего, то вот то обстоятельство, что Галина появлялась в общественных местах под руку с Жорой Жбаном, должно было насторожить ответственных работников. Но не насторожило.

Галина поделилась своими наблюдениями с подругой. Та посмотрела на нее оловянными глазами и спросила, сложив губы трубочкой и растягивая некоторые гласные:

— Ты что, совсем ду-у-ра? Ни-и-ичего не соображаешь?

— А что я должна соображать?

— Ты же с Жорой гуляешь!

— Ну и что? Наоборот, должны были повнимательнее присмотреться…

— Совсем ду-у-ура?! Если кто вякнет против тебя, так Жора ему уши на пятки натянет! Кто ж будет с Жорой неприятности наживать!