Читаем без скачивания Граница. Таежный роман. Карты - Дмитрий Алейников

Было это в конце октября. И очень скоро Жора пропал с горизонта, растаял, как утренний туман, оставив Галину при своем интересе и комсомольской работе.

Для Гали было довольно удивительно, что Жора поверил в ее рассказ о трех играх за год. Ей казалось, он давно понял, что все дело в руках Галины, что она просто хорошая… артистка? Вряд ли это определение приходило ему на ум. Скорее, он считал ее хорошим шулером. Очень хорошим, хотя и со странностями.

Галина не сомневалась, что Жора вновь обратится к ней. Он появится либо в начале следующего года, либо когда найдет новых лохов с деньгами. Пока не появилось новой возможности заработать ее руками, ему не было смысла расплачиваться с Галей за старые выигрыши.

Быть может, Жора Жбан ждал, пока она сама найдет его и попросит денег. Тогда он, как настоящий хозяин города, выставит ей свои условия, предложит какие-нибудь варианты.

Но Галина не стала искать его. Дело было не только и не столько в гордости, сколько в трезвом расчете: прийти первой — значило потерять немало очков, значило показать, что она зависит от Жоры Жбана и он может диктовать условия, вить из нее веревки. :

Нет, Галина решила ждать. Она не сомневалась, что Жора еще появится в ее жизни, и появится очень скоро.

Но она и представить себе не могла, каким образом пересекутся их пути-дорожки!

Случилось это в середине декабря, за две недели до Нового года.

Галина, как идейный вожак, руководила подготовкой к празднику, подписывала, выписывала, проверяла, утверждала. Новая должность начинала нравиться ей. Рычаги власти, попавшие в ее руки, оказались забавной игрушкой. Одним движением плеча, одним росчерком пера она могла или осчастливить кого-то, или сломать чью-то жизнь. Эта игра оказалась куда увлекательнее, чем детские игры в куклы. Здесь вместо кукол были живые люди, и каждый приходящий в ее кабинет просил, требовал, предлагал на рассмотрение. Этих людей не нужно было раскачивать или мять, не нужно было говорить за них. Они сами думали, ходили, говорили, принимали решения. Они даже могли спорить с Галиной или грубить ей, угрожать вышестоящими инстанциями, чего не водилось за куклами. Но при всем этом, если игра надоедала Галине, она легко могла выставить их за дверь своего кабинета, применив данную ей власть, двинув нужный рычаг.

Может быть, проснулись в ней гены? Заиграли остатки голубой крови, привыкшей к почтению и раболепию? Трудно сказать. Так или иначе, Галина непрерывно менялась, менялась и менялась, как девочка Алиса, попавшая в Страну чудес. И вряд ли можно сказать, что хоть какие-то перемены были к лучшему.

С такими возможностями она могла бы сделать массу добрых дел для своих прежних, появившихся до романа с Жорой, подруг и знакомых. Однако она не находила для них времени, пока наслаждалась сладкой жизнью в воровском кругу, не снисходила до них и теперь. И они не рисковали испрашивать у нее помощи.

Поэтому довольно странно было для Галины, когда одна из ее бывших одноклассниц вдруг попросила о встрече с глазу на глаз. Тем не менее Галя соизволила предоставить прежней однокашнице аудиенцию.

— Помнишь Светку Дроздову? — без предисловий затараторила подруга.

Светка Дроздова. Та самая Светка Дроздова, которая притащила Галину на первые в ее жизни танцы в клуб. Тот самый клуб, где Жора Жбан изувечил двух молодых людей, потом благополучно избежал наказания, защищенный ее, Галиными, показаниями.

— Конечно, помню, — ответила товарищ секретарь снисходительно и в духе времени. — Я недавно подписывала ей характеристику от организации.

— Так вот, ее проиграли в карты! — выдохнула бывшая подруга, делая страшные глаза.

— Как это… Как это проиграли в карты? — Галина растерянно посмотрела на девушку, в самом деле не вполне понимая, что произошло. Из памяти выплыл рассказ Валентина о проигранном в карты зеке. Неоконченный, кстати, рассказ. Чем же кончилась та история? Убил Валентин своего земляка или нашел иной выход? Должно быть, убил. Потому что иначе обязательно рассказал бы все до конца. Но при чем тут Светка Дроздова? Она-то не заключенная, не блатная…

Галя покопалась в памяти и выудила какие-то обрывки: характеристика давалась для предоставления на новое место работы, в ясли при картонажной фабрике и депо. «Не привлекалась», «не замечена», «понимает правильно…». Нет, это бред какой-то!

— Как проиграли? Кто? В какие карты?

— Ну, понимаешь, блатные иногда играют не на деньги там, не на ценное что-то, а на желание. Как в американку. Только что нужно сделать, оговаривают сразу, понимаешь? И вот если какая-то девушка им не угодила, они играют на нее в карты, и кто проигрывает, тот должен…

Подруга замялась, и Галина знаком попросила ее рассказывать дальше. Она прекрасно представляла себе, что можно сделать с молодой девушкой при известной доле злобы.

— Ну вот они и проиграли Светку в карты! — закончила подруга.

— Кто они?

— Витька Толстый проиграл. — Девушка нервно прикусила губу и уставилась на Галину, полагая, что сказала достаточно.

Витьку Толстого Галина знала. Он крутился возле Жоры, помогая ему в каких-то темных делах и участвуя в качестве боевой единицы при разрешении конфликтов и споров. Здоровенный детина, у которого жизненные соки пошли сплошь в кулаки, не размениваясь ни каплей на такую неудобную и хрупкую вещь, как мозги. Соображал Витька плохо, обыграть его в карты мог и ребенок, но вот желающих помериться с ним силами было немного. Точнее, не было вообще.

Галина представила себе Толстого и Светку. Представила их лишь стоящими рядом. Страшно было дать волю фантазии, чтобы предположить, что этот медведь может сделать с ней. И наверняка сделает. Никто не станет вмешиваться: ни Светкин отчим-пьяница, ни ее ухажер — упитанный сынок заведующей столовой. А сама она? Что она сама может сделать?

— А зачем ты мне все это говоришь? — спросила Галина.

— Ну… ты же… ты… — Подруге потребовалось время, чтобы набраться смелости произнести очевидное вслух. — Ты же с Жорой Жбаном гуляешь.

— Гуляют с собачкой, — огрызнулась Галина, до последнего момента не верившая, что эта пигалица посмеет произнести такое. — Ясно?

— Ясно, — безропотно проглотила грубость девушка. — Но ты ведь можешь помочь?

— Я?!

— Конечно!

— Как же я могу помочь?

— Ну, поговори с Жорой. Пусть он… не знаю, отменит эту игру.

— Чего ради ему это делать? — жестко спросила Галина.

— Ради тебя! — И подруга наивно захлопала глазами.

Галя ничего ей не обещала, но решила поговорить с Жорой. Хороший, кстати, повод встретиться. Возможно, удастся что-то прояснить по части выигранных денег. До Нового года осталось всего ничего, и Галина очень рассчитывала купить матери теплое пальто.

Жора нашелся удивительно легко. Сразу примчался, едва Галина передала одному из его шестерок, что ищет его. А уж радовался он встрече так, будто Галя уезжала в Южную Африку, а он ходил на санях покорять Северный полюс. Вот так встреча!

— Привет, Галюньчик! — Жора радостно чмокнул ее в щеку. — Я уж думал, что ты меня совсем позабыла. Давно тебя не было видно, давно!

— Интересно, куда ты смотрел, — поддела его Галина. — Раньше ты меня легко находил.

— Ну, не будем начинать счастливую встречу с ссоры, ладно? Кто старое помянет, тому глаз вон.

— У меня дело к тебе. — Галина не приняла его фальшивый веселый тон.

— Я понял, — кивнул Жора. — Я не забыл. Могу прямо сейчас отдать тебе… восемьсот рваных. На подарки небось хватит?

— Небось хватит. Но у меня другое дело. Жора сделал серьезное лицо, приготовился слушать.

— Жора, ты знаешь, что твои ребята проиграли Светку Дроздову в карты?

Лицо Жоры не претерпело никаких изменений.

— Скверное дело. А ты откуда знаешь?

— Весь город уже знает. Толстый проиграл.

— Может, и так, — нехотя согласился Жора. — И что дальше?

— Она моя подруга.

— Подру-уга? — удивился Жора. — Вот уж никогда не подумал бы, что у графинь бывают подруги поломойки. Вот тебе и правота марксизма!

Галина не обратила внимания на эту клоунаду.

— Так ты что же, просить за нее пришла? — спросил Жора.

— Вроде того.

— Вроде того, — повторил он. — Только я ничего не могу поделать. Нет, правда. Есть воровской закон. Проиграл — плати. Я не могу вмешиваться, понимаешь? Могу только попросить, чтобы не уродовали лицо, это не обязательно. Но в остальном… — Жора развел руками.

Галина подумала немного:

— Значит, ничего нельзя сделать?

— Увы. — Жора печально составил брови домиком, но вдруг лицо его просветлело. — Слушай! Так что ты тут слезу давишь?! Все же проще пареной репы! Толстый, говоришь? Так я сведу тебя с этим Толстым. Сыграете с ним. Он малый хороший, но дуб дубом. Ты в два счета отыграешь у него свою Светку. Правда, ты зарекалась играть больше трех раз за год, но ради подруги, думаю, можно сделать исключение…