– Что значит «ничего не предпримет»? – спросил Бриггс.
– Он многое может сделать, – резко ответила миссис Келвин.
– Мы не хотим, чтобы у него возникли подозрения. Пусть он сам попадет в ловушку, – заявил мистер Келвин.
– В какую ловушку? – спросил Мейсон.
Все родственники миссис Трент посмотрели на него. Наконец Келвин сказал:
– Только он мог отравить ее, разве вам непонятно?..
– Нет, непонятно, – сказал Мейсон. – Я вижу основание для подозрений, но от подозрений до доказательств – большой путь. Я советую проявлять осторожность, когда вы будете говорить о ловушках.
– Я понял вас, – сказал Келвин. – Однако давайте начнем искать Лоретту. Она должна вернуться домой. Здесь она в безопасности.
– Но она не была в безопасности, – заметил Мейсон.
– Теперь будет, – отрезал Келвин.
– Я согласен с вами, – сказал доктор Элтон. – Я объясню ей, что случилось, открою все карты. Скажу, что круглосуточно у нее должны дежурить частные медицинские сестры, которые будут строго следить за ее питанием.
– Правильно, – согласился Келвин. – Думаю, что против этого никто не будет возражать.
Он повернулся к остальным.
– Не так ли? – спросил Гордон Келвин.
– Полнейшая ерунда! – сказала миссис Бриггс. – Вы не можете поместить ее в тюрьму, в изолированную камеру или во что-то подобное. Когда доктор Элтон расскажет обо всем Лоретте, она будет настороже. В конце концов, она достаточно взрослая, чтобы жить собственной жизнью. Ее не нужно от всего изолировать только потому, что доктор Элтон сказал, что кто-то пытается отравить ее.
– Вы можете сократить предложение, – сердито заметил доктор Элтон, опустив слова «потому, что доктор Элтон сказал», и оставить только «потому, что кто-то пытается отравить ее».
– Я не привыкла сокращать свои предложения! – отрезала миссис Бриггс.
Мейсон поймал сердитый взгляд доктора Элтона.
– Я думаю, нам надо уходить, доктор, – сказал он.
– Что касается меня, то я собираюсь остаться для того, чтобы попытаться найти свою пациентку, – сказал доктор Элтон.
В это время резко зазвонил телефон.
– Это звонит Лоретта, – сказала миссис Келвин и повернулась к медсестре: – Ответьте ей, пожалуйста. Потом я сама с ней поговорю.
Анна Фритч подняла трубку телефона.
– Это мистера Мейсона, – сказала она.
– Извините, – произнес Мейсон и взял трубку. – Алло, алло.
В трубке послышался голос Вирджинии Бакстер:
– Мистер Мейсон, могу ли я сейчас встретиться с миссис Лореттой Трент? – спросила она. – Она назначила мне свидание...
Мейсон быстро оглядел любопытные лица собравшихся в комнате.
– Где? – спросил он.
– В мотеле неподалеку от Малибу.
– Когда?
– Она уже опаздывает. Сначала я думала, что делаю правильно, но сейчас не уверена в этом.
– Где вы?
– В мотеле.
– Где?
– Здесь. О, я поняла. Мотель называется «Сант Рест», номер четырнадцать.
– Есть телефон?
– Да. В каждом номере.
– Хорошо, – сказал Мейсон. – Я позвоню. Ждите.
Адвокат положил трубку, кивнул Делле Стрит и, поклонившись собравшимся, сказал:
– Извините, пожалуйста, нам нужно уходить.
– Позднее я хотел бы связаться с вами, – сказал Мейсону доктор Элтон.
– Позвоните в «Детективное агентство Дрейка». Они работают круглосуточно. Оставьте для меня сообщение, – ответил Мейсон и направился к двери.
– До того как вы уйдете, мистер Мейсон, – сказала миссис Бриггс, – я хотела, чтобы вы знали, насколько сильно мы поражены сообщением доктора Элтона. Мы склонны думать, что причины гораздо глубже, чем это представляется.
– Вы вправе иметь свое мнение, – поклонился Мейсон. – Я хотел бы пожелать всем вам спокойной ночи.
Адвокат посторонился, пропустил вперед Деллу Стрит и направился к дверям.
15
– Я думаю, – сказала Делла Стрит, – звонок был очень важным, раз он заставил тебя уехать?
– Звонила Вирджиния Бакстер, – сообщил Мейсон. – Очевидно, Лоретта Трент поддерживала с ней связь. Они договорились встретиться к мотеле «Сант Рест». Это где-то возле Малибу. В мотеле есть телефон. Вирджиния находится в четырнадцатом номере. При первой же возможности позвоним ей. Давай найдем телефонную будку, но подальше от дома Лоретты Трент. Это необходимо для того, чтобы зятья Лоретты Трент не увидели меня, если они вздумают ездить по городу в ее поисках.
– Что, по-твоему, происходит? – спросила Делла.
– Не знаю, – ответил Мейсон. – Но просматривается связь между завещанием, подготовленным в офисе Баннока, и действиями некоторых потенциальных наследников.
– Для того шофера создалась очень удобная ситуация, – сказала Делла Стрит. – По завещанию он является наследником. Он занимается приготовлением пищи. Лоретта Трент любит острые блюда. У нее случались острые желудочные боли. Возможно, сами по себе они и не столь уж опасны, но сильная рвота может вызвать смертельный сердечный приступ.
– Вот именно, – заметил Мейсон.
– На той улице есть телефонная будка на бензозаправочной станции, сказала Делла Стрит. – Я заметила, когда мы проезжали мимо.
– Подходит, – ответил Мейсон.
Они развернулись, въехали в боковую улицу и остановились на бензоколонке.
Делла зашла в телефонную будку, набрала номер справочной и узнала телефон мотеля «Сант Рест». В это время Мейсон давал указания служащему бензоколонки относительно заправки машины.
Мейсон как раз собирался входить в будку, когда Делла попросила телефонистку соединить ее с четырнадцатым номером. Она вышла из будки, освобождая место для Мейсона, который взял трубку из ее рук.
– Здравствуйте, Вирджиния, – сказал он, услышав голос своей подопечной.
– Здравствуйте. Это мистер Мейсон? – спросила она.
– Да. Расскажите, что случилось?
– Вы сказали мне оставаться дома, – сказала Вирджиния. – Но телефон звонил непрерывно. Это была Лоретта Трент. Она спросила, не возражаю ли я сегодня вечером встретиться с ней для обсуждения исключительно важного, конфиденциального дела. Я ответила, что мне это неудобно, поскольку должна находиться дома.
– Она пояснила, что в проигрыше я не останусь, что она оплатит мои расходы и даст мне пятьсот долларов. Она поставила условия, что я ни с кем не буду по этому вопросу советоваться. Просто приеду сюда и буду ее ждать.
– И вы выполнили все условия? – спросил Мейсон.
– Да. Эти пятьсот долларов и обещание возместить все расходы маячили перед глазами, как гора из чистого золота. Я понимала, что должна позвонить вам, но она особо настаивала, чтобы я ни с кем не связывалась. Ни одной душе не говорить, куда я еду.
