А Айрин полностью завладела вниманием Патрика, рассказывая ему всякие сплетни о местных жителях. Причем она развернулась к нему вполоборота и загораживала собой Вивьен. Вивьен развлекал Джарвис — приятный собеседник, он занимал ее разговорами до тех пор, пока гостей не пригласили за стол.
Несмотря на все ухищрения Айрин, Вивьен иногда все же удавалось поймать взгляд Патрика, и тогда ей казалось, что все вокруг замерло и они остались одни... Это было странное ощущение, ощущение, которое Вивьен никак не могла понять, и это пугало и одновременно привлекало ее.
В конце вечера гостям предложили полюбоваться фейерверком.
— Кто устроитель этого праздника? — спросила Вивьен, пробираясь к выходу.
— Гюнтер Уорхест, владелец этого дома, — пояснил Патрик, помогая Вивьен закутаться в накидку.
— Знакомое имя...
— Надеюсь, вы о нем слышали. Это один из богатейших людей штата, — блеснула своей информированностью Айрин. — Раньше здесь устраивались такие вечеринки! О, это было что-то!
— Сегодня вроде тоже было неплохо, — буркнул Джарвис.
— Да, но раньше они были более зрелищными! — стояла на своем Айрин. — В прежние времена здесь собирались только избранные, сливки общества! Тогда люди чтили традиции, не то что сейчас! Теперь даже прислуга может купить билет и запросто прийти на благотворительную вечеринку!
Вивьен поняла, что это камень в ее огород, но решила обратить злобный выпад в шутку.
— Ах эти старые добрые времена, когда крестьяне знали свое место! — язвительно пропела она. — Правильно говорите, Айрин, традиции больше не соблюдают. Вот бы вам опять вернуться в каменный век!
В глазах Патрика заплясали озорные огоньки, а Айрин, нервно поправив свои темные волосы, потянула его на улицу.
— Пойдем, не хотелось бы пропустить фейерверк.
— Обиделась... — пробормотал Джарвис, когда Айрин, гордо вскинув голову, зашагала к выходу.
— Я заметила, она очень обидчива, но вместе с тем и высокомерна, — сказала Вивьен.
— Это точно! И очень вспыльчива.
На улице сильно похолодало. Остановившись на минутку поправить накидку, Вивьен оказалась отрезанной от Джарвиса плотной толпой людей. Она продолжала идти вместе с потоком гостей, направляясь через лужайку в сад, вертя головой по сторонам и надеясь повстречать Джарвиса уже на месте.
Но в саду было темно и многолюдно, и увидеть кого-то знакомого в этой суете и толкотне оказалось невозможным. Выбравшись из толпы, Вивьен зашагала прочь. В основном все стремились занять наблюдательные посты на открытых участках сада, однако чуть поодаль, за домом, располагался великолепный парк с фонтанами и с мраморными статуями, которые были искусно подсвечены. Вивьен углубилась далеко в парк, восхищаясь его красотой и радуясь возможности побыть в тишине.
Именно там и нашел ее Патрик спустя несколько минут. Задумавшись о чем-то своем, она стояла возле статуи льва.
— Мы начали волноваться, что потеряли вас.
Его низкий голос вернул Вивьен к реальности.
— Простите... — Она обернулась и посмотрела на Патрика. — Я никак не могла найти вас, а потом увидела это место и так увлеклась...
— Я заметил. — Патрик улыбнулся. — Казалось, вы где-то далеко отсюда. О чем, интересно, вы думали?
— Я разглядывала льва. Впечатляет, не правда ли?
— Пожалуй.
— Он так похож на моего отца! — вдруг сказала Вивьен.
— Чем же?
— Даже не знаю. — Вивьен усмехнулась. — Может, потому что в последнее время я слишком часто думаю об отце, а может, потому что отец — тот же лев: слишком властный, слишком авторитарный. Или потому что эта статуя похожа на ту, что стоит у него в саду.
— Ну и садик, должно быть, у вашего папочки!
— Да, садик что надо.
— Почему вы так много думаете о своем отце?
— Наверное, потому что мы с ним в ссоре...
— Из-за чего? — Патрику хотелось услышать ее версию случившегося.
— Не думаю, что вам будет интересно.
— Мне не может быть неинтересно, если это не дает покою вам. Разве не вы советовали мне выговориться, когда на душе кошки скребут?
Вивьен посмотрела ему в глаза и улыбнулась.
— Действительно говорила. Какая же я прямолинейная!
— Да уж, тихоней вас не назовешь, — согласился Патрик.
Вивьен рассмеялась.
— Это точно! Хотя я всегда старалась быть образцовым ребенком и не расстраивать папу.
— Кроме тех лет, когда вас едва не исключили из пансиона, — со смехом уточнил Патрик.
— Это удар ниже пояса, — шутливо попеняла ему Вивьен. — Я рассказала вам по секрету, а вы пытаетесь меня шантажировать!
— Не волнуйтесь, вашу тайну я унесу с собой в могилу, — поклялся он.
Она улыбнулась, но внезапно снова стала серьезной.
— А кроме шуток, Патрик. Мне двадцать три года, но отец до сих пор не научился относиться ко мне, как к взрослой. Он хочет, чтобы я занялась семейным бизнесом, а я ничего не смыслю в цифрах и ненавижу сидеть целыми днями в офисе.
— Может, он просто хочет, как лучше? — осторожно предположил Патрик.
— О, я в этом даже не сомневаюсь! — быстро отозвалась Вивьен. — Но лучшее в его и в моем понимании — совершенно разные вещи. В моей жизни было два молодых человека, мы собирались пожениться, а отец взял и откупился от обоих. Первый бросил меня и укатил на новеньком «кадиллаке». Второй получил высокий пост в папином отделении в Буффало.
— Но раз они так легко бросали вас ради денег, стоит ли о них горевать? — спросил Патрик, стараясь не замечать чувства вины, которое глодало его с самого начала разговора о Максе. — Видно, они даже и не любили вас по-настоящему.
— Да. — Вивьен опустила голову и принялась разглядывать свои руки. — Но я должна была понять это сама! На мой взгляд, папе не следовало вмешиваться в мою личную жизнь.
Патрик взял ее холодные руки в свои и принялся растирать их, пытаясь хоть как-то согреть.
— Все мы, отцы, всегда будем чересчур рьяно опекать своих детей. Но мы делаем это исключительно из добрых побуждений.
— Да я знаю, что отец меня любит, и я люблю его тоже! Просто он слишком давит на меня... Он до сих пор не может смириться с тем, что я уже взрослая и хочу самостоятельно стоять на ногах. Наша последняя ссора разгорелась после того, как папа заявил, будто подыскал мне жениха!
Увидев на лице Патрика удивление, Вивьен рассмеялась.
— Знаю, это выглядит абсурдно, но именно так он мне и сказал. А когда я ответила, что спасибо, мол, я сама найду себе пару, он тут же вскипел и заявил, что я еще ребенок!
— Ну, это, конечно, слишком, — согласился Патрик.
Ему Макс ничего такого не говорил, а если бы сказал, Патрик не согласился бы приютить у себя Вивьен ни под каким предлогом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
