— Зря смеетесь. Спорим, что я приду домой первой?
— Попытка не пытка, — отозвался Патрик, при этом глаза его хохотали уже просто издевательски.
— На что спорим?
Патрик задумался. Потом, развернув свою лошадь так, чтобы можно было быстро вскочить в седло, обернулся к Вивьен.
— Проигравший покупает в благотворительном баре бутылку шампанского.
— В субботу? Идет! — живо откликнулась Вивьен, охваченная азартом. — Победителем считается тот, кто первым окажется в конюшне.
Не успел Патрик сесть в седло, как управляемая Вивьен лошадь взлетела над стеной и помчалась по полю. Преследуя Вивьен, Патрик невольно улыбался. Как умело и легко управляет лошадью эта хрупкая городская девушка! Вивьен ни разу так и не осмелилась оглянуться на Патрика. Только когда впереди уже показалась ферма, она все же рискнула посмотреть через плечо. Патрика не было даже на горизонте, значит, опасность быть настигнутой у самого финиша ей не грозила.
Самодовольно улыбаясь своей победе, Вивьен королевской поступью въехала во двор. Однако ощущение триумфа было недолговечным, потому что в конюшнях, беззаботно поглядывая на часы, ее уже дожидался Патрик.
— Как вам это удалось? — изумилась она. — Я шла первой и не видела, чтобы вы меня обгоняли!
— Правило номер один: не заключайте пари, если не знаете местных дорог. — Он схватил под уздцы ее взмыленную лошадь. — Так что бутылочку шампанского в субботу мы разопьем за ваш счет.
— А по-моему, вы схитрили! — Спрыгнув на землю, Вивьен оказалась зажатой между разгоряченной кобылой и Патриком.
— Серьезное обвинение, — проронил он, улыбаясь одними глазами. — Надеюсь, вы одумаетесь и возьмете его обратно.
— Зря надеетесь! — Она смело встретила его смеющийся взгляд, пытаясь усмирить биение собственного сердца. — Признавайтесь, вы поехали короткой дорогой?
— Спор был о том, кто раньше здесь окажется. А выбор дороги не обсуждался.
— Думаю, выбор дороги в таких случаях не обсуждают. Я полагала, что это будут скачки. — Ее глаза гневно блестели. — Так что если кто и должен купить бутылку шампанского, так это вы, потому что вы меня обманули.
— Я не привык к таким обвинениям. Думаю, вам все-таки придется попросить прощения, иначе... иначе вы сильно пожалеете.
— И какая же меня ждет участь? — Вивьен уперла руки в бока и язвительно улыбнулась.
Патрик улыбнулся не менее язвительно. Его, видно, забавляло то, что она доведена до белого каления.
— Ну, не знаю... — Он сделал вид, что обдумывает для нее наказание. — Например, можно заставить вас ночевать в той комнате с разбитым окном, в которой я мерзну каждую ночь.
— Да бросьте, вы этого не сделаете!
Патрик рассмеялся. Потом его взгляд красноречиво переместился на губы Вивьен.
— Еще я мог бы придумать более приятное наказание.
Его голос стал низким и хриплым и звучал теперь сексуально. Вивьен невольно облизнула сухие губы, ее разгоряченное тело так и льнуло к Патрику... Единственное, чего она сейчас хотела, это чтобы Патрик ее поцеловал.
Лошадь переступила с ноги на ногу, и Вивьен оказалась почти прижатой к Патрику. Она вскинула голову, и их взгляды встретились.
Он не мог устоять перед искушением, видя всего в сантиметре от себя манящие зеленые глаза. Вивьен словно умоляла поцеловать ее, это было так очевидно, что говорить об этом было бы излишне. Твердя себе, что не должен этого делать, Патрик все же склонил голову и запечатлел на губах девушки страстный долгий поцелуй.
И уже не мог остановиться. Губы Вивьен были соблазнительно мягкими и чувственными. Обхватив Патрика руками за шею, Вивьен страстно ответила на поцелуй.
Когда они наконец отстранились, оба тяжело дышали и смотрели друг на друга в полном недоумении.
— Ну и ну! — Губы Патрика растянулись в довольной улыбке. — Мне не следовало этого делать, так? — тихо спросил он.
— Думаю, не следовало. — Голос Вивьен заметно дрожал.
— Тогда... прошу прощения. — Он отступил назад и внезапно почувствовал себя подлецом. — Послушайте, я так виноват...
Вивьен не была уверена, может ли с ним согласиться. Она хотела, чтобы Патрик поцеловал ее, каждая клеточка ее тела была готова слиться с ним воедино. Неужели можно испытывать такие чувства к мужчине, которого она едва знает, а тем более к мужчине, который встречается с другой женщиной?
— Давайте побыстрее забудем об этом инциденте, — предложил Патрик. Его тон был теперь каким-то сухим, по-деловому строгим.
Может, целуя меня, он мечтал об Айрин? предположила Вивьен.
— Действительно, давайте забудем.
Она обвела медленным взглядом безупречные черты его лица. Проблема была в том, что Вивьен не знала, сможет ли забыть этот поцелуй.
7
— Вы настоящая красавица! — восхитилась появившаяся в дверях Одри.
— Спасибо, Одри.
Вивьен отвернулась от зеркала и посмотрела на девочку.
— Вы будете королевой бала, — убежденно заявила та. — Папа пригласит вас на танец?
Вивьен рассмеялась.
— Не знаю!
За беззаботностью она пыталась скрыть ощутимое нервное напряжение. Прошло два дня с тех пор, как они с Патриком поцеловались. Она старалась вести себя так, будто ничего не произошло, но неловкость возникала между ними всякий раз, когда они с Патриком случайно сталкивались.
В такие минуты они разговаривали о погоде и о всякой чепухе, но, оставаясь внешне спокойной, Вивьен чувствовала себя так, словно где-то рядом находилась бомба замедленного действия, готовая в любую минуту взорваться, и это действовало ей на нервы.
Ей отчаянно не хотелось сегодня тащиться на благотворительную вечеринку. Одна только мысль о том, что им с Патриком придется весь вечер провести практически вместе, вгоняла Вивьен в ступор.
— Дядя Джарвис уже здесь, — объявила Одри.
— Очень хорошо. Передай ему, что я через минуту спущусь.
Когда Одри радостно бросилась исполнять поручение, Вивьен в последний раз оглядела свое отражение в зеркале. Поскольку ничего сногсшибательного она с собой не привезла, Кейт посоветовала ей съездить за покупками в Мидлтаун. Результатом поездки Вивьен стало нежно-голубое платье из тонкого шуршащего материала. Платье держалось на тонких бретелях и подчеркивало стройность ее шеи и безупречные очертания плеч, красоту которых Вивьен решила показать, зачесав волосы наверх. Прическа получилась оригинальной и в то же время изысканной.
Единственным, по мнению Вивьен, недостатком было то, что у платья имелся довольно смелый разрез — когда она садилась, ногу было видно чуть ли не до талии. Это значило, что ей придется либо весь вечер простоять, либо, садясь, по-сиротски натягивать половинки платья, что уже само по себе могло привлечь массу любопытствующих взглядов. Придется постоять, решила Вивьен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
