Тактические особенности
Для целей дальнейшего изложения необходимо подчеркнуть, что такое обходящие отряды именно пешие и действующие, в основном, вне дорог.
Для иллюстрации приведу довольно пространную цитату из книги С. В. Анчукова «Тайны мятеж-войны — Россия на рубеже столетий»:
«Припоминаю учения с 54-й мотострелковой дивизией ЛенВО в районе Аллакурти, когда нашей роте для подтверждения расчетов была поставлена задача “реально совершить обход условного противника” по маршруту в 20 километров. Тогда это было модно, ни одно учение не проводилось без маневров по обходу и охвату противника. Большим любителем подобных экспериментов был генералитет, в том числе начальник штаба округа генерал Тоузаков. Не были исключением и упомянутые учения. Вместо трех часов рота на МТЛ-БВ (гусеничных бронетранспортерах) сутки ползла по болотам, сломали все бревна для самовытаскивания и прибыли к “шапочному разбору” — учения закончились без нас. Это в условиях учебно-боевой обстановки. Представим себе, что на маршруте оказалось бы 2–3 группы егерей с гранатометами и снайперскими винтовками. Для 56 офицеров и солдат 1 мср 251 полка этот поход был бы последним. 56 человек были бы причислены к пропавшим без вести, а егеря получили бы богатые трофеи. <…>
Такого рода решений с “широким применением обходящих отрядов” было море. …На тех же учениях колонна 251 полка растянулась на 15 километров по северному маршруту Кандалакша-Аллакурти. Это при том, что только 50–60 % техники и вооружения было выведено из парка».
«[В] оттепель с последующим легким морозцем при возвращении с других учений штаб 111 дивизии с <…> батальоном связи добирался до Сортавалы 12 часов, причем последние 40 из 200 километров (от Лахденпохьи до пункта дислокации) колонна ползла 7 часов при средней скорости 6–7 километров в час. Это при расчищенной дороге, при наличии в колонне только автомашин повышенной проходимости. На тех же учениях в результате ошибки “поводыря” при чтении карты колонна батальона связи оказалась в тупике. Машины и прицепы в буквальном смысле выносили на руках, потеряли четыре часа. С опозданием был развернут узел связи дивизии. Связи в полном объеме не было полсуток. Представим себе, что по соседству оказалась мобильная группа финских лыжников. Очевидно, что связи командир дивизии не дождался бы никогда и за потерю управления был бы как минимум отстранен от командования.
Не имея специальной техники, скажем танковых бульдозеров, нечего было даже думать оторваться от автомагистрали или “дорожного направления”. Если мехвойска еще были способны кое-как продвигаться проселками, то колонны штабов от полка и выше, подразделения и части тыла в буквальном смысле забивали дороги, растянутые на многие километры, были и остаются прекрасным объектом для нападения малочисленных маневренных [диверсионно-разведовательных групп] с легким вооружением».
Проблемы для обходящих отрядов создает не только использование техники, но даже лошадей. Так описывает попытку использования лошадей при передвижении вне дорог диверсионным/партизанским отрядом «Красный онежец» М.И. Захаров: «По неопытности командование отрядом взяло с собой обоз из пяти или шести лошадей. Всю поклажу навьючили на лошадей, а сами пошли налегке. За это потом поплатились в полной мере. Во многих местах для обоза пришлось расчищать дорогу, через речки и широкие ручьи налаживать какие-то переправы. <…> [В следующий раз] действовали поумнее, обоза с лошадьми не взяли, нагрузили вещевые мешки»[156].
Действие пеших обходящих отрядов вне дорог неизбежно приводит к тому, что вооружены они могут быть только тем, что может унести человек. Финский полковник Екман, чьи подразделения участвовали в окружении советских 176 и 289 стрелковых дивизий в ходе боев в районе Иломантси (Карелия) в 1944 году, предлагал для действий в условиях лесистой местности отказаться даже от пулеметных рот и переделать их в обычные пехотные, чтобы повысить их мобильность[157].
Даже несколько измененные пулеметы «Максим», которыми вооружались финские пулеметные роты, для действий в лесной местности казались слишком громоздкими.
Однако необходимость для обходящих отрядов действовать в пешем порядке и нести все на себе превращает их использование, по крайней мере на первый взгляд, в набор тактических недоразумений.
Анализ возможностей применения
Действительно, что может сделать легковооруженная пехота против противника, имеющего все разнообразие тяжелого вооружения, пусть даже и привязанного к дороге? При малейшей попытке атаки эта легковооруженная пехота должна быть просто сметена огнем тяжелого оружия, которому ей противопоставить нечего.
Рассмотрим примеры удачных атак легкой пехоты, действовавшей вне дорог.
Первый — атака рейдирующего отряда курсантов Интернациональной военной школы в январе 1922 года в ходе гражданской войны в Карелии на позиции «белофиннов» в населенном пункте Кимас-озеро. Отряд состоял из 136 человек. На вооружении отряда были винтовки (с боезапасом в 200 патронов) и шесть (по другим данным девять) легких ручных пулеметов (с боезапасом в 600 патронов). У каждого было по одной-две гранате. Груз продовольствия был на шесть дней. Общий вес груза каждого курсанта составлял 16 килограмм. Шли без дорог по лесным тропам и снежной целине. Отряд перестроился в боевой порядок на расстоянии одного километра от Кимас-озера. Атака проводилась на фронте около 3 километров. Противник обнаружил приближение курсантов лишь когда те стали подниматься непосредственно к самой деревне, находящейся на возвышенности. Около роты противника, не имея возможности развернуть свои силы, открыло беспорядочный огонь из дворов и окон. Перестрелка продолжалась около 20 минут, к 9 часам утра позиции противника были захвачены[158].
Совершенно очевидно, что этот, воспетый впоследствии в романе Геннадия Фиша «Падение Кимас-озера» и в художественном фильме «За советскую Родину», бой удался для «красных финнов» только потому, что для «белофиннов» атака была внезапной. Будь «белофинское» охранение чуть лучше организовано — провал атаки с большими потерями для атакующих был бы обеспечен.
Второй пример относится уже к Финской войне. Речь пойдет об атаке 1го батальона 27 пехотного полка финской армии в ночь с 1 на 2 января 1940 года, направленной на рассечение колонны 44-й советской дивизии на дороге Раате, недалеко от Суомуссалми. На расстоянии примерно 350–370 метров от позиций наших войск, располагавшихся вдоль дороги, находилась невысокая гряда, примерно параллельная дороге. За грядой финны развернули в цепь две роты (финская рота была чуть меньше 200 человек), третья рота батальона оставалась в резерве за грядой. Фронт атаки был примерно 450 метров. На фланги были поставлены по 6 пулеметов Максим, которые во время атаки пехоты должны были вести огонь по участкам дороги, находящимся справа и слева, изолируя, таким образом, атакуемый участок. Атака началась примерно в полночь, бесшумным сближением с нашими позициями. Финнам, в целом, удалось незаметно сблизиться с атакуемыми позициями. Наше боевое охранение, находившееся примерно в 50–60 метрах от дороги было бесшумно снято. В момент броска финнов на наши основные позиции по ним открыли огонь несколько наших счетверенных пулеметных установок, однако финны были уже слишком близко, и огонь из них шел поверх голов атакующих. Атакующие финские пехотинцы были вооружены в основном пистолетами-пулеметами и гранатами[159].
Ситуация, в целом, аналогична с первым примером — счетверенные пулеметные установки могли бы смести атакующих «белофиннов». Атака удалась потому, что сохранился элемент внезапности.
Совершенно очевидно, что легкая пехота просто не может подавить огнем противника, имеющего тяжелое вооружение. На успех она может рассчитывать только при использовании эффекта внезапности. При завязывании длительного боя легкая пехота, имеющая, как правило, только носимый на себе боезапас, вынуждена будет быстро выходить из боя.
Возникает понятное сомнение — разве можно всерьез рассчитывать на то, что при систематических атаках легкой пехоты у нее столь же систематически пользоваться будет получаться пользоваться внезапностью атаки для достижения успеха. На первый взгляд это просто невозможно. Слишком легко исключить возможность внезапного нападения надлежащей организацией охранения. И даже если один или один два раза такая атака получится, то противник поймет алгоритм действий атакующих и отреагирует на опасность. Систематически добиваться успеха с помощью внезапности кажется невозможным.
Второе сомнение связано с тем, что противник, контролирующий дорогу, очень быстро может перебросить резервы, в том числе бронетехнику, к месту атаки. Даже если атакующая легкая пехота сможет захватить участок дороги и организовать там заслон, то сбить ее не должно составить труда.
